— Вы врачи? А если человек, которого вы спасаете, болен?
— Отличный вопрос, — сказал Кэп. — Мы все парамедики начального уровня — можем помочь и больным. А я и Нико — еще и фельдшеры, можем оказывать сложную помощь.
Я кивнул девочке, которая подняла руку:
— Я очень люблю апельсины. А ты?
Я усмехнулся:
— Люблю. Я большой фанат апельсинов.
Мейбл захихикала, подняла свою маленькую руку:
— Я люблю тебя, Ник-Ник, — сложила пухлые ладошки на груди. И у меня, черт возьми, чуть сердце не взорвалось.
— И я тебя люблю, букашка.
Мы еще полчаса отвечали на вопросы — о пожарах, тако, любимых вкусах кексов, — пока мисс Адамс не сжалилась и не объявила все это законченным. Договорились встретиться с ребятней на улице, чтобы показать пожарную машину, и когда мы, наконец, выехали со стоянки, я был выжат досуха. Уселся на среднее сиденье рядом с Джеком, пока остальные обсуждали самые сумасшедшие вопросы.
— Похоже, мисс Адамс к тебе неравнодушна, — поддел Джек.
— Да ну. Мы старые знакомые. Хорошая женщина.
— Есть причина, по которой ты не хочешь с ней встречаться? — поднял он бровь, и я знал его достаточно хорошо, чтобы понять: он намекает.
— То есть?
— Не сиди на заднице, когда перед тобой есть что-то стоящее. Потому что оно может исчезнуть, — сказал он тихо, чтобы слышал только я.
Я понял, о чем он, но удивился: мы никогда с ним не обсуждали мою ситуацию с Виви. Черт, у нее ведь кто-то был все то время, что я работал в пожарной части, до последних шести месяцев. Раньше это вообще не рассматривалось.
А теперь?..
Я провел ладонью по лицу:
— К ней приходил Дженсен, и я сорвался. Она заслуживает большего, чем я могу дать.
— Похоже на отмазку, чтобы сбежать. Он тебе не соперник. Да я и раньше так не считал, даже когда они встречались.
Я сузил глаза, удивленный его словами:
— Честно, я думал, тебе бы это не понравилось. Ты же меня знаешь, Джек. Думаешь, мне стоит лезть в то, что я, скорее всего, запорю?
— Еще бы, знаю. И не кажется ли тебе странным, что она столько лет встречалась с парнем, к которому и близко так не тянуло? Да ладно тебе, Нико, мы все это видим. Видели годами. Ты за ней ухлестывал с того самого момента, как полез к ней в окно.
Я вытаращил глаза и отвернулся:
— Ну, значит, я был не так уж скрытен. Надеюсь, ты понимаешь, что тогда ничего не было. Я никогда ее не трогал и уважал ее отношения с Дженсеном. Черт, я саму Виви уважаю, и именно ее пытаюсь защитить.
Вот какого черта я это обсуждаю с ее отцом?
— Я знаю, кто ты. Всегда знал. И никогда об этом не переживал. Ты всегда был на ее стороне. Но, знаешь, не всех нужно защищать. Моя дочь сильная женщина, Нико. Но я никогда не видел ее счастливее, чем рядом с тобой. И тебя тоже. Так что пора либо сделать шаг, либо уйти с дороги, сынок.
— Ооо, кому-то срочно в туалет? — Расти сунул голову между нами и заржал. — А я вот да. Все эти разговоры про апельсины и тако — и живот скрутило.
Я большим пальцем махнул назад:
— Сядь уже.
Мы подъехали к части, и Джек хлопнул меня по плечу:
— Если ты ждал моего одобрения — оно у тебя уже есть. Я бы не выбрал для дочери никого лучше тебя. Только ты этого не понимаешь.
Я кивнул, ошарашенный его словами. Я уважал этого человека, и был уверен, что он спустит с меня шкуру за то, что между мной и Виви.
— Не уверен, что я тот парень, — сказал я, поднимаясь и выходя следом.
Он обернулся и громко расхохотался:
— Никто из нас не «тот парень», Нико. Одной правильной женщины достаточно, чтобы им стать. Со мной и Бет было именно так. Встретил ее и все мои старые замашки канули в прошлое.
Он все еще смеялся, хлопнув меня по спине и уйдя.
— Похоже, отцовское благословение ты получил. Чего ждешь, Придурок? — Толлбой подошел сбоку и сунулся слишком близко к уху.
— Согласен. Зеленый свет, малыш, — Расти шлепнул меня по заднице, и я расхохотался. Эти ублюдки вечно лезли в мою жизнь.
Я поднялся наверх и нашел Джейса, сидящего на диване с телефоном в руке. От него буквально исходила злость.
— Все нормально, брат? — спросил я, плюхнувшись рядом.
— Карла свалила. Познакомилась в баре с каким-то мужиком и уехала. Бросила девочек, — он провел рукой по волосам. — Все так хреново, и я устал ее чинить.
Я кивнул. Девка всегда была не в себе.
— Слушай, ты сделал все, чтобы поступить правильно. Пора ее отпустить и начать с девочками новую главу.
Он пожал плечами:
— Отпустить — легко. У нас и так все хреново было годами. Но ненавижу, что она их бросила. Не хотел, чтобы они выросли так.