Поначалу девчонки сделали всё красиво: мисочки, салфеточки, вилочки. Но, к сожалению, это очень быстро потеряло вид. Каждый подходил, хватал нарезанные фрукты, колбасу, горячие бутерброды с чесноком, хот доги, рулетики из лаваша и всякую другую вкуснятину, даже жареные пельмени, прямо руками, скомканные салфетки падали под стол, и никто не спешил их поднимать. А единственная вилка, которой кто-то воспользовался, оказалась почему-то воткнута в пробку от вина.
Второй стол с едой оставили на площадке крыльца и, чтобы добраться до него, требовалось подняться по лестнице, поэтому порядок там сохранялся намного дольше. Лёха с Якушиным уже больше часа там что-то оживлённо обсуждали.
Дятел поочередно совершал набеги к каждому столу, и время от времени я отправлял его «на задание»: притащить два мандарина, канапе с сыром и виноградиной, томатный сок или стакан с вином.
Тифон сидел на пару ступенек выше нас, курил и кого-то высматривал, хотя Зоя танцевала в самом центре, и её нельзя было не заметить.
Мы с ней успели только обменяться приветственными поцелуями и перекинуться парой общих фраз. Но я с уверенностью почувствовал, что её магнетическая сила больше не действует, Настины чародейские манипуляции с коробкой Вансов вырвали меня из этого заколдованного круга.
Собрались все кроме суицидника и Тони. Прождали около получаса, после чего Артём заявил, что неявка равносильна проигрышу. Однако за них вдруг вступился Герасимов, и они с Марковым отправились их искать. Минут десять, где-то ходили, но потом вернулись в сопровождении этой взъерошенной и цепляющейся друг за друга парочки.
Деревянный стол из беседки был длиннее и шире, поэтому Артём выбрал его. Запрыгнул, потоптался. Лёха тут же влетел к нему, попрыгали оба. Стояло всё крепко. Хоть всей толпой пляши.
Амелин влез на столярную бандуру. Зоя крикнула: «Ура! Танцуют все!». И понеслось.
Девчонки бросились вытаскивать парней. Сначала Алёна затащила к ним в круг упирающегося Якушина, потом Настя с Сашей прибежали за мной, после им всем вместе удалось вытолкать Влада и Маркова. Лёха подключился сам. Чуть позже к нам присоединился и Макс. Егор танцевал с камерой.
Артём, как начал прыгать и размахивать руками, так и не останавливался. Иногда к нему на стол влезали Макс с Лёхой и они скакали все вместе.
Амелин пританцовывал более спокойно, сдержано, но явно и более умело. Его манера танца напоминала расслабленный шаффл. Двигался он легко, будто это ему ничего не стоило, но уловить, как он это делает не получалось.
Макс с Лёхой забирались и к нему тоже, один раз им здорово удалось перенять его стиль и изобразить такой синхрон, что девчонки восторженно захлопали.
Лёху с Зоей можно было считать безусловными звёздами танцпола, но стоило к нам в круг ворваться Дятлу, их свет померк, как свечение уличных фонарей с наступлением рассвета.
Дятел жёг. Он кривлялся, прыгал, размахивал руками и нескладно крутил бёдрами. Лёха так смеялся, что его откинуло к бортику фонтана, и он чуть не опрокинулся туда.
Девчонки же приняли Ваню на «ура», каждая норовила поддержать его безумный танец чукотского оленевода и от этого внимания он ещё сильнее заводился, яростно хлопая вместе со всеми в ладоши под HandClap.
Музыка билась и пульсировала. Радость тоже пульсировала. Необъяснимая и безудержная.
Все танцевали, бесились и дурачились. Гонялись друг за другом, пили, смеялись, обнимались и брызгались грязной водой из фонтана.
Свет горел только на втором этаже, и он ненавязчиво рассеивая ночной мрак, ложился тёплыми прямоугольниками светящихся окон и на брусчатую площадку, и на деревья, и на газон.
Как только начался медляк, я понял, что это лучшая возможность поговорить с Настей, но не успел дёрнуться, как меня поймала Саша, а Настю пригласил Влад.
— Слушай, Никит, я хотела тебе кое-что сказать... Ты не обижайся, ладно? — Саша повела меня в танце. — Просто я помню, что ты не понимаешь знаков и намёков тоже. Поэтому скажу прямо. Хорошо? В общем, наверное, у нас с тобой ничего не получится. Извини. Я только сегодня поняла, что мне нравится совсем другой человек.
Внутри себя я возликовал, но виду не подал, просто кивнул и сделал вид, что слушаю другие её оправдания, но на самом деле, мне уже было не до них.
Прямо позади Саши к сидящей на бортике фонтана Тоне подошёл Тифон. Я думал, хочет пригласить, но он лишь опустился рядом с ней, и я, едва различая сквозь музыку их слова, весь обратился в слух.
— Как нога?
— Уже лучше.
— Если что — обращайся.
— Спасибо. Буду знать.