Неужели от меня так легко отказаться?
Глаза начали наполняться слезами, и Эверли подошла ближе, бросив салфетки на стол.
— Виви, ну что ты. Это не в твоем духе, — она отстранилась, чтобы посмотреть на меня. — Если это важно, надо бороться.
Я покачала головой и вытерла слезы:
— Он не хочет меня. Не так, как я хочу его.
— Чушь. Мы все это видим. С Дженсеном ты встречалась, потому что это было безопасно. Ты влюблена в Нико Веста столько, сколько я тебя помню. Но ты все еще держишься за безопасное.
— Нет. Он знает, что я к нему чувствую. Это он боится. После всего, что было с его отцом, думаю, он просто не позволит себе быть по-настоящему счастливым, — я снова пожала плечами.
— Не верю, — она села и показала мне на соседний стул.
— Не веришь во что?
— Что ты сама не боишься. Думаю, ты куда больше замешана в том, что все стоит на месте, чем готова признать.
Я раскрыла рот:
— Что? С чего ты взяла?
— Вивиан, ты тоже боишься. Ты потеряла маму и взяла все на себя, пока я носилась за своими мечтами.
— Это тут вообще ни при чем, — возразила я.
— Да ну? — по ее щеке скатилась слеза. — Ты заботишься обо всех. И у вас с Нико одно общее.
— Что? — прошептала я.
— Вы оба до смерти боитесь быть счастливыми. Он — потому что думает, что не заслуживает. Ты — потому что боишься так сильно кого-то полюбить, что потерять будет невыносимо. А ты ведь знаешь, как это больно, правда?
Я кивнула, и слезы полились. Праздники всегда были тяжелее без мамы.
— Я скучаю по ней.
Она крепко обняла меня:
— Я тоже. Но это не значит, что нельзя любить так же сильно снова. И не важно, вы с Нико встречаетесь или просто лучшие друзья — потерять его будет больно в любом случае. Но нельзя жить в страхе.
— Я не живу, — возразила я, вытирая щеки.
— Правда? А то, что ты столько лет была с Дженсеном, — это не безопасный выбор? Ты даже не заплакала, когда застала его с другой. Но каждый раз, когда Нико уезжает на пожар, я слышу, как ты реагируешь. Ты любишь этого мужчину до безумия, так иди за этим, Виви. Не бойся любить и жить. Ты — лучший человек из всех, кого я знаю. Только Дилли не говори, а то врежет мне.
Я рассмеялась сквозь слезы и снова обняла ее.
— Господи, что тут у вас? Почему все такие слезливые сегодня? Сегодня ж День чертового благодарения, а не похороны, — раздалось за спиной, и я обернулась на Дилан.
Эверли поднялась первой, потом и я.
— Просто разговариваем, — отмахнулась она.
— Ага. А между тем Эш только что устроила истерику, потому что у нее сломался утюжок для волос, а у Чарли прыщ, который без лупы не разглядишь, и она теперь отказывается спускаться. И вот нахожу вас двоих, ревущих в обнимку… Я не могу быть солнцем для всех! — Дилан всплеснула руками. Я закинула голову и расхохоталась, а Эверли согнулась, ловя дыхание от смеха.
— Ты — солнце в этой компании? — выдавила сквозь смех старшая сестра.
— Да. Просто за тучкой, — скрестила руки Дилан.
Я кинулась к ней и крепко обняла:
— Люблю тебя и твою тучку, Дилан Томас.
— Что тут происходит? Вы какие-то подозрительные…
— Она ничего не слышала от Нико. Я сказала, что ей не стоит сдаваться и надо бороться за то, что хочет.
Дилан отстранилась и всмотрелась в меня:
— Может, пора перестать заботиться обо всех и позаботиться о себе?
— Эй. Я и о себе забочусь. Захотела открыть пекарню и добилась, — я посмотрела на обеих, вскинув бровь.
— Ну да, — кивнула Дилан. — Но ты открыла бизнес, где можешь печь лучшие сладости и раздавать их всем, кого любишь. Это прямо чисто твой ход, Вивиан Томас: найти дело, через которое можно заботиться обо всех вокруг. — Она поджала губы и хлопнула в ладони, мол, «я же говорила».
— Я люблю свое дело, — возразила я с ноткой защиты в голосе.
— Мы знаем, — Эверли обняла меня сзади, прижалась ко мне щекой.
— Но разве не лучше было бы печь эти масляные печенья, зная, что Нико ждет тебя дома, голый в постели? — добавила Дилан, заключая меня в объятия с другой стороны.
Мы все трое расхохотались, и в этот момент распахнулась задняя дверь.
— Что тут вообще происходит? — крикнула Эшлан, подбежала и втиснулась между нами.
— Освободите место для меня и моего гигантского прыща, — заявила Шарлотта, подходя ближе. — У него уже своя жизнь.
Мы раскрыли объятия шире, принимая и ее.