Мама считает иначе. Смотрит пристально, что именно я ем. Эх, прощай кофе! Да здравствует мякоть персика! Или чего там еще запихали в «Rich» производители? Пока пью, ловлю мамин неодобрительный взгляд. Ей очень не нравится, когда я выхожу завтракать в столовую - не одетая при полном параде, а в халате. Не знаю почему. Боится, что кто-то меня увидит? В домашнем? Ну, и кто тут может меня увидеть в таком виде?! Папа, что ли?! Ой, напугала.
Он вообще никого сейчас не видит. Ее тоже, кстати. Сидит, уткнувшись в телефон, даже про свой кофе, «без кофеина и со сливками» забыл. Что можно с утра пораньше так увлеченно читать? Заглянула через плечо. Скукота. Какие-то цифры, цифры и только цифры. А все слова, которые редко между ними встречаются, напоминают полный бред! Какие-то там «андеррайтеры, листинговые и делистинговые, фьючерсы и опционы». Абракадабра какая-то! Особенно меня слово «франшиза» рассмешило. Это как? Жена Франкенштейна или новое заболевание?
Я прекращаю читать странные слова и вообще смотреть на папу. Пусть изучает такую ерунду сам, если ему интересно. Мне - нет. А еще я знаю, что мама сейчас злится, прямо весь ее «идеальный загар» пятнами пошел. Будь она «воспламеняющая взглядом» - миленький костерчик бы получился из телефона и папы за компанию.
Эх. Если бы я пришла завтракать со смартфоном! Видели бы вы, что бы тогда произошло!
Нет, лучше и не видеть и не слышать. Везет папе! Мне на его месте прочитали бы лекцию о том, что такое «дурной тон», и с чем его, безвкусного, едят. И откуда вырастают маленькие девочки с дурными манерами. Должно быть, капуста была порченная или аист по дороге несколько раз падал.
…Ага. Я упала с самосвала. Тормозила чем попало…
Папе ни слова – ничего, молчание. Мама только смотрит и бесится про себя. Хорошо, что пока ни на ком не отыгрывается. Я, например, в такие моменты стараюсь быть подальше, на всякий «пожарный». Нельзя на папу ругаться – маман возьмет и сорвется на ком-то другом.
Сглазила. Ну, все, теперь труба. Надо заканчивать с завтраком, быстро одеваться и винтить к выходу, пока не поздно. Пока не заметили меня.
Почему меня замечают только для того, чтобы поругать?!
- Кончитта! Кончитта! Где ты там шляешься, черт подери! Оторвись от телевизора!
- Да? – Кухарка робко выглядывает из кухни. А сама нет-нет, да и поглядывает назад. Она так когда-нибудь окосеет, ей богу! Или шею свернет.
- Когда ты в последний раз заказывала продукты? Когда, я тебя спрашиваю?! – Нет, все вкусно, жаловаться не на что. Просто найден «козел отпущения». Стоит ли радоваться, что это не я? – Круассаны зачерствели! Паштет не свежий! Сок с комками. От всех остальных продуктов дурно пахнет! Отвратительно.
Я потихоньку встаю и направляюсь прочь. Еще чуть-чуть, пять минут таких разговоров, и даже то немногое, что я успела съесть – пойдет обратно. Спасибо, не надо. Тем более что время поджимает нещадно. Жаль только, десерт я так и не попробовала! Ни одного кусочка не съела! А ведь это был мой любимый апельсиновый мусс!
- Я только вчера ходила…
Все, дверь закрыта. Ни возмущенных, ни оправдывающихся голосов я больше не слышу. У нас в квартире прекрасная звукоизоляция, между прочим. Только кроме меня об этом, кажется, никто не знает, и музыкальный центр продолжает пылиться в углу без дела. Может он вибрирует, когда играет? И по этому дрожанию мама определяет, что музыка включена?
Или в моей комнате поставлен жучок? Типа «Чудо-няни». Это такой аппарат - его помещают в комнату к младенцам, чтобы слышать, когда они проснутся. А моя дорогая мамочка слушает: чем я там, в своей комнате, занимаюсь?
А может, я на нее наговариваю? Слишком плохо думаю о ней?
Если бы спросили, кого из родителей я люблю больше, я не смогла бы ответить. Не потому, что не знаю. Очень трудно определить «больше» среди «никак». Нет, я их любила, конечно, когда-то. Но сейчас…
Мама…
Всегда за мной подглядывает. Все подслушивает, выведывает, расспрашивает. Прямо шпионка, блин! Мата Хари. Самое интересное, что просто поговорить, времени у нее нет, а я бы и так ей рассказала обо всем! Только спроси. Зачем все эти игры? У меня прямо-таки мания преследования начинается. Скоро разовьется в маниакально-депрессивную шизофрению с признаками суицидальных наклонностей на почве страхов, основанных на фобиях. Ух, как завернула! Это я такое выражение в книжке вычитала…ну, может, не совсем такое?