- Нет, малышка, прости, тебе лучше уточнить у брата или его друга.
- Эмилия, ты говоришь правду? Или они накосячили?
- Я говорю правду, но один из них точно накосячил. Марина, мне сейчас и неудобно, и не хочется об этом говорить. Я должна идти, давай созвонимся на днях, и все обсудим?
- Да, идет, ненавижу, когда чего-то не знаю и не понимаю, но, если что, то парням не сдобровать.
- Ага, ага, ладно, я побежала.
- Давай, целую и скучаю!
- И я!
Быстро отключаю звонок и поднимаю голову к чистому звездному небу. Врать или укрывать правду от подруги некрасиво, но и размусоливать произошедшее мне не хочется. Мне немного больно. Или много. Я же правда хотела в тот вечер и поговорить с Марком обо всем, как советовала Николь, и даже познакомить его с Джеком. Но то, как он сорвался, как накинулся на отца, привело меня в шок и ужас, мне было стыдно перед папой, но еще больше мне хотелось самой расцарапать лицо Головину и разрыдаться, как маленькой девочке, чье доверие обманули.
Очевидно, что Марк мне небезразличен и важен, но повторять ошибки прошлого я не готова, снова эта ревность, предьявы, нервы, и его последние слова, его оскорбления перед всем залом, вся грязь, лившаяся из его рта, лилась прямиком мне в душу.
И очень сложно забыть, отмотать или перестать бояться, ведь такое я уже проходила, только тогда, от слов "шлюха", мы с Филом быстро перешли к рукоприкладству. А вдруг сейчас случилось бы тоже самое? Где гарантии, что Марк не такой? Если от моих объятий с отцом, ему уже так снесло башню.
Наверное, Малиновский прав, стоит слетать к Джеку, увидеться с ним, просто выспаться, а потом уже думать обо всем, вернувшись в Москву. В конце концов, между нами был только классный секс, до отношений мы, к сожалению или к счастью, так и не успели дойти. Наверное, оно и к лучшему. Мне нужна тихая гавань, спокойный заплыв, от эмоциональных волн меня слишком штормит.
Поворачиваюсь ко входу в бар и только собираюсь сделать шаг к двери, как в спину мне несется саркастичное и такое ненавистное:
- Детка? Вот это сюрприз...
Глава 22.
Эмилия
Я чувствую, как медленно начинает дрожать все тело, и мгновенно потеют ладони. Вдох-выдох. Прикладываю усилие, чтобы повернуться лицом на окликнувший меня голос. Вот уж кого я точно ожидала встретить в последнюю очередь. Когда-то, уже, кажется, в прошлой жизни, этот человек был для меня всем: отцом, матерью, любовником, другом, несостоявшимся мужем. Самым красивым, умным, благородным, юморным, щедрым, понимающим, поддерживающим, самым лучшим человеком на Земле. Но теперь…я даже несколько теряюсь в своем недоумении, осматривая с ног до головы это…
Передо мной стоит Филипп, его когда-то каштановые пряди подстрижены под ноль, зеленые глаза больше не сияют, вместо них, две безжизненных впадины, бледная кожа, остро выступающие скулы с неряшливой щетиной, губы сжаты в тонкую линию, а брови сдвинуты к переносице. Тело, на первый взгляд, все еще остается подтянутым, но скинуто достаточно килограмм, чтобы заметить, что ни о какой мускулатуре, рельефе и жилистости не может быть и речи, он не просто не в форме, он дико тощий. Даже нацепленные брюки и рубашка с запонками не могут этого скрыть. Рядом с моим бывшим очередная потасканная девка, что в лучших традициях, наряжена в сетчатые блядские колготы, кожаную мини-юбку, топ, скорее открывающий, чем закрывающий силиконовую грудь, на голове гнездо из 80-ых, на ногах – ботфорты. Она громко жует жвачку и надувает пузыри, с откровенным негативом стреляя в меня глазами.
Что с тобой стало, Фил? Что с нами стало? Где, подающий надежды, футболист? Где, рвущаяся вперед, отличница? Где совместные мечты? Где?
Прекращаю осмотр, оперативно вернув взгляд к глазам оппонента.
- Фил? Не ожидала тебя встретить, - слегка поворачиваю голову в сторону бара, думая о путях отступления.
- А я вот даже напротив, надеялся на нашу встречу, Эм, - сальный взгляд мечется от моего лица к груди и бедрам, - а ты все хорошеешь.
- Не могу того же сказать про тебя, - Фил в ответ скалится.
- Ждал, когда же почтишь своим присутствием родную страну. Что здесь делаешь?
- Вышла ответить на звонок, я здесь по работе, а в баре ждут коллеги, так что прости, мне пора, - оперативно отворачиваюсь и, ускорив шаг, мчу к двери бара, от цели меня отделяет всего каких-то жалких 50 метров, когда я чувствую крепкий захват на своем локте и невыносимое: