Они все звонили и писали без конца, чтобы узнать, как она.
— Держится. Не терпится найти помещение, чтобы открыть пекарню заново.
— Скажу тебе так: мы тут с ума сходим без печенья, — заявил Расти, и Сэмсон врезал ему по руке.
— Ты иногда такой мудак. Мы в порядке. Главное, что с ней все хорошо, — сказал он.
— Ее сестры нашли место, где почти не нужно ремонтировать. Это ресторан возле Beer Mountain, который закрылся в прошлом году. Она сможет туда въехать и быстро начать работу, — сказал я.
Владелец здания был старым другом Джека, и, узнав, что с ней случилось, предложил ей отличные условия. Площадь там была вдвое больше прежней, и она уже искала в интернете оборудование и мебель. Страховая оказалась куда полезнее, чем мы ожидали, и она была благодарна.
— Звучит неплохо. Джейде уже не терпится вернуться к работе, — заметил Рук, кивнув мне.
— Да, думаю, долго ждать не придется. Я заеду к ним с Мейбл по дороге домой, — сказал я и постучал по столу, прежде чем направиться в кабинет Джека.
Дверь была открыта, он поманил меня внутрь. Я закрыл за собой, пожал руку Чаку и сел рядом.
— Хотел, чтобы ты услышал прямо от источника, Нико, — Джек прочистил горло. Я уловил напряжение, и сразу ощутил, как во мне поднимается тревога.
— Миссис Уинтроп несколько недель назад установила камеры возле Sweet Blooms — ей разбили машину.
— Ладно, — сказал я, потирая ладони. Хотел знать, кто, черт возьми, это сделал.
— Похоже, пожар на складе и в пекарне связаны. Подростки исключены. На камерах видно, как они сбежали в ночь поджога склада — они пришли только граффити рисовать. В ночь пожара в пекарне у них были алиби, мы их с тех пор держим на примете, но поводов подозревать нет. Зато один человек был замечен у обоих мест. Раньше мы не могли быть уверены, что это он на записи со склада, но после свежих кадров у пекарни я уверен: это один и тот же мужчина. Твой отец.
Я вскочил.
Я бы его убил.
— Этот кусок дерьма, — прошипел я. — Зачем, черт возьми, ему поджигать склад или пекарню?
— Возможно, первый был угрозой тебе. Типа намек, что он вернулся. А пекарню — чтобы снова задеть тебя. Думаем, он не знал, что Виви и Мейбл вошли через парадную. Мы смотрели записи с двух камер — Sweet Blooms и продуктового напротив Honey Bee's. Виви и Мейбл заходили спереди как раз в тот момент, когда твой отец появился у черного входа, — сказал Джек, и я уловил в его глазах злость.
— Неважно. Он мог их обеих убить. Они едва успели выбраться. Он спалил склад и пекарню дотла. Мог погубить и моих ребят. — Я провел рукой по затылку. Я знал, что он мразь, но это уже был новый уровень.
— Согласен. Проблема в том, что мы можем привязать его к обоим местам, у нас есть время на записи. Его уже арестовали, но он отрицает, говорит, что был дома с твоей матерью. Брейди Таунсенд сейчас допрашивает ее. Если она подтвердит его алиби — будет сложнее. Сейчас у нас все, чтобы прижать его, осталось, чтобы она признала, что это он на камерах. Машина его. Фигура его. Нам нужна твоя мать.
Черт.
— Не знаю, скажет ли она правду, — покачал я головой. — Раньше не говорила.
— Ее внучка и Вивиан чуть не погибли. Да и ты мог, Нико, — сказал Джек.
Сомневаюсь, что это что-то изменит.
— Когда узнаем?
— Я как раз собирался в участок, — сказал Чак. — Можешь поехать со мной, твоя мать скоро должна закончить.
Я поднялся. Хотел посмотреть ей в глаза и понять, скажет ли она правду. Если она снова прикроет того монстра, за которым прожила всю жизнь, — всё, конец. После этого пути назад не будет.
В участке я сел в зоне ожидания, пока Чак пошел к Брейди. Я думал, где сейчас мать. Где держат отца.
Дверь открылась, и она вышла. Взгляд вцепился в мой. Под глазом — свежий синяк, багровый. Она выдохнула и подошла ко мне.
Я поднял на нее глаза. Сказать ничего не мог — слишком много злости копилось годами.
— Привет, — сказала она, протянув руку, и я заметил дрожь. Я поднялся, взял ее ладонь, и она прижалась ко мне, обняв крепко. — Прости, что так долго.
— Что ты им сказала?
— Правду. Его не было дома в обе ночи. После пожара в пекарне он вернулся весь в саже, а вещи сложил в пакет и спрятал в сарае. Я рассказала все.
Я снова обнял ее, чувствуя, как по венам прокатывается облегчение. Она сделала правильный выбор. Не важно, сколько времени ей потребовалось.
— Спасибо, что была честной. Он плохой человек, и ему пора сесть.
Она плакала в моих руках, потом подняла взгляд:
— Ты всегда был сильным, Нико. Смелым с самого детства. Я боялась его. Боялась, что он причинит тебе и Джейде вред. Боялась за Мейбл, когда он вышел. Но в итоге он все равно причинил боль всем. Я никого не защитила.