История их противостояния, как, впрочем, и большинство историй чьего-либо противостояния Бедерхему Вездесущему, была короткой, скучной и предсказуемой. Вообще, за последние тысячу с лишним лет несметное адское воинство единственный раз искренне волновалось за своего фаворита, делало ставки и переживало все перипетии сюжета: это было тогда, когда Гончая Князя Тьмы преследовала Тварь Бэхитехвальда, пытавшуюся украсть у Князя его законную добычу, беглую душу рыцаря. Словом, Тотомагос не успел даже удивиться, как был разгромлен, побежден, схвачен и заточен в самое надежное узилище — ад самого Ада.
Когда смертные говорят, что мир летит в тартарары, они имеют в виду это самое место.
Адским Адом командует Энтихлист, совершенно замечательная личность, кто-то вроде местного Лилипупса. Во-первых, он не демон, а хума-хума-хензе — первородное существо, обладающее огромной силой. Он мог бы попытаться покорить наземный мир или геенну огненную, или, во всяком случае, внести серьезные изменения в ход их истории, но ему не нравится ни земной, ни подземный климат. Есть претензии и к пейзажам обоих миров. Раздражает подавляющая часть населения. Остальные не вызывают симпатии. А главное, хотя Энтихлист чудовищно стар и умен, он так и не смог понять, к чему вся эта суета и беготня. Ведь в любом случае ты должен подчиняться Законам Равновесия, иначе рискуешь разрушить мир, за власть над которым так боролся. И выходит, что в результате ты приобретаешь только лишние хлопоты и обязательства. Поэтому большую часть времени хума-хума-хензе безмятежно дремлют в магмовых озерах и смотрят сладкие сны, а когда требуется, просыпаются и наводят порядок.
Тюремщиками в Адском Аду служат демоны высшего ранга, проходящие курсы повышения квалификации перед каким-нибудь особо важным назначением. Там побывали все воины личной гвардии Князя, приближенные огнекрылы Каванаха и Пожиратели Снов Эдны Фаберграсс. Перед тем, как принять титул Гончей Князя Тьмы, Бедерхем проторчал в этом мрачном местечке около полутора веков, и мог смело сказать, что если ты остался жив и относительно цел после этой работы, любая другая тебе по плечу. Трудно представить, что кто-то в состоянии управиться с самыми сильными и опасными воинами Преисподней, однако если это произойдет, победителя ждет встреча с самим Энтихлистом, и пережить ее почти невозможно.
Хума-хума-хензе не бессмертны и не непобедимы, но в мире не слишком много существ, способных, а главное — согласившихся бы спорить с ними на равных, поэтому Энтихлист и ему подобные охраняют самых опасных чудовищ подземного мира, не давая им вырваться на волю и нарушить хрупкое равновесие, являющееся залогом существования мироздания. Отправляя Тотомагоса в заточение в глубины Адского Ада, Князь Тьмы полагал, что в ближайшие тысячелетия о нем не услышит.
* * *
— Когда у нас украли Тотомагоса, я сразу подумал о вас, — демон откашлялся.
Начало выступления ему не понравилось. Зелг ободряюще покивал ему, призывая не торопиться и собраться с мыслями. Кассарийский некромант сидел на золотом троне, за его спиной высилась исполинская фигура Думгара, кротко мерцал лорд Таванель, на плече примостилась Гризольда, которая оправилась настолько, что уже дымила трубкой и отпускала короткие язвительные замечания по поводу некоторых, не умеющих держать себя в руках.
Тронный зал замка был переполнен. В обычном помещении обычного дворца случились бы столпотворение и давка, но многие обитатели Кассарии были бесплотны, и могли потесниться без ущерба для собственного комфорта. К тому же, призраки, феи, духи и эльфы предпочитали занять места в ложе-бельэтаж, то есть просто повиснуть в воздухе. Материальные существа чинно расселись в креслах и обратились в слух. Зелг был счастлив увидеть среди собравшихся мирно беседующих Лилипупса с Мадарьягой. Бургежа устроился на шестиногом столике со стопкой чистой бумаги и несколькими очиненными карандашами: кто-то, а он сбирался не упустить ни запятой из речи демона.
Надо сказать, Бедерхем был польщен: давненько он уже не выступал перед такой благодарной и заинтересованной аудиторией.