В тот вечер я вышла из его дома и, казалось, будто гора свалилась с моих плеч. Я обезопасила Адама, разорвав наши отношения, больше не рвала себе душу, пытаясь выстроить "любовь". Я практически со спокойным сердцем возвращалась домой, в свою квартиру на Манхэттене с любимыми панорамными окнами.
И только через пару лет, от его отца, я узнала, что Адам был в курсе, кто напал на него, он все помнил и знал, но не подал заявление на Фила из-за любви ко мне. Не могу сказать, глупость это была тогда или нет, но он знал, что сделает мне больно, если заявит на него, знал, что я люблю своего бывшего, знал, почему я разорвала отношения с ним в тот вечер, все знал и отпустил, потому что просто очень хотел, чтобы я была счастлива, хоть и не с ним.
Именно после всех этих событий, по истечении нескольких месяцев я отправилась в Россию к матери, где провела ночь с Марком, а потом улетела в Майами.
Глава 6.
Эмилия
До моего отлета в Россию Фил, конечно, появился на горизонте, он знал о всех моих передвижениях, о моем круге общения, обо всем, что происходит в моей жизни. Он клялся, что завязал с наркотиками, восстановился в клубе и пытался реанимировать свою карьеру, меньше светился на мероприятиях, практически перестал посещать бары и клубы, его больше не видели с потоком женщин, кроме разве что Блэр. Я не обращала ни на что внимание и занималась своей жизнью и учебой, думала о стажировке у отца и полете к маме.
Фил же умолял вернуться к нему, обещал свадьбу и детей, что он бросит Блэр и ни с кем никогда не загуляет, что в его жизни буду только я одна, его слова любви иногда переходили в угрозы и оскорбления, когда он понимал, что бросаться ему на шею я не планирую. Все эти "ты сама шлялась со своим ублюдком Адамом, трахалась с ним, как шлюха, а я ждал тебя, только тебя!". Ну да, ждал он видимо в окружении своего гарема, возглавляемого невестой Блэрри-черри, как звала ее пресса.
В общем, ни на какие просьбы и мольбы я не поддавалась, с завидной регулярностью меняла номера и пыталась жить своей жизнью, что моего экс абсолютно не тормозило, а потом я улетела в Москву. Чем моя поездка закончилась вы в курсе, также, как и в курсе, что Фил по-прежнему назвал и угрожал, пожалуй приступлю к рассказу, что же случилось за год в моей жизни после прилета из Майами.
Как я писала, после прилета, первые два месяца были достаточно насыщенными в моей жизни: учеба, подготовка к диплому и практике, стажировка у отца. Мне все безумно нравилось, ощущение взрослости приносило непередаваемый кайф, работа затянула по полной. Как только я попала к отцу, я не кичилась и не говорила на каждом углу чья я дочь, конечно, люди постепенно начали узнавать, ведь в начале об этом знал только приближенный к папе круг, ну, и, конечно, мой непосредственный начальник. Впрочем, я его быстро очаровала, и первая реакция, что я избалованная дочурка, у Эйдана быстро прошла. Наверное, понял, что я действительно заинтересована в этом месте, хочу вникать и понимать, а не точить лясы или крутить романы на работе.
Эй быстро ввел меня в курс дела, внятно объяснял и слушал, терпеливо помогал и рассказывал, водил на рабочие встречи и планерки, заставлял делать презентации, вникать в документы, перелопатить юридические законы и кодексы, если мне что-то было непонятно. А я была счастлива, безудержно счастлива своей загруженности и нужности. Я подружилась с ребятами в юридическом отделе и в смежных департаментах, мы вместе частенько зависали в барах по пятницам, меня добавили в скрытые рабочие чатики в мессенджерах, где обсуждали все, что можно, но только не рабочие дела. И это при том, что все знали чья я дочь!
Отец хвалил, ведь периодически до него доходили положительные отзывы о моей работе, и, если вначале он отнесся скептически, то в дальнейшем, чуть ли грудь не выпячивал вперед от гордости. В общем, все было круто, семья-учеба-работа-друзья-коллеги, сердце закрыто, а в душе спокойствие.
Я вновь обрела баланс, совесть окончательно уляглась, прошлое, кажется, отпустило, а я вновь была собой - веселой дерзкой девчонкой.
Так продолжалось еще почти 3 месяца, а потом умер Адам.