Ладони от запястий к плечам, на шею, спустились на грудь… затем чуть ниже… Луи понимал, что Лестат просто гладит его, периодически легко целуя то губы, то шею, то плечи, пусть и плотно прижимаясь к нему и по мере того, как руки и губы маркиза касались его, Луи полностью… захотел того, что и он. Он настроился на его волну и ему пока и в самом деле стало достаточно ласк Лестата и он уже не желал так явственно взять его.
Силой…
Луи незаметно вздрогнул. Только не это. Он не посмеет. Никогда не посмеет, как бы ему вдруг не снесло башню, как бы не приспичило и чтобы не послужило причиной…
Лестат положил ему голову на плечо и чуть сместился вбок, продолжая обвивать его ногами и руками. Пальцы забрались в растрепанную шевелюру Лионкура и мерно перебирали пряди. Через минуту Луи произнес:
— Ты мне напоминаешь большую дикую кошку, знаешь это?
— Теперь знаю, — тихо, очень тихо.
— Так и хочется почесать тебе за ушком.
— Так почеши, и я заурчу от удовольствия, я в этом уверен, — длинные ногти слегка царапнули кожу внизу шеи.
— Ну точно кошка, — и Луи, улыбаясь, таки сделал это характерное движение пальцами. — Ты голоден?
— Мммрр… да. Уже да, — ногти от удовольствия погрузились глубже в кожу, оставляя розовые отметины. По телу Луи пробежал разряд тока. — Или я бы так валялся вечность.
— И мы бы высохли в конечном итоге, и кто-нибудь нашел наши тела на этой кровати.
— Мммда, приятная перспектива, но финал не очень.
— Я о том же.
— Идем, mon chéri? Пришло наше время суток.
***
— Тебе нужны новые вещи по твоему размеру, да и я хочу обновить гардеробчик, — они подходили к еще открытому магазину мужской одежды.
Лестат с интересом рассматривал манекены в витрине и стеллажи с костюмами. С небольшой разницей, они все напоминали костюмы Луи: огромное количество брюк и рубашек, пиджаков и жилетов, бабочек и галстуков и даже носков. И первого взгляда хватило, чтобы определить, что это очень, очень недешевый магазин.
— Здесь только строгие костюмы, — заметил Лестат.
— Да. Этот салон продает только их. Я очень доволен, что нашел его. Мне не нравится в 80-х из одежды больше ничего, скажу я тебе. Отдаю предпочтение вечной классике. Она никогда не выйдет из моды, вот увидишь.
Весь обслуживающий персонал тут же обратил пристальное внимание на вошедших и удивление в их глазах росло с каждой минутой, а мужчины читали мысли присутствующих и понимающе ухмылялись, медленно прохаживаясь между рядами.
— И снова про мои пухлые губки подумали, ну сколько можно! — шепнул на ухо Лестату Луи, рассматривая стеллажи с одеждой. К ним уже подлетели две юные девушки, восторженно переводя взгляды с одного на второго и предлагая свои услуги консультантов.
— Ну что ж поделать, если они — выдающаяся часть твоего лица! — захихикал Лестат и обратился к девушкам: — Да, милые леди, вы можете нам помочь, — бархатный голос разнесся по залу. — Мы с другом хотели бы выбрать пару костюмов, подберите нам по размеру и посоветуйте, будьте любезны!
Да, Лестат мог быть убийственно-вежлив и обходителен — Луи тут же вспомнил, как он вел себя в обществе! Даже в обществе простой шлюхи, он, если пожелает, мог вести себя с ней как с королевой, правда, до определенного момента. Это его забавляло.
Девушки на миг замерли, открыв рты, находясь под чарами белокурого незнакомца, а затем, опомнившись, одна из них пробормотала, выдавая робкую улыбку:
— На вас и вашего друга у нас много выбора… ммм… можно сказать наш огромный магазин полностью к вашим услугам! Какой цвет в одежде предпочитаете? Я вижу на вас серый прекрасный костюм…
«Вот же лицемерка! Она же прекрасно видит, что он не сидит на мне», — подумал Лионкур.
— Лестат предпочитает синие, красные и коричневые оттенки в одежде, а так же подберите нам по два черных костюма.
Маркиз обернулся на друга, Луи увидел, как тронут Лионкур.
— Ты помнишь?
