- Дадада, - расплываюсь в улыбке, - сегодня вечером поговорю с ним. По плану будет ужин, на нем наконец-то встречусь с папой, он тоже прилетает сегодня на форум, завтра будет выступать, а после поговорю с Марком. Ты права, пора жить дальше, оставить наконец позади все, связанное с Филом, и теплые воспоминания с Адамом.
- Именно, Эми, именно. Лучше поднимай свою жопку и дуй выбирать наряд, чтобы идеальный идеал точно не устоял.
- Уже выбрала, - хихикаю, припоминая припасенное на вечер платье, похожее на то, что было на мне во время нашей первой встречи. Только оно без бретелей, держится на груди, и цвет - глубокий бордо. Как раз подойдет под такого же цвета помаду и высокую прическу.
- Умница, ладно, я побежала, мы сегодня планируем посетить этот, как его... Горький парк. Во!
- Может, Парк Горького?
- Ну, или его! - ржет Николь. - Пока!
- Пока! Мэтту привет! - чмокаю воздух и со спокойной душой завершаю вызов.
Надо признать, подруга рубит правду-матку. Ну, сколько еще можно жить ужасом, что остался позади? Я уже даже в другой стране, а все никак не уймусь. Да и Марк за все время, что мы "вместе", ни разу не подвел. Не обижал, не отталкивал, не был замечен в мутных движениях и сомнительных компаниях. Ну да, ревнивый, но его можно понять, я-то, по его мнению, кручу хвостом, не даюсь в руки, он же не понимает мотивов моего поведения, вот и бесится. Но при всем при этом, и правда ведь заботится, старается, молча проглатывает все мои ехидства и зарождающийся бунт, у нас много общего, он взрослый и состоявшийся, с понятными ценностями, красивый, умный, с похожим на мой чувством юмора, и сексуальный, как Бог. И хочет меня! А может и влюблен. И я тоже. Кажется.
Решено! После ужина с отцом, поговорю с Головиным. Думаю, он не откажет, особенно учитывая нашу сегодняшнюю встречу...и его печальный взгляд, когда я уходила..Открою ему свою душу и мысли, а там будет видно, что дальше. Я уже сама от себя устала, бежать от того, к чему наоборот бежать хочется.
Все, рефлексию в сторону, Эмилии Голденблат пора собираться. Держись, Синеглазый!
Знала бы я тогда, чем закончится вечер...ох, знала бы.
Глава 20.
Марк
Голова непрерывно гудит, будто дрелью кто-то усиленно сверлит мои виски. Долбит и долбит, долбит, сука, и долбит. Аааа, невыносимо. Пытаюсь открыть глаза, с третьей попытки это удается, хоть и с большииим трудом, теперь дело за малым - сфокусировать свой взгляд, чтобы понять, где я, что происходит и сколько времени.
С горем пополам, минут через пятнадцать, показавшихся мне вечностью, я все-таки смог поднять свое тело с дико мятой постели, с облегчением осознав, что я нахожусь в своей родной квартире. Хочется пить, а еще умереть, давно у меня не было такого отходняка, погуляли как следует с Лехой чтоли накануне? Ни черта не помню..
Еле переставляя ноги, двигаюсь в сторону кухни, надеясь на спасение в виде холодной бутылки минералки в моем холодильнике и пачки "Нурофена" в аптечке. Нахожу воду, откручиваю крышку и слышу пронзительный дверной звонок, за которым следуют не менее внушительные удары по двери.
На секунду замираю, это что еще за истерика? Также медленно, как и до этого, плетусь, словно дед, в сторону прихожей, открываю все замки и передо мной предстает рожа лучшего друга.
- Здарова, Лех! - протягиваю руку, но ответа не получаю, лишь злой и презрительный взгляд. Да что происходит-то?
- Очухался? - немного грубо пихнув меня в сторону, Леша вваливается в прихожую и, не разуваясь, идет на кухню, отодвигает стул и седлает его спинкой к груди, не отрывая от меня все такого же взбешенного взгляда.
- Я тебе, конечно, рад, брат, но объясни, что происходит, ибо твою злую энергетику и ужасное скрежитание ножек стула моя больная похмельная голова долго не выдержит.
- Ооо, что происходит? ЧТО ПРОИСХОДИТ??- переходит с тихого голоса на откровенный крик Леша, - А я тебе скажу, что происходит, происходит то, что ты конченый мудак, Марк. И как ты теперь будешь вылезать из всей этой жопы я не знаю.
- А подробнее и конкретнее?
- Ты что не помнишь нихера, что наворотил?
- А что я должен помнить? Последнее, что мы собирались на ужин..СТОП! - у меня аж холодный пот потек по спине, - Мы же были в Питере..
- Да, мы были в Питере, мой дорогой друг, четыре дня назад, блять, а потом я тащил твое бессознательное тело на себе и в Сапсане, и в такси, и затаскивая сюда, правда предварительно вытащив из какого-то шалмана, а, если по-простому, то блядовника. А, если еще проще, то из ВИПа, где ты был не пойми под чем, а с тобой были три бабы непонятной наружности.