— Где раненный не говорили?
— Сказали тут не далеко, в балке. Хотел телегу запрячь, но они сказали не привлекать внимания.
— Хорошо. Верю. Пока. Но на десять лет строгого расстрела ты себе уже заработал. Помощь немецким шпионам в условиях войны, сам понимаешь, чем это пахнет.
— Как ваш поселок называется?
— Вильницы.
— А что за река недалеко?
— Так Днепр.
— Какой большой город рядом есть?
— Пан офицер а зачем вам это? О-у-у-у-у! — опять пришлось вразумлять говорливого дедка берцами по ногам.
— В следующий раз прострелю ногу. Ходить не сможешь, но говорить будешь. Слышишь дедуля здесь вопросы задаю я. Ты что еврей? Немцы кстати их сразу стреляют не раздумывая, уж очень они Гитлеру нелюбимы… Повторяю вопрос: какой рядом есть большой город?
— Так Могилев в тридцати верстах.
— …..мать. — не сдержался я. Теперь все понятно. Один из самых хреновых результатов.
— Значит так. Где балка и как туда пройти?
— Вот так через лес, — он бородатой мордой показал в сторону леса — Там будет вырубка. И за вырубкой правой будет балка.
— Если соврал, ты труп. Причем не один. Я найду всех твоих родственников и накажу, даже собаку грохну, чтоб все знали что ты, тварь, Родину продал. Пока полежи здесь, а я с раненными разберусь. Времени мало, скоро светать будет.
Теперь займемся подранком. Прислонив его к дереву, дал пару оплеух. Он более-менее пришел в себя после шока от ранения.
— Ты меня понимаешь.
— Да.
— Имя.
— Александр Бергман.
— Из поволжских немцев что ли?
— Нет Литва.
— Понятно. Теперь давай о ваших баранах поговорим. Состав группы. Цели. К какому ведомству принадлежите. Кто ранен при высадке.
Раненный, опустив голову, что-то не спешил отвечать. Ладно. Будем стимулировать, у татар многому можно научиться. Сильно ногой бью ему в раненное плечо. Он замычал и упал на бок. Пришлось снова его поднимать. И почти ласково с отеческими нотками обращаюсь:
— Пушистик, мне тут с тобой недосуг трепаться, меня там жена с детишками ждет, борщ на столе стынет, а ты тут говорить не хочешь, — добавив кавказского колорита в голос — Обидно, да? Не хочешь говорить, я тебя чуть-чуть рэзать буду.
Достав нож, провел длинную полосу у него на щеке. Его видимо поняло.
— Группа шесть человек. Командир гауптман Отто Шлеер. Это он сломал при высадке ногу. Цели — диверсии в районе Могилева, — опять замолчал, видимо сил не хватает.
— Ладно я за тебя продолжу. «Брандербург-800», «Нахтигаль»?
Он только кивнул. Понятно все с ним. Простые диверсанты, ничего интересного. Этот уже не жилец. Просто, без сантиментов, стреляю ему в голову. Хлоп. Тело дернулось и завалилось на бок. Невдалеке начал подвывать дедок. Видимо услышал хлопок выстрела. Надо на что-то решаться.
Там в балке еще парочка дожидается, и пока я с ними в прятки играть буду, время уйдет. Тем более, судя по тому, где я сейчас нахожусь времени у меня мало. Это Могилевская область, и сам город является крупным транспортным узлом. Насколько я помню, по истории Великой Отечественной войны, немцы сюда подойдут где-то числа 5 июля, и начнется бойня до 25-го числа. Сам город будет окружен, и 60 тысячная группировка Советских войск разгромлена. После чего немцы двинутся на Смоленск. Из окружения выберутся всего несколько сотен человек. Под Смоленском будет снова котел и снова бойня.
— Значит так, Селантий. Ты мне нужен. Пока живи. Дети взрослые-то есть?
— Да, сын и дочь. Дочь — замужем в другой деревне, а сыну — шестнадцать годков.
— С этого момента ты являешься внештатным агентом органов госбезопастности Советского Союза. Сам понимаешь, что с этим связано. Сболтнешь что лишнего и будешь ликвидирован незамедлительно. Ты меня понял?
Он быстро-быстро закивал головой.
— Кстати, что это за гулянье в деревне?
— Дык, завтра мужчин на войну забирают, с города, с военкомата приехать за ними должны.
— Это хорошо. Когда их забрать должны?
— К обеду обещались.
— Значит так. Ты сейчас идешь за сыном, и трупы самостоятельно закапываете в лесу. Потом идете в балку и закапываете тех тоже. Это первое задание. Все время пошло, только быстро.
— А как же брат, его семья?
— Не дергайся. Видимо, ты у них был на крайний случай. А так группа пропала и все. Никто ничего не видел и не слышал. Все, иди, выполняй, а то мне кажется, что ты не все мне рассказал. И смотри, без глупостей, я тут не один, если что сразу завалят.