— Можно? Аль не приглашали?
Все засуетились.
— Будьте добры. Проходите. Шубку давайте приму.
— Николай, — представился мужик, щуря свои хитрые глазки. — Это моя жена Ан-на.
— Очень приятно, — загалдели все в один голос. Супругу сюда посадим, стульчик тут удобный.
— Спасибо-спасибо, — заговорила с акцентом Анна. — Нам везде удобно.
— А вы, я вижу, культурно собрались, — заметил Николай, плотно сев к столу и обозрев присутствующих и закуску.
Все начали представляться, а Максим даже впопыхах подал шаману руку через стол. Николай ее с удовольствием пожал. Когда дело дошло до Сухова, Николай совсем прижмурился, как тот кот.
— Писатель, что ли?
— Вы читали? — загордился Виктор Викторович. — И как?
— Читал. Я и в школе учился, и институт заканчивал. А вы как думаете? — Все засмеялись. — А вот все равно странно — сидишь здесь на краю света, — он скромничал, — сидишь и вдруг — бах! А тут Сухов. Как живой. Не верь потом в чудеса. Я вам после книжку принесу, подпишете?
— Вот уж действительно — чудеса, — заговорил растроганный Сухов, — приезжаешь на край света, в прямом смысле, и вдруг бах! — сидит шаман, как живой. Да он и не только тебя читал, да еще и книжку твою сует на подпись. Для авторизации.
Все хохотали.
— Ну тогда предлагаю выпить за знакомство. — Николай явно чувствовал себя хозяином. Он достал из-за пазухи бутылку. — Очень рекомендую. Сам делал — на корнях да сучьях. Вдохновляет. — И Анна первая протянула ему свою рюмку.
Николай был одет в обычные джинсы и свитер. И никаких знаков избранности не было видно — ни бус, ни перьев, ни краски на лице. Всего того, что нам, обученным только кинематографом, представляется первыми и главными чертами шамана. Ничего удивительного никто не заметил и в одежде, внешности и поведении шаманской жены. Словом, выглядела эта пара вполне светски. Интриги, однако, хватало и без этого. Сухов как самый уважаемый всеми взялся вязать застольную беседу.
— Николай, скажите, а вы и вправду настоящий шаман?
— Да, я шаман настоящий. Но здесь нет ничего страшного.
— И как же обращаются к шаману?
— Учитель. Как к духовному лицу. Шаман — это ведь священник, образно говоря. — Николай был пока немногословен. Это противоречило докладу его супруги о том, что он стал любителем поговорить.
— И что, шаманить — это призвание? Или, может быть, свыше благодать?
— Возможно, призвание. Возможно, благодать. Просто я попадаю в такие ситуации, когда способен подсказать человеку, что изменить в жизни.
— Это же только Богу известно, что людям нужно изменить в жизни. А вы-то откуда знаете?
— Я вижу это по количеству страдания. Сами люди часто хотят от чего-то избавиться, но не умеют успокоить свое тело, сознание. Успокоить душу. И все равно таскают в своем сердце этот груз.
— И что, есть рецепты успокоения?
— Главное — найти причину беспокойства в прошлом. Бывает, когда в человека входит негативная энергия, а он не совсем понимает это. В жизни ведь часто случаются неприятности. Эти мгновенные недовольства как будто бы не помнятся, а сознание их не забывает, потому что на нем оставлен знак, след, если хотите. И тело живет под действием сознания — под волной сознания. От этой отметки необходимо избавиться. А люди сами не могут, потому что как бы забывают — не помнят, не понимают, а телу недостает сил.
— И вы действительно думаете, что можно направить на человека негативную энергию извне и лишить его здоровья, успехов — всего хорошего?
— Да. Это можно. Часто главная причина лежит в нашем быту. Мы не умеем общаться друг с другом, не знаем, как это делать. Порой даже не можем наладить отношения в собственной семье, понять собственных детей. Что говорить тогда про работу, коллег, все ведь сегодня работают. Правда? А общество? Да что там. Кстати, политическая жизнь — отдельный поток негативной энергии. Но все, все это люди хотят освоить. Так и рождается дисгармония.
— Это понятно. А есть все-таки рецепты? Как помочь?
— Вылечиться можно только радостью, которую надо нести друг другу. — Николай играл жуликоватым глазом. — Этого можно добиться и произведя ритуальное действие. Тогда человек освобождается и действительно начинает летать. Летать в смысле творческого сознания.
— Это все здорово. Но как же вот простому человеку, нам, например, защититься от дурного влияния? — перебила его Вася.