— В зал суда приглашается свидетель по этому делу, Виктор Павлович Пчёлкин.
А здесь, мой дорогой читатель, начинается самая напряжённая и интересная часть судебного процесса.
Пчёлкин вошёл в суд, как павлин. Он поприветствовал судью и стал говорить:
— Ваша честь, я молодой человек Юлии, я подтверждаю, что они являются виновниками гибели родителей Юлии. Я был знаком с