— Ты не бесполезная, но мы не знаем… что там. Просто, мне хочется домой.
Ну, в самом деле, чем нам может помочь в данной ситуации Лукава и её приятель. Тоже вон недовольно гла-зами зыркает. Как же, сначала его мужчины с собой не взяли, теперь женщины помощь отвергают! Не понять бравому рыбинспектору, что другие силы в этой истории задействованы… Простому человеку соваться в разборки сопредель-ного мира, всё равно, что добровольно в клетку с голодным львом лезть. Нам то с Андреем силы Род дал, а Таврину вроде как по роду деятельности положено. И ведь сам всё это прекрасно понимает…
— Ладно, уж, — недовольно проворчала русалка, — идите. Но, потом нам ВСЁ расскажете!
— Обязательно, — заверила её Джинни.
Дома мы несколько часов подряд наблюдали всё ту же слежку. Только теперь картинка была яснее и чётче. Мои, а точнее, мамулины, запасы всевозможной посуды, позволили использовать для наших целей большую тарелку для дичи. И наливное яблочко нашлось в городской квартире.
— Теперь гораздо лучше видно, — одобрила Джинни. — У тебя красивая посуда!
— Это мамина.
— Варя, ты никогда не говорила о своих родителях. Они что, покинули тебя?
— Покинули.
— И давно ты одна?
— Лет пять уже. Уехали, а вернуться не могут.
— Да, — согласно закивала подруга, — вернуться оттуда невозможно.
— Возможно, — возразила я, — но дорога дорогая.
— Плата за возвращение? — задумалась волшебница. — Это практически невозможно!
— Ну, почему? Конечно, им вдвоём лететь надо… Туда и обратно. В копеечку влетит. Они даже к нам на свадьбу выбраться не смогли…
— Выбраться? Лететь? — слегка оторопела Джинни. — Так они у тебя что, не умерли?
— Умерли? — я ошалело посмотрела на Джинни. — Они живы. На Камчатке работают.
— Да? Ой, прости, Варя! А я то… подумала, что сирота ты.
— Сирота! Ха-ха, — я расхохоталась. — Слушай, а я думаю, откуда ты знаешь, что мои родители на другом конце света сейчас находятся! А ты про другой свет говорила!
Джинни смущённо улыбнулась, всё ещё чувствуя неудобство от своих слов.
— А Камчатка, это где?
— Далеко. Я тебе по карте потом покажу.
— Что же это они тебя одну оставили?
— А что мне на вулканах делать? Это папочка мечту юности воплощает, а мама, как верная декабристка, за ним в Сибирь…
— Декабристка?
— Это из нашей истории, — я совсем перестала смотреть в наш доморощенный телевизор, собираясь поведать Джинни душещипательную историю верных жён, когда её взгляд сделался стеклянным. Стараясь не думать о плохом, я перевела глаза на тарелку…
Май, мой любимый, единственный, родной муж был схвачен каким-то жутким монстром.
— Боже мой…, кто это? — я снизу вверх глядела на чудище, точнее, Рыська, в ипостаси зверя, снизу смотрел на происходящее, а мы видели всё его глазами. Морда чудища с этого ракурса была омерзительна. Здоровые клыки, нервно подрагивающие вывернутые ноздри, злые, горящие красным цветом, глаза.
— Варя, кажется, дело плохо…
— Вижу… Что он делает!?
Монстр схватил Андрея и куда-то поволок. То, что творилось в моей душе, можно было высказать одним сло-вом: кошмарожуть! Существо, которое похитило Андрея, могло быть только порождением чьего-то сильно нездоро-вого воображения. Получается, что это был не оборотень… Точнее, не тот оборотень, о котором мы все думали. Это был он… волкодлак! А мы ещё переживали, что активировался оборотень — цикличник… А вот так не хотите?
— Варя, ты знаешь, кто это? — растормошила меня Джинни, выводя из ступора.
— Волкодлак, — выдохнула я.
— Это плохо?
— Плохо? Нет, Джинни, это не просто плохо! Это катастрофа! Катаклизм! Это то, что создал Кощей, и не смог с ним справиться! Это…, - я разрыдалась. Ну, почему это всё достаётся мне? Сначала Злод…, теперь волкодлак? Я что, в спасительницы мира записывалась? Я не хочу! Боги, неужели вы сами не могли разобраться со всем этим без-образием? Что мне надо вам напридумать, что бы вы очистили Порубежье от этой скверны? За что всё время страдает Май? Почему опять он!? — Я должна его спасти!
— Как?