Де Пон дю Лак ответил легкой улыбкой, а у девушки пронеслось: «Они что, еще и пара? Как смотрят друг на друга!»
Мужчины тут же перевели на нее взгляд, и у нее пронеслась абсурдная мысль, что они прочли ее мысли.
«И почему большинство красавцев — геи?» — тем не менее подумала она и тут же услышала:
— Сара, — Лионкур прочел имя на бейджике, — ну так может обслужите нас, а то магазин закроется скоро, а мы так ни с чем не определимся и уйдем без обновок! Вы же этого не хотите? — И Лионкур подарил одну из тех улыбок, от которой дамы таяли как мороженое. Вот и Сара покраснела и застенчиво опустила густо-накрашенные ресницы.
«Он выбрал жертву», — пронеслось в голове Луи, когда услышал елейный голос вампира, обращенный к девушке. Такой обманчиво-приторно-нежный голос для смертных не значил ничего хорошего.
Им было предложены несколько костюмов на выбор, рубашек и брюк и мужчины зашли в примерочные.
— Не сильно изменились магазины одежды, — подметил Лестат, снимая костюм Луи и беря в руки новый. — В принципе осталось все похожим.
Луи посмотрел на себя в зеркало в новом темно-фиолетовом костюме и удовлетворенно улыбнулся.
— Как ты там? Готов?
— Я скучаю по расшитым камзолам, изящным рубашкам с пышными рукавами и кружевными манжетами и высоким сапогам! — донеслось из соседней примерочной.
Они встретились в коридоре, поймав настороженные взгляды Сары: та расслышала голос Лестата, и сейчас у нее было крайне озадаченное выражение. Блондин подмигнул ей, и она натянуто улыбнулась, прогоняя в мозгу: «Скучает по камзолам и рубашкам с кружевными манжетами? Это же носили в прошлых веках!»
— Отлично.
— Правда?
— Да. Ты отлично выглядишь. Нигде не жмет и не давит?
— Да нет, все вроде хорошо, — Лестат осмотрел себя более внимательно. — Ты тоже очень хорош собой.
— На вас обоих прекрасно сидят! — Решила подать голос Сара. Это были ее клиенты, и клиенты Рэйчел и их нужно было вести от начала и до конца.
— Хорошо. Давай следующие.
Почти все подобранные вещи, а это шесть костюмов на двоих, несколько рубашек и брюк были одобрены. Сара и Рэйчел довольно улыбались, предвкушая под конец дня неплохую зарплату.
— Луи, это цена?
Голос был настолько озадаченным, что заставил того зайти в примерочную и тихо сказать:
— Ты слишком громко говоришь, друг мой, куда делась твоя осторожность?
— Я слишком поражен. Извини.
— Ничего страшного. Даже если им сказать прямо всю правду, они всего лишь сочтут нас за сумасшедших, но продадут нам все, что мы захотим, — с усмешкой сказал Луи, прикладывая по очереди галстуки к рубашке Лестата. — Как думаешь, может этот? И вот этот?
— А если им показать клыки? Нам же приходится их прятать до той поры, пока не решимся их вонзить! Да, эти два.
— Я давно стал менее осторожен, поняв одну простую вещь, Лестат, что смертным убить нас крайне сложно и даже если они что-то заметят, о чем-то догадаются и даже что-то поймут — что с того? Они скорее попытаются убежать от ужаса перед нами, или будут умолять сделать их такими же, мечтая о вечной жизни и о бонусах, что она дает, но убить… Убить? Как? Вытащить нас под палящее солнце? Сложно. Разорвать на куски и сжечь? Взорвать? Еще сложнее. Еще будут варианты?
— Я пасую перед твоими доводами, но ведь раньше мы были более осторожными…
— Раньше все было иначе. Люди были крайне мнительны и суеверны, поголовно верили в нечисть, и действительно, если бы мы выдавали себя частенько, могли бы возникнуть проблемы. Не я бы, так рабы на рассвете могли поджечь мое поместье, например. Теперь же такое невозможно. Все. Пора выходить.
— Подожди, — Лестат стоял в нерешительности, — сейчас что, везде такие чудовищные цены?
— Не везде, — снисходительно улыбнулся Луи, — тем более цены на товары — любые товары, очень отличны от тех, что были когда-то. А это приличный магазин. Я не ношу ширпотреб. И ты не носил. И не будешь.