— Вить, ну я не могу отбирать чужое! Обойдусь. Ты за это деньги заплатил…
— Фиг с ним, это же маленькая сумма. Ешь, тебе нужнее.
Только после этих упрашиваний Юля преодолела стеснение и отжала у Вити мороженку. Юля смотрела на людей, которые жили своей жизнью, на родную природу, знакомые дома и вновь и вновь возвращалась к мысли:
«А может ну его к чёрту и сбежать обратно в Екатеринбург?»
Москва ассоциировалась у Юли с тревогами относительно бандитизма Вити, бешеной работой. Екатеринбург напоминал о самой прекрасной поре в жизни человека — детстве. Однако волей-неволей эти мысли царапали душу, потому что родителей уже нет. Юля осознала, что помимо светлых моментов, Екатеринбург стал местом потери и слёз. Да и слишком много она заплатила бы, чтобы вернуться сюда. Отказаться от любимой работы, успешности, любви, друзей (Оли, например) из-за призрачного ощущения, что в Екатеринбурге будет лучше… Юля не поддалась миражу и бросила подобные мысли, даже не делясь ими с Пчёлой.
— Юль, над чем думаешь? У тебя просто лицо такое, будто ты задачку решаешь.
Юля приподнялась и махнула рукой:
— Так, ерунда. Забудь. Задача решена, — Юля положила голову на плечо Вите.
Последний вечер Юли в Екатеринбурге, а значит, конец отведённого срока на обучение в банде Орла. Скоро она должна была вернуться в Москву.
Юлю как обычно забрал Орёл на своём «Вольво» и отвёз на место переговоров. Юля пощупала диктофон в пальто, он был в рабочем состоянии. Всё должно пройти гладко.
На место приехали несколько людей в чёрных косухах, рваных джинсах и футболках. Юля незаметно включила запись, следя за ходом разговора.
— Погоди, то есть я реально ехал с другого конца страны, чтоб услышать отказ?! — воскликнул один из переговорщиков, ударяя кулаком по столу. На его пальцах было много дорогих перстней.
— Потому что эта сделка нам не выгодна! Докажи обратное! Ты реально предлагаешь мне наркоту за такие деньги?! Я другого поставщика найду и всё!
— Цена нормальная, ты не учитываешь риски. Двадцать пять процентов выручки — вполне приемлемо. Потом сам благодарить будешь.
Мужчина с перстнями пристально посмотрел на Фролову, сидевшую тише воды ниже травы. Из-за волнения у Юли пересохли губы. Он нагнулся к уху Орла и что-то сказал, Орёл ответил.
— Ладно, будь по твоему. Двадцать процентов. Ни тебе, ни мне. Сейчас дешевле не найдешь, я отвечаю.
— Окей. Завтра в десять чтоб всё привёз, — Орёл пожал руку говорившему. Пара бокалов за успех союза, и поставщики отчалили.
— Слиняйте, мне с Юленькой перетереть надо, — Орёл показал рукой на дверь, и его сообщники сбежали. Орёл сидел неподвижно, не проронив ни звука, а затем нагнулся к карманам Юли и извлёк оттуда диктофон.
Комментарий к 21. Ангел мести [I] ❗ на всякий случай поясняю:
Орёл и его люди, скажем так — это сообщники отца Юли, они связаны с ним. Те, кто связаны с репортажам о депутатах, ещё не появлялись в работе. Это другое)
Спасибо за прочтение ♥️♥️♥️♥️
====== 22. Ангел мести [II] ======
Комментарий к 22. Ангел мести [II] https://t.me/+TNL-3dZQFkgwZDBi тг-канал со всей информацией 💃
всем привет, я вернулась❤️ творческий кризис, финишная прямая по поступлению — всё это задерживало работу. но вот и пришел август, всё решено, и я свободна до сентября ❤️❤️😁 искренне надеюсь, что мы чаще будем встречаться здесь ✨
На меня смотрит вся Россия,
Пусть всё горит,
Пусть всё горит,
Я теперь готова ко всему на свете.
— Не понял, — Орёл уставился на диктофон, как гипнотизёр на подопытного. Юля предпочла молчание, поскольку любое слово могло сыграть не в её пользу.
— Я спрашиваю: это что? — Уже на тон грубее задал вопрос Филипп. Юля придумала такую легенду:
— Журналистская привычка. Я всегда ношу диктофон с собой, но не включаю. И вообще, кто тебе разрешал лезть в карманы? — Она перешла к нападению. Орёл не выдержал и отвесил Юле сильную пощёчину.
— Я же предупреждал: без фокусов!
