— Одевайся и пошли пройдемся.
***
Они вышли из квартиры, когда время заката прошло, и на город опустились сумерки. Мужчины шли медленно, им торопиться было не куда, до рассвета еще вся ночь впереди, да и шаг Лестата был не быстр, правда, он уже шел без поддержки, сцепив замком руки за спиной.
— Сколько огней, Луи! Сколько народа! Запахов и звуков!
— Определенные запахи, наверное, дико раздражают горло…
— Дико! Я бы сожрал первого встречного, — рыча. — Много-много встречных!
— А не поплохеет с голодухи-то? — усмехнулся Луи. — Может ограничишься парочкой?
— Это ты как бы за меня волнуешься? — Лестат покосился на него.
— Не как бы, — крайне серьезно ответил Луи. — Костюм неплохо сидит, но все же немного великоват.
— Ну разумеется, я ведь на несколько сантиметров меньше ростом, да и худее!
— Это ты намекаешь, что я толстый? — широко улыбнулся Луи.
— Намекаю-намекаю, — губы Лестата от улыбки мужчины непроизвольно растянулись. — О! Вон кажется два подходящих варианта!
— Дамочки, щебечущие без умолку о разных глупостях? С удовольствием.
Взгляд Лестатата стал заинтересованным, его компаньон никогда не говорил, что с удовольствием убил бы жертву.
— Я не ослышался?
— Насчет чего именно? Ах, насчет моих слов…
— Ты внутренне умирал с каждой своей жертвой, а тут такие слова!
— Я немного все же изменился, стараюсь не обращать на это внимания и отключать чувства. Как ты учил меня, помнишь? Не задумываться над этим. Просто наслаждаться. Наслаждаться пока не получается особо, ну хотя бы в твоей мере, а вот отключать чувства и не думать — почти выходит. — Луи глянул на вампира. — О, смотрю ты удивлен! Наверное, так и хочется тебе воскликнуть — наконец-то!
— Да. Возможно, — пробормотал Лестат. — Признаться, ты меня удивляешь все больше и больше.
— Надеюсь в хорошую сторону? — смазанная усмешка мелькнула на губах.
— Ты же знаешь ответ…
— Тогда пора начинать.
***
— О, смотри, какие два красавца! — шепнула одна другой.
— Хм… Луи, кажется, я и правда неплохо выгляжу, раз меня красавцем величают, — вполголоса шутливо заметил Лионкур, а затем громко обратился к мимо проходящим девушкам: — Милые дамы, куда путь держите?
Девушки замедлили шаг.
— Эммм… мы гуляем!
— Мы гуляем, а потом в клуб, — добавила вторая, с интересом разглядывая незнакомцев.
— Мы вот с другом тоже гуляем!
Яркий свет витрин падал на них, и обе отметили про себя, что никогда за свою жизнь не видели подобных мужчин! Стройные, даже статные, строгие костюмы, длинноволосые, с правильными тонкими чертами лица… Особенно у светловолосого, он будто сошел с картины художника фэнтези.
— Ммм… как интересно, — сладкий тенор незнакомца ласкал их слух.
«Тот, что повыше, несомненно, тоже красив, но черты лица мягче, нежнее, а у блондина изящество черт сочетается почти с агрессивной сексуальностью… Жгучая смесь! О, он подошел еще ближе! Какой же он шикарный! Только… только с кожей что-то… может, он чем-то болен?»
Лестат незаметно осмотрелся, облизнулся и задал вопрос:
— Тебя как зовут, милочка?
— Джессика, — представилась девушка, словив себя на мысли, что фривольное обращение «милочка» ей не очень понравилось.
Мимо сновали прохожие, а вот в нескольких метрах шел безлюдный темный переулок, надо только уловить момент…
— Очень приятно, Джесс, я Лестат! — и мужчина слегка склонился в изящном поклоне.
— Лестат? Ого! Никогда не слышала такого имени! Весьма необычное…
— Как и его обладатель, — и мужчина улыбнулся одной из тех своих улыбок, которые заставляют будущих жертв пятиться назад. А ведь он еще не показал клыков!
Что-то кольнуло Джессику в грудь, Марта стояла возле Луи, а тот вкрадчивым голосом говорил ей что-то. Джессика пожала протянутую руку, ощутив холод кожи. Быстро подняла глаза на лицо напротив, все еще щедро освещенное витриной магазина.
