Грудь вздымалась и опадала, хотя я к ней еще даже не прикоснулся. Член рвался из-под молнии — я никогда не был так возбужден. Я раздвинул халат и залюбовался ее идеальной грудью. Всегда восхищался ее фигурой, но вживую она была божественна. Провел большими пальцами по упругим соскам, пока ее дыхание сбивалось. Потянул за пояс, и халат полностью раскрылся. Под ним — только белые кружевные трусики.
Я опустился на колени, прижался губами к ее губам, продолжая теребить соски. Она приоткрыла рот, впуская мой язык. Мы целовались так, будто от этого зависела жизнь. Это не входило в план. Я просто хотел подарить ей удовольствие. Надо было держать себя в руках.
Рука скользнула вниз по ее плоскому животу, нащупывая край трусиков. Я поднял взгляд на ее глаза, горящие желанием.
— Можно я прикоснусь к тебе? — спросил я, потому что мне нужно было быть уверенным.
— Да, — хрипло ответила она, вплетая пальцы в мои волосы и притягивая к себе.
Я скользнул рукой под кружево и провел по самому чувствительному месту.
— Боже, ты насквозь мокрая.
Ее бедра дернулись, я начал водить пальцами по ее клитору. Целовал ее сильнее, пока она терлась о мою руку все быстрее.
Громче.
Жаднее.
Она стонала и всхлипывала, пока, наконец, не вскрикнула мое имя, а я продолжал двигаться, помогая ей прожить каждую секунду оргазма. Голова откинулась назад, глаза закрылись.
— Смотри на меня, — потребовал я. — Я хочу это видеть.
Она открыла глаза, длинные ресницы обрамляли их. Взгляд зацепился за мой, дыхание было сбивчивым. Я убрал руку и заправил выбившуюся прядь за ухо.
— Все в порядке?
Она кивнула:
— Отлично. Эм… спасибо.
Я хохотнул:
— Рад помочь.
Она смотрела на меня, пытаясь понять, что будет дальше. А я еще не закончил. Я переместился ниже, целуя ее разгоряченное тело. Массировал грудь, пока губы спускались к трусикам. Поднял глаза и улыбнулся:
— А теперь я тебя попробую, Пчелка.
Она закивала так быстро, что я едва сдержал смешок. Потянулся к краю трусиков и стянул их с ее загорелых ног, ощущая мышцы под нежной кожей, пока спускался до щиколоток. Бросил их на пол и провел ладонями вверх по бедрам.
— Раздвинь ноги, Виви, — мой голос был таким хриплым, что я едва его узнал.
Ее ноги разошлись, и я облизнул губы в предвкушении. Медленно, никуда не спеша, поцеловал внутреннюю сторону одного бедра, потом другого, прежде чем зарыться лицом между ее ног. Провел языком по ее влажным складкам и поднял взгляд, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. Дыхание было сбивчивым, но в глазах — доверие.
— Такая чертовски сладкая. Я знал, что ты именно такая. — Я принялся дразнить и изучать ее языком, потом резко втянул губами ее самый чувствительный участок, в то время как палец нашел вход и медленно начал продвигаться внутрь. — Ты такая узкая, Виви.
Ее бедра дернулись, и, клянусь, это было самое эротичное, что я когда-либо видел. Довести Вивиан Томас до оргазма было выше любых моих грез. Я усилил давление губами, чередуя поцелуи и лизание, сводя ее с ума, пока палец продолжал свою пытку. Она выгнулась, почти оторвавшись от дивана, и закричала от наслаждения.
— Боже… — прошептала она снова и снова, пока я продолжал двигать рукой и работать языком, помогая ей пережить каждую волну оргазма.
Постепенно она обмякла, кроме учащенного дыхания, и я медленно убрал руку, приподнялся и посмотрел на нее. Медово-карие глаза впились в мои, и я сунул палец в рот, желая запомнить ее вкус на всю жизнь.
— О… — выдохнула она. — Это было…
Я наклонился, поднял с пола ее трусики и медленно натянул их обратно на ее ноги. Она приподняла свой упругий маленький зад, чтобы я смог аккуратно подтянуть их на место.
— Это было что? — спросил я, нависая над ней и на прощание сжимая в ладони ее идеальную грудь. Я запоминал все: как она выглядела, расслабленная и удовлетворенная после того, как кончила от моих рук и рта. Даже представить не мог, что будет, если она сорвется на моем члене.
Мой парень был недоволен таким исходом, но я разберусь с ним в душе, когда вернусь домой.
— Это было потрясающе. Хочешь, я сделаю что-то для тебя? — спросила она, распахнув глаза и источая ту самую сладость, от которой у меня едва не разорвалась грудь.
— Нет. Это было для тебя. Один раз и возвращаемся к обычному.
Она хмыкнула.
— Ладно. К обычному так к обычному. Думаю, мне этого хватит на всю оставшуюся жизнь.
Я поцеловал ее жадно. Один последний поцелуй. Мой язык скользнул внутрь, чтобы в последний раз насладиться этой сладостью.