— Не знаю! Где они сейчас? — я попыталась сквозь слёзы рассмотреть изображение на тарелке.
— Едут куда-то.
— Едут? — утерев слёзы, я постаралась рассмотреть, куда направилась погоня. — Парк?
— А зачем они поехали в парк? — Джинни с надеждой смотрела на меня своими тёмными глазами.
Злость… Ярость… Адреналин… Голова прояснилась, эмоции спрятались в тайники души. Логика, или жен-щинам в ней отказано? Тогда, интуиция. Да, именно интуиция, стала полноправной хозяйкой моего мозга.
— Они… ищут шатун! Джинни, пошли на Заставу!
— Ты уверена?
— Уверена! Тарелку бери!
Мы вихрем пронеслись по коридорам «Теремка», даже не заметив, кто сегодня на дежурстве.
— Куда теперь? — Джинни смотрела на меня с тревогой, видимо ещё не совсем доверяя моему решению.
— В Град — Грот, уточнить у Разгуляя, куда тот шатун выходит.
— Направление мне дашь?
— Направление? На восток, вроде, надо…
— А точнее?
— Джинни, я не Лоцман… к сожалению.
— А кто нам может подсказать? Думай, Варя, думай!
— Ничего не придумывается… Показать то могут многие, но к кому лучше обратиться за помощью? Чтобы польза максимальная была.
— Я знаю такого, — осенило вдруг волшебницу, пошли.
— Хмара? — удивилась я, выходя из пространственного перехода. Видимо, Джинни заразилась от меня интуи-цией.
— С чем в неурочный час пожаловали? — сердито вопросил Змей Горыныч, разбуженный нашим появлением. — Ежели опять поцарапались…
— Волкодлак вернулся, — прервала я его насмешки, — Май в опасности, он его похитил. Рыська и волки их пре-следуют. Они идут сюда, в Порубежье, — морда Хмары вытянулась от подобной информации, а я продолжала, — через шатун в парке. Тот, через который я зимой пришла. Нам надо в Град — Грот к Разгуляю. Он знает место выхода этого шатуна.
— Понял, — отозвался необычно серьезный Горыныч, — полетели!
— Полетели? — ужаснулась я.
— Боишься?
— Боюсь…
— И чем я могу тогда вам помочь? — огорчился Змей.
— Направление покажи, — отозвалась Джинни.
— Только направление? — отчего-то обиделся Хмара.
— Мы по переходу туда доберёмся, а ты лети. В Град — Гроте встретимся. Джинни, что там тарелка показыва-ет?
— Они идут по какому-то лесу.
— Это наш парк, — узнала я, взглянув на изображение. — Хмара, куда нам идти?
Хмара, на удивление точно, указал нам направление. Вышли мы из очередного перехода прямо перед пеще-рами полканов. Жители Град — Грота мирно видели сны, но мне пришлось прервать эту идиллию. Да простят меня…
— Разгуляй! Разгуляй! Проснись, наконец! Ра-аз-гу-у-ля-ай!
— Что случилось? — выскочил, как ошпаренный, полкан.
— Разгуляй, где находится место, на котором мы с тобой зимой встретились?
— Зимой, — хлопая сонными глазами, переспросил мужчина — конь. — Это у скита, что ли?
— У скита?!!
— Да что случилось? — наконец проснулся Разгуляй. — Пришли среди ночи! Орёте, как оглашенные!
— Оборотни волкодлака ловят.
— Что-о-о? Волкодлака! Что же ты раньше молчала!
— Молчала? — опешила я.
— Так, Варя, сейчас я кого-нибудь позову…, - начал суетиться полкан.
— Разгуляй, ты нам направление покажи. Мы туда с Джинни по переходу пойдём.
— По переходу… Ага. Скит… Это надо идти в этом направлении, — он начал объяснять Джинни дорогу, а я снова взглянула на тарелку.
— Ребята, давайте быстрее, там уже бой идёт!
Разгуляй замер на полуслове и недоумённо уставился на меня, потом перевёл взгляд на нашу тарелочку и у него сами собой зашевелились волосы на голове.
— Это волкодлак?
— А ты что, раньше его не видел?
— Не-а… Мерзкий то какой! И сильный, гад! Смотри, что вытворяет!
— Потом впечатлениями делиться будешь, показывай дорогу! — не сдержалась я и ударила его кулаком в бок.
— Дорогу… Ага… Вот за этой горкой будет лес, вёрст пять. Потом озеро Лебяжье. Оно небольшое. За ним ещё с версту… Потом будет скит. Вёрст семь вместе получается.