— Нет. Просто и обсуждать-то нечего. Хотел закрыть гештальт. Мы расстались не очень, и он теперь переживает. — Я взяла тако с курицей и посыпала его сыром и сальсой.
— Ну, это и бывает, когда в отношениях решаешь засунуть свой член в кого-то другого, — заявила Дилан с набитым буррито ртом. — Но ему теперь с этим жить, потому что миссис Уинтроп сказала, что его невеста — та еще стерва.
Шарлотта с Эшлан прыснули, а Эверли закатила глаза:
— Эта женщина точно слов на ветер не бросает.
— А мне нравится ее прямота, — Дилан отхлебнула вина.
— Не удивительно, — сказала я. — Как в пожарной части? — Хотелось сменить тему.
— Знаешь, интересно. Пожарные мало чем отличаются от спортсменов. Сначала держались отстраненно, но некоторые разговорились. Самый большой сюрприз был Нико.
Я отложила тако и в упор на нее посмотрела:
— Ты с ним говорила? О чем?
— Прости, Виви, но это нельзя обсуждать. — Она лукаво улыбнулась.
— Ты ведь не врач, у тебя ученая степень. Что он тебе сделает? Подаст в суд за то, что рассказала его лучшей подруге, что он страдающая душа? — Дилан схватила чипс, макнула в сальсу и отправила в рот.
— Слушай, ты всего в одном шаге от звания главной сплетницы Хани-Маунтин, когда миссис Уинтроп и Болтушка Бетти уйдут на покой. — Эверли рассмеялась. — Но скажу тебе одно: все было хорошо. Он чуть-чуть открылся. Я тоже. И я дала ему пищу для размышлений.
— И хотя бы скажешь, о чем говорили? — я понизила голос. Для меня было важно понять, упомянул ли он меня — значит, Эверли знает, а главное, он все же заботится.
— Конечно. Главная тема — ты. Похоже, ты крепко сидишь в голове своего лучшего друга, Виви, — она подмигнула.
— Предлагаю взять ее в оборот и пытками выбить все, — заявила Дилан, и все расхохотались.
— Терпеть не могу эту игру. В школе вы чуть меня не угробили, — покачала головой Шарлотта.
— Чарли, ты слишком нежная. Мы помогали тебе закаляться, — сказала Дилан.
— А помните, как я закрылась в комнате, когда папа был на смене, а Дилли хотела меня прикончить? Я просидела там всю ночь, — напомнила Эшлан.
— Ну еще бы! Ты засунула мой кашемировый свитер в сушилку! Я присматривала за братьями Бонсак месяцами, чтобы накопить на него. Эти мелкие черти были ужасны, но я решила во что бы то ни стало купить тот свитер за триста баксов. А ты его сжала до размера на трехлетку!
Я прикрыла рот, чтобы не расхохотаться. Эшлан тогда неслась со всех ног, а Дилан устроила «игру в удушение» куда серьезнее остальных.
— Моей любимицей всегда была Виви, — заметила Дилан.
— Она была страшная, — Шарлотта покачала головой, глядя на меня с озорным блеском в глазах.
— Не скажешь ведь, что у нашей Виви была суперсила, — вытерла слезы от смеха Эверли. — Помните, как она швырнула Дилан через всю комнату, и та врезалась в дверь?
Теперь мы все уже не могли сдержать истерический смех. Игра была глупой: кто-то ложился на кровать, остальные держали и прижимали подушку к лицу, засекали время. Конечно, придумала ее Дилан, и ее бесило, что я всегда быстрее всех выбиралась.
Наверное, я с детства умела выживать.
И переживу боль от того, что Нико спрыгнул с корабля, как только все стало по-настоящему.
Счастливый конец не для всех.
16
Нико
— Мужик, мелкие дети меня пугают до смерти, — заявил Дед, когда мы загнали пожарную машину на стоянку возле школы Мейбл.
— У тебя четверо детей и полдюжины внуков, — заметил Кэп, и все засмеялись.
— Да, но они-то вынуждены быть со мной милыми. Для них я — папа и дед. А эти… они меня вообще не знают, и каждый год закидывают вопросами так, будто работают в гребаном ЦРУ. И половина вопросов вообще не про пожары. В прошлом году одна девчонка спросила, женат ли я. Какого черта это вообще имеет отношение к пожару? — проворчал он, спускаясь с машины. Даже мне пришлось постараться, чтобы не расхохотаться.
— Может, она спрашивала для подружки, — выдал Расти, давясь от смеха.
В этот раз нас поехало шестеро, пока Джейс и остальные остались на базе: я, Кэп, Дед, Расти, Толлбой и Рук. Мы собирались «взять» класс Мейбл в детсаду.
— Нико ведет урок, раз сам согласился, — сказал Кэп.
Я закатил глаза. Как будто у меня был выбор, когда мисс Адамс попросила сделать это ради детей.
— Да бросьте, киски. Им всего четыре года. Что они могут? — я направился к входу.
— Не думаю, что слово «киска» уместно в школе, — хмыкнул Толлбой.
— Почему же? Дети любят котиков, — парировал Рук, придерживая дверь.