Вивиан передала мне миску с начинкой, прикусила сочную нижнюю губу, и я чуть не потерял самообладание прямо за столом.
— Не дразни меня, Пчелка. Это плохо кончится для нас обоих, — прошептал я ей в ухо, легко скользнув губами по её нежной коже, и она вздрогнула.
— Так, Виви, что думаешь насчет того, чтобы Рук пригласил Джейду на свидание? — подал голос Толлбой. — Нико не особо высказался, так что, может, ты ему поможешь, раз она у тебя работает. — Он откусил булочку и подмигнул мне.
Ублюдок.
Вивиан посмотрела на меня и улыбнулась:
— Приходи в пекарню в субботу. Она будет работать.
Рук кивнул и перевел взгляд на меня. Я не дал понять, что думаю, но парень был хороший, и, наверное, для Джейды было бы неплохо пообщаться с кем-то вроде него. Он не был заядлым тусовщиком или пьяницей. Да, немного помешан на компьютерных играх, но в этом я ничего плохого не видел.
— Ладно. Можно теперь прекратить это обсуждать, Толлбой? — пробормотал Рук, но мы все его услышали, и стол взорвался смехом.
— Ну а ты, Дилан? — влез Расти. — Не думала встречаться с пожарным? Особенно с таким красавцем, как я?
Вивиан закрыла лицо руками и простонала.
— Расти, ты забыл, что в школе встречался с моей лучшей подругой и изменил ей? Советую искать себе кого-то другого. Этот магазин закрыт. Понял, о чем я? — Дилан подняла бровь, а он только рассмеялся.
— Расти, ты серьезно только что при мне пригласил мою дочь на свидание? — подал голос Кэп. — У меня тут один уже уводит другую дочь в коридор, — он кивнул в мою сторону, — а ты вылез с этим. Можно я просто спокойно поем?
— Извините, Кэп. Похоже, мне стоит учиться лучше чувствовать обстановку, — сказал Расти, жуя картошку.
Толлбой согнулся от смеха, а Биг Эл только покачал головой и пожал плечами.
А я… я был именно там, где хотел быть.
И впервые за столько лет я был доволен.
Да что там — счастлив.
Моя рука нашла руку Виви под столом, и я сжал ее так, словно от этого зависела моя жизнь.
Потому что, в каком-то смысле… так оно и было.
19
Вивиан
— Не верится, что ты заставил меня оставить машину там. Мы бы и так надолго не разлучились — ехать всего пару минут, — рассмеялась я, когда мы подъехали к моему дому.
Нико настоял, чтобы я поехала с ним. Теперь, когда он наконец-то пришел в себя, он не хотел расставаться ни на минуту, если в этом не было необходимости. За ужином он не отходил от меня, и даже когда я ушла помогать с посудой, каждый раз, поднимая взгляд, ловила его глаза на себе.
— Мне понадобилось время, чтобы прийти к этому, Пчелка, — он повернулся ко мне, и я придвинулась ближе, когда его руки обняли меня.
— Я рада, что ты перестал бежать. Надеюсь, теперь ты задержишься.
— Такой план.
Он распахнул дверь, поднял меня на руки, мои ноги обвили его талию, а сапоги стукнулись друг о друга за его спиной.
— Ты ведь понимаешь, что я могу идти сама? — хмыкнула я.
— А мне нравится носить тебя. И нравится, что весь мир видит — ты моя.
От его слов у меня екнуло сердце. В моем восприятии ничего не изменилось — ни чувства к нему, ни уверенность в том, что он чувствует ко мне. Разница была в том, что теперь он это принял. И у нас появился шанс.
— Думаю, я всегда была твоей, Нико Уэст, — сказала я, доставая ключ и поворачивая его в замке.
Оказавшись внутри, он донес меня до дивана и опустил, так что я подпрыгнула. Он стянул куртку и потянулся к моим сапогам.
Я встала, толкнула его обратно на диван, и он удивленно распахнул глаза.
— Я тоже люблю о тебе заботиться, — сказала я, развязывая шнурки его зимних ботинок и снимая их по одному.
— Правда, Пчелка?
— Правда, — прошептала я, устроившись у него на коленях, оседлав его, и расстегнула молнию на своей куртке, давая ей упасть на пол.
— И как же ты собираешься обо мне позаботиться, красавица? — его руки легли мне на талию, когда я наклонилась к его губам.
— Вот так, — прошептала я у самого рта.
Мы целовались на диване, казалось, целую вечность. Я была так возбуждена, что никогда еще не жаждала его так сильно. Мои руки добрались до края его свитера и скользнули под него. Я наслаждалась ощущением его упругого пресса и груди под пальцами. Он поднял руки, и я стянула свитер через его голову. Его серый взгляд поймал мой.