Юля вспомнила о том, что с ней обещал сделать Орёл в случае обмана и зажмурилась, готовясь ко всему самому страшному. Для неё лучше было умереть, чем терпеть ласки другого.
— Значит так, малышка, — Орёл глотнул коньяка. — Я сегодня добрый, да и нужно давать людишкам последний шанс. Ты уничтожаешь всё, что на нас есть. Тогда я тебя не трогаю. Поняла?
Юля совершенно спокойно встала, кинула диктофон на пол и наступила на него несколько раз. Орёл удовлетворённо кивнул.
— А теперь ты проваливаешь отсюда. Доедешь сама, надеюсь.
— Не переживай за меня, — Юля быстрым шагом пошла к выходу. Только сейчас до неё дошёл ужас и страх. Слёзы градом вылились из глаз. Юля позвонила Пчёле, надеясь на скорейший ответ.
— Алло?
— Мне хреново.
— Жду тебя, — короткий диалог, за который каждый всё понял.
— То есть мы проиграли? — Пчёла выслушал Юлю и подумал, что всё, что есть на Орла, действительно исчезло. Тогда Юля улыбнулась и достала из кармана джинсов ещё один диктофон.
— Я уже подумала о том, что меня могут поймать и включила два диктофона, один запасной. Спас, как видишь. Было бы неплохо протащить камеру как-то раз. Скоро с кого-то будут трясти деньги, возможны пытки.
— Орёл будет бдительнее следить за тобой. Аккуратнее, Юль.
— Осталось совсем чуть-чуть, всё почти готово. Не тревожься за меня. Только суд ещё пережить… Там фигня, мы справимся, доказательств миллион.
Возможно, этот диалог бы кончился объятиями, но не сегодня: с Юлей связался Орёл.
— Слушаю.
— Покупай билеты, мы вылетаем в Москву. Скоро ты получишь первое задание. Слишком много ты грела уши, покажи себя в деле, Фролова, — Орёл говорил с Юлей пренебрежительно, как с низшим классом. Юля проглотила это, зная, что скоро за ней будет победа. Вкус мести был слаще любого вина.
— Вить, мы можем улететь в Москву, всё, — Юля села на диван, прижимая диктофон к груди. Она была рада возвращению, Пчёлкин лишь помрачнел. Уголки губ опустились вниз. Он понял, что Юлю могут ударить уже со стороны депутатов. А ведь Юля не подозревает ничего…
— Ты что, не слышал меня? — переспросила Юля, поскольку ожидала хоть какой-то реакции. Пчёла, замешкавшись, сказал:
— А, да, блестяще. Я очень рад. Пойду Белому позвоню, договорюсь, чтобы нас встретили…
— Зачем? Мы сами не в состоянии добраться до дома? — Юля приподняла бровь, с удивлением смотря на Пчёлкина. — Так, что-то произошло, и ты скрываешь это, верно?
«Не женщина, а экстрасенс», — Пчёла был в шаге от того, чтобы всё рассказать. Его останавливало подавленное моральное состояние Юли: она часто плакала по ночам, могла накричать на Витю из-за мелочи, испытывала временами необъяснимый страх, сопровождающийся физическими симптомами. Новость о готовящемся убийстве шокировала бы Фролову и могла стать последним выстрелом для её нервной системы.
— Нормально всё, не парься, — Витя махнул рукой и пошёл в коридор, звоня Карельскому. Тот обещал присматривать за Юлей и устранить её врагов при первой же возможности.
Юля с Витей весь полёт спали, поскольку очень утомились. Фролова снова нацепила свои тёмные очки и закрыла голову платком, чтобы не быть увиденной репортёрами. Пчёлкин понимал, что однажды бремя известности свалится и на него. В таком случае нужно будет что-то решать, ведь бандиту слава не нужна совершенно. Она может спутать все карты.
Самолёт приземлился в Москве. Юля сразу ощутила разницу между Екатеринбургом и Москвой, которая заключалась в погоде. Шёл мелкий дождь, самый противный. Где-то вдали гремела гроза. У аэропорта стояли бригадиры и Макс.
— Здорова, братишка, — первым соблюсти нормы вежливости решился Валера. Он пожал руку Пчёле и приобнял его. Далее Белый поинтересовался о климате в Екатеринбурге.
— Я чуть не сдох от жары, — ответил Пчёла, останавливаясь возле Космоса. Он помнил, на какой ноте они закончили в последний раз.
— Прости меня, брат.
Космос первым решил попытаться наладить общение с Витей. Юля взглядом пепелила Пчёлкина, намекая, что нужно помириться. После минуты молчания Пчёлкин сказал: