-- Ужасно, - прошептал Алексей.
-- Потом мы вышли на улицу через потайную дверь. Страж указал, в какую сторону идти, чтобы попасть в порт, и предупредил, что с первыми лучами солнца он пойдет к мэру с докладом о том, что я сбежала. Этим мой спаситель отведет от себя подозрение, а мне от этого будет уже ни жарко, ни холодно. Однако, посоветовал благородный юноша, мне следует как можно скорее скрыться из Стамбула, либо сделаться неузнаваемой для посторонних глаз, что я и сделала, - весело завершила свой рассказ Яна.
Алексей встал:
-- А теперь возблагодарим Бога за чудесное избавление Яночки из плена и принесем наши молитвы, наши просьбы о том, чтобы благополучно добрааться до дома.
Все опустились на колени, и сердца их слились воедино во хвале Всевышнему. Души наших путешественников переполняла радость и благоговение перед Создателем, они забыли о времени и о том, где сейчас находятся.
Через день "Аврора" должна была отплыть, а перед этим пройти проверку с досмотром пассажиров.
В этот день Яна волновалась, как никогда. Но все прошло благополучно: проверяющие среди которых был и сын мэра, прошли мимо детей, даже не удостоив их взглядом - мэрию волновала только женская половина пассажиров, преимущественно девочки. От радости, что все обошлось, Яна звонко засмеялась и и начала напевать веселую песню. Сын мэра обернулся. Ему показалось, что он уже слышал этот голос:
-- Извините, мадемуазель, - сказал он по-английски (если условно называть туземный язык английским) - а как Ваше имя?
-- Ваня, - ответил за девочку Миша, а Яна, перепугавшись, побледнела, но все же нашла в себе силы выдавить:
-- Извините, я обрадовался, что скоро увижу мою мамочку, она, бедная, так за нас переживает, правда, брат?
-- Конечно, - ответил Миша и, вежливо попрощавшись с сыном мэра, увлек своего новоявленного братишку в каюту.
Спустя еще полчаса дали разрешение на выезд, и "Аврора", отчалив от берега, поплыла в Россию, в солнечный город Сочи.
Друзья, прошу прощения за небольшую задержку! Обстоятельства не позволили мне выложить главу в срок... Я вас всех очень люблю!
Глава 18
На следующий день после того, как "Аврора" вышла в открытое море, в Стамбул прибыло новое судно из России. На берег вышли пассажиры: двое мужчин, две женщины и два маленьких мальчика и направились в сторону мэрии. Добившись аудиенции, родители Миши и Яны, а это были именно они, спросили, давно ли отплыла "Аврора".
-- Вчера в полдень, - был ответ.
-- А Вы не подскажите, были ли на борту мальчик и девочка без документов?
-- Хм, сейчас посмотрим по спискам пассажиров. Да, двое детей без документов там было. Только это были мальчики. Одного из них, сын мне говорил, звали Ваней, а другого... Насколько я помню, Миша. Они вышли в открытое море на лодке без компаса и потерял ориентир.
-- Очень странно, - произнес Димитрий. - Наши дети, Яна и Миша (мэр насторожился), уплыли как-то утром далеко в море. Мы чуть с ума не сошли от беспокойства, когда они пересекли линию горизонта и не вернулись назад. Через несколько часов нам позвонили из полиции и сообщили, что наши ребята находятся на пароходе "Аврора", который направляется в Стамбул. Нам предоставили судно, и мы ринулись к детям...
-- Погодите, погодите. Яна? Такая красивая, стройная, с длинными русыми косами? Еще платье у нее такое красивое, но я так понимаю, оно чужое...
-- Да-да, - подхватила Ольга, рванувшись вперед, - это она, моя девочка!
-- Ах, если так, то ваши дети находятся на другом пароходе, который также носит название "Аврора". У нас, видите ли, два парохода носят это имя. В таком случае, они отплыли вчера после обеда осмотреть Босфорский пролив; программа туристического корабля такова, и изменить ее никак нельзя.
-- Благодарим Вас, - поспешили откланяться успокоенные родители, - мы тотчас же отправимся в путь.
-- Нет, почему же, останьтесь у нас, подождите, они скоро вернутся, - запротестовал мэр из приличия, втайне надеясь, что уговоры не помогут, - у нас отличные отели, полно достопримечательностей....
-- Спасибо, нам надо спешить, - не очень вежливо прервал страстный монолог мэра Игорь, и вся компания вышла за дверь.
Мэр, послав слугу проследить, действительно ли уезжают родители, позвал сына, закрыл дверь на ключ, засов и цепочку, после чего повернулся и безразлично бросил:
-- Можешь успокоиться, я ее нашел.
-- Где она?! Где эта девчонка?! - глаза турка засверкали страстью. - Вели привести ее в мою спальню. Я хочу ее, хочу! Но прежде, - тут лицо его сделалось жестоким, - но прежде я отплачу ей за те муки, которые я испытал, когда узнал, что девчонка сбежала. Она будет валяться у меня в ногах и, задыхаясь от боли и слез, умолять о пощаде. Ей покажется благодеянием тот момент, когда я, держа ее за волосы, брошу в свою постель. О-о, дерзкая у меня поплатится!