Мы танцуем и танцуем, а музыка не кончается. В какой-то момент, сквозь мои мысли пробивается голос Адама:
- Эмилия, я много думал обо всем. И знаешь, если быть откровенным, то мне жаль, что все так вышло. Конечно, безумно жаль. И я тоже по тебе скучаю и буду скучать. Но я знаю немного наперед, знаю, что, если ты приложишь усилия, то твоя жизнь будет очень счастливой. Разумеется, не без трудностей, но куда без них, да? - он мягко смеется - Но еще раз повторю, не смей хоронить себя, прекрати себя истощать и изводить. Пообещай мне, ради меня, себя и всех твоих родных, что ты будешь смеяться и грустить, злиться и взрываться, влюбляться и ненавидеть, прощать и отпускать, путешествовать и работать, достигать целей и исполнять мечты. Обещай.
Я киваю головой, не отрывая ее от его груди и тихо произношу "Обещаю".
Мелодия резко прекращается, Адам крепко обнимает меня, вдыхая аромат моих волос, как при той нашей последней встрече и также тихо, как и я, произносит мне на ушко:
- И я обещаю, что буду оберегать тебя, присматривать. Ты всегда можешь говорить со мной, а я всегда услышу. Береги себя и будь очень-очень счастлива, малышка, ты этого заслуживаешь. А я не обижаюсь, не злюсь и также тебя люблю. Помни, что ты пообещала и не подводи меня. И, кстати, спасибо за кофе и газету. Я ценю. А сейчас тебе пора.
Он отстраняется и подталкивает меня в сторону выхода, а сам подходит к столу, поднимает бокал, будто бы в мою честь, и делает глоток вина. Я иду к двери, в последний момент останавливаюсь и оборачиваюсь. Адам по-прежнему стоит около стола, облокотившись о него бедром, и неотрывно смотрит мне в глаза.
Я улыбаюсь и прозношу одними губами "Обещаю. Люблю", зная, что он понял каждое слово. А выходя из ресторана, резко просыпаюсь в своей постели, и, немного отдышавшись, успокоив бешено бьющееся сердце, перевожу взгляд за окно, на красный рассвет, который отдаленно напоминает закат.
_________________________________________
Сегодня совсем небольшая часть, завтра будет больше. Скоро перейдем в настоящее и завяжем с прошлым. :) Дорогие, пожалуйста, оставьте комментарий, как вам мое повествование? Буду очень благодарна за обратную связь, для меня это важно.
Глава 7.
Эмилия
Наверняка вы уже устали от моего нытья и очередных происшествий. Сама не знаю, почему все это вечно со мной случается, по сути, мне не на что жаловаться. Но, как-то так вышло, что будучи баловнем судьбы, имея мозги, внешние данные, образование, популярность, деньги и все, о чем мечтают молодые девушки моего возраста, у меня не было самого фундаментального - любви мамы и здоровых отношений с мужчиной. Я не знала, как это, отец всячески пытался на меня повлиять, говорил, что любящие мужчины не ведут себя так, как Фил. Ох, если бы ты знал всю правду, папа, ты бы точно поседел раньше времени.
Я, конечно, всю правду не рассказывала отцу, зачем? Зная себя и свой характер, я все равно никого не буду слушать, ни друзей, ни родственников, только себя, и пока не перегорю окончательно, вся эта агония не закончится. Да-да, я из разряда тех, кто учится только на своих ошибках.
После того сна с участием Адама, я решила для себя, что стоит окончательно разобраться с Филом и моими чувствами, головой понимала, что все это похоже на отношения, строящиеся на воспоминаниях, где когда-то было классно, ново, беззаботно, а что делать дальше, как все построить в настоящем, не говоря уже о будущем, никто из нас двоих не знал.
Конечно, сейчас я понимаю, что самым правильным было бы просто разрубить эту болезненную привязанность, расстаться и начать новую жизнь. Мы молоды, мы не первые и не последние, кто встретился в юности, но не смог пронести чувства в более зрелый возраст.
Но тогда, мне казалось правильным дать еще один шанс Филу. И вот в последний день, я собралась, нарядилась и поехала в ресторан к нему на встречу. Туда, где он должен был ждать меня на протяжении месяца, каждый вечер в 21:00. Место он выбрал помпезное, он всегда любил роскошь, не аккуратную, а бьющую в глаза.
Я увидела его сразу, за столом в центре зала, на котором были только бутылка коньяка и дольки лимона, перед Филом же стояла одна полупустая рюмка, а сам он склонил голову вниз и держал обе руки на затылке.