Красивое, но холодное, как лед… и кожа на таком лице могла бы быть и получше… и глаза какие-то непонятные… слишком светлые, почти прозрачные… странный тип…
— Джессика, — утрированно мягко, — меня так занимает поток твоих мыслей, — указательный палец провел по щеке девушки, которая мгновенно побледнела.
— Что? Чьих мыслей? — ошарашенно смотря на него.
— Твоих, милочка, — мужчина приблизился к жертве, вдыхая ближе запах кожи, крылышки носа раздулись.
— Как вы можете знать, о чем я думаю? — она нервно улыбнулась, кинув опасливый взгляд на Марту. Та, очарованная Луи, слушала его бархатный голос, что-то тихо отвечала, краснея, и не слышала сказанных подруге слов.
— Это в моей власти, — взгляд вампира скользнул на шею девушки, обмотанную желтым ситцевым шарфом. Неестественно яркий, ядовитый цвет стал раздражать Лестата и он захотел побыстрее сорвать его.
— Может вы просто псих? — хихикнула девушка, но ей сделалось не по себе. Он стал пугать ее.
— Да нет, я думаю, мой рассудок в норме, — Лестат улыбнулся странной улыбкой, — надеюсь!
«Сумасшедший!»
— Я думаю, нам пора, — вежливо произнесла Джессика, увидев, как незнакомец, назвавшийся Лестатом, улыбнулся шире. — Нас ждут, извините!
— Да? — пропел мужчина, и тут девушке показалось, что она увидела неестественно длинные зубы по бокам…
Как клыки у зверя…
— Прости, Джесс, — Лестат изобразил комичную грусть, надув губы, — мы никак не можем отпустить вас! Мне же нужно поправить свой внешний вид, ведь как ты правильно подумала, кожа моя могла быть и получше!
— Что? — девушка выпучила глаза. — Как вы… Марта, — ослабевшим голосом, — надо уходить…
— Надо, милая, но уже малость поздновато…
Девушка рванулась вперед к подруге, стараясь оттолкнуть незнакомца, но это совершенно не представлялось возможным. Вампир схватил ее и молниеносно затащил в переулок с такой легкостью, словно она была беспомощным котенком. Тоже самое сделал и Луи. Никто из прохожих ничего не успел толком увидеть, лишь короткий крик и непонятный шум.
Вампиры впились в шеи своим жертвам, вытягивая из них жизни по глотку, слушая предсмертные крики, затем хрипы, держа в руках бьющиеся в предсмертной агонии тела… Лестат не сдерживал удовлетворенного рыка, он пил медленней Луи, продлевая мучения жертвы, наслаждаясь каждой каплей крови… Де Пон дю Лак смотрел, как тот оторвался от окровавленной шеи, запрокинул лицо и прикрыл глаза. Его жертва все еще дышала.
— Боги, как же хорошо! — И вновь погрузил зубы в две глубокие ранки, держа Джессику в смертельных объятьях. Луи наблюдал, как дергалось ее тело, как у раненой птицы, все еще, ведь Марта давно затихла. Он расправился с ней быстро, и когда она была еще жива, избавил от мук переломом шейных позвонков. Рука со скрюченными в судороге ногтями скребла землю, и Луи было почти жаль ее, но уже не так, как раньше, когда он жалел всех жертв Золотоволосого Ангела Смерти. А теперь Луи даже рад, что он вновь имеет возможность вгрызаться в юные шеи дев и юношей.
Это он так изменился, или так изменился к нему?
Они встретились глазами, и Луи увидел прежнего Лестата — жестокого, холодного и кровожадного хищника, идеального представителя своего вида. Абсолютно безжалостного, лишенного всяческого сострадания к своим жертвам. Но Луи стало все равно, пусть творит что хочет.
Им еще предстоит разговор. Долгий, долгий разговор.
— Твои привычки остались, — заметил Луи с ухмылкой. — Спрашивать имена своих жертв.
— Привычки умирают медленно, — протянул Лестат, и с абсолютным равнодушием посмотрел на лежащую на земле мертвую девушку. — Даже в этом веке убивать легко, и народа больше, следовательно, и выбора.
— Да, но меньше незаметных мест, где можно укрыться…
— Это да…
— Вон уже и народ завернул сюда, пора уходить.
— Может еще по одному? Я так понимаю, это улочка немноголюдная, — Лестат осмотрелся.
Луи бросил взгляд на парочку — на вид подростки, они шли, обнявшись, неумолимо к ним приближались. Сейчас их безмятежный смех оборвется навсегда…