Капитан кивнул:
— Отвечу, мне от вас скрывать нечего. Я бы сейчас не был холостяком, если бы не один случай. — Лицо Буракова посуровело, помрачнело, но он продолжил: — Дело в том, Андрюша, что в твои годы, когда я еще в десанте служил, я любил одну женщину. Любил так, что готов за нее был все отдать! И она, как говорила, любила. Встретились мы случайно, в Доме офицеров, вечер был, посвященный 23 февраля. Познакомились, и я сразу, с первого взгляда полюбил Машу, так ее звали.
Капитан на секунду прервался, прикурил сигарету, выдохнул дым:
— Первое время словно на крыльях летал. Счастлив был. А потом… потом узнал, что она встречается еще с одним майором из соседней части. А до этого чуть ли не со всем гарнизоном переспала. Не поверил. Слухи в городках, как эпидемия. А мы уже жили вместе, сняли квартиру и жили семьей, о будущем мечтали. Однажды поставили меня в наряд, дежурным по батальону. После отбоя помощник домой отпросился на часок, ребенок у него болел. Отпустил. А тот, вернувшись, говорит, что видел мою Машу возле одного из ДОСов — домов офицерского состава городка. Ночью, одна! И как раз возле дома, где жил майор-пехотинец. Не передать, как ревность меня резанула. Все внутри вскипело. Узнал номер квартиры майора через полкового дежурного и к нему на хату! Шел, а сам думал: обознался прапорщик. Не Маша то была. Но помощник не обознался…
Капитан сделал несколько глубоких затяжек. Было заметно, насколько тяжело даются ему воспоминания о первой любви. Он повторил:
— …Не обознался! Дверь в квартиру майора выбил и в спальню. А моя Маша под этим майором… от удовольствия стонет! Я за ствол, но удержался. После этого в каждой женщине вижу Машу. Не хочу больше испытывать то, что испытал тогда!
Бураков замолчал.
Лебеденко виновато произнес:
— Извини, Юра! Не знал, но ты никогда не рассказывал о своем прошлом!
Капитан выбросил окурок:
— Да ладно, проехали! А Дубова не доставай. Сам решит, что и когда ему делать.
Разговор офицеров прервал подъехавший прямо к казарме «УАЗ». Вышедший из него командир диверсионно-штурмовой группы «Стрела» подошел к курилке. Офицеры поднялись. Майор спросил Мамаева:
— Все в сборе, Стас?
Капитан ответил:
— Все! Как и было приказано!
— Хорошо! Группе пройти в кабинет!
Через двадцать минут спецназовцы знали задачу предстоящей операции в Афганистане.
Вьюжин, закончив совещание, приказал личному составу готовиться к выезду на военный аэродром. Отпустив бойцов, попросил Мамаева остаться. Капитан подчинился. Когда за Михайловым закрылась дверь, майор спросил командира первой боевой «двойки»:
— Что думаешь о предстоящих мероприятиях, Стас?
Капитан пожал плечами:
— А что думать? Будем выполнять задачу!
— Это понятно! Но я вот что думаю, командира американского спецназа специально посылают на поиски смертоносных зарядов. К этому склоняются и Шаповалов, и Клинков. Что-то в Афгане должно произойти, связанное именно с майором Джонсоном!
Мамаев задумался, затем проговорил:
— Возможно, майора подставляют! Но имея при этом цель не только отомстить за смерть брата Аль Яни. Абдель задумал что-то необычное. Но почему в данной ситуации руководство разведуправления Минобороны США, не без участия которого посылается на важное задание группа Джонсона, привлекает к акции нас? Или мы тоже вписываемся в сценарий крупной и непонятной пока игры Абделя?
Вьюжин вздохнул:
— Не знаю, Стас! Это-то и беспокоит меня! А посему, думаю, нам надо сразу определиться в Афгане с порядком взаимодействия с группой Джонсона!
— Что ты предлагаешь?
— Думаю, самым разумным будет настоять на автономных действиях, но при постоянном контакте с американцами по связи!
— Что это даст?
— Если Абдель решил захватить Джонсона, то данный вариант позволит уйти от удара нам.
— Предлагаешь спрятаться за спины американцев?
Майор посмотрел на капитана:
— Я когда-нибудь прятался за спины других?
— Нет, но твое предложение говорит о том, что на этот раз ты решил изменить собственным принципам.
Вьюжин прошелся по кабинету:
— Ты неправильно понял меня, Стас!
— Тогда будь любезен объясниться так, чтобы понял!
— Хорошо! Слушай! Только внимательно и не перебивая. На все вопросы я отвечу после того, как закончу доклад.
— Договорились!
— Присядь ближе к рабочему столу!
Капитан подчинился, майор сел в свое рабочее кресло. Повертев в руках карандаш, собравшись с мыслями, начал доклад. Мамаев внимательно слушал, не перебивая командира уточняющими вопросами, как и обещал. Майор, закончив монолог, закурил. Мамаев произнес: