Она хотела его сейчас, в эту минуту; эта примитивная нужда смела все остальное с такой неожиданностью, что это было пугающе. Морган не осознавала, что ее руки стягивают его рубашку, пока она слегка не отклонилась назад, чтобы справиться с пуговицами. А затем напряженное выражение его лица и пылающая жажда в его глазах сказали ей, что он так же горит желанием получить ее, как и она стремится получить его.
Куин помог ей снять свою рубашку и отбросил ее в сторону. Он расстегнул джинсы и стянул их вместе с трусами лишь настолько, насколько это было необходимо, а затем держал ее за бедра, пока его твердая плоть не погрузилась глубоко в ее тело. Ее бедра крепко сжались вокруг его талии, а тело изогнулось, отвечая на ласки. Морган со стороны услышала, как издала бессвязный звук удовольствия, почувствовав его ритмичные движения внутри себя.
Руки Куина накрыли ее груди, поглаживая и массируя, он наклонил голову, чтобы провести языком между ними. Морган прижалась к его плечам, чувствуя, как под ее пальцами мышцы напрягаются и расслабляются при его движении. Ощущая дикое напряжение во всем теле, стремительно нарастающее. Оно украло у нее остатки дыхания и держало ее в состоянии блаженного предвкушения.
Когда они достигли пика, он был таким стремительным и острым, как и само восхождение к нему. Куин обвил ее руками и крепко прижал к себе, они оба содрогались под силой нахлынувшей волны экстаза, пронзившего их… и оставившего истощенными.
Морган уткнулась лицом в изгиб его шеи, вдыхая его опьяняющий мужской запах, пока ее дико бьющееся сердце медленно возвращалось к своему нормальному ритму. Она не хотела двигаться или открывать глаза. Она лишь желала держать его, пока он обнимает ее, и нежиться в этих ощущениях.
Однако, она медленно начала осознавать, что их позы хоть и были удивительно эротическими, сейчас же — когда страсть временно утихла — были едва ли удобны. Будучи Морганой, она неожиданно почувствовала желание рассмеяться. Стул в ее гостиной да еще и посреди дня. Даже, несмотря на ковер, его колени наверняка ужасно болели, а она никогда в своей жизни не чувствовала себя настолько ошеломленной. Неожиданно он поднял голову и посмотрел на нее, улыбаясь, но выражение его глаз было свирепым.
— Если ты смеешься, то клянусь, я задушу тебя, — сказал ей Куин, по-прежнему охрипшим голосом.
«Он, должно быть, почувствовал мой сдерживаемый смех», — подумала Морган. Он точно не мог ощутить этого… Она прочистила горло и попыталась удержать улыбку.
— Прости, но ничего не могу поделать. Я веселюсь не потому, что это забавно, я просто слегка… поражена. Что случилось? Я хочу сказать, мы вели достаточно серьезный разговор, а в следующее мгновение мы были…
— Да, мы были. Мы определенно были. — Он поцеловал ее, затем освободился и натянул джинсы, застегивая молнию, но не трогая пуговицу. — Давай сделаем это снова.
Морган почувствовал, как он поднял ее, вставая на ноги. И у нее перехватило дыхание, когда ее чувствительные соски потерлись о его упругую покрытую волосами грудь. Она абсолютно не была уверена, что ее слабые ноги выдержат ее вес, и когда руки Куина накрыли ее ягодицы и крепко прижали ее бедра к своим, она убедилась в своих подозрениях.
— Подожди минутку. — Стараясь думать ясно, так как ее что-то беспокоило, Морган слегка постукивала указательным пальцем по центру его груди, чтобы привлечь все его внимание. — Что ты говорил о своем… своем стремлении. Ты здесь только для того, чтобы поймать Паслена? Это и есть план?
— Гм, — согласился он, носом водя по ее шее.
— Зачем… — она тяжело задышала, когда он нежно прикусил мочку ее уха. — Тогда зачем ты захватил тот кинжал в ночь нашего знакомства?
— Маскировка, — пробормотал он. — Ты бы удивилась, если бы я не взял ничего в ту ночь.
— О. Ммм… Алекс? Я знаю, что спрашивала раньше, но… это ты украл бриллианты Карстейрсов?
— Нет. — Он перестал исследовать ее шею, переворачивая Морган. А потом Куин жадно поцеловал ее и направился к спальне, радостно добавив:
— Я просто позаимствовал их.
Прошло немало времени до того, когда Морган, наконец, смогла собраться с силами и заговорить, ошеломленно повторив:
— Позаимствовал их. Ты сумасшедший, знаешь это?
Он мягко засмеялся в ответ.
— Ты воспользовался не лучшим моментом, чтобы украсть ожерелье, — упрямо продолжала она. — Тебя могли поймать. Или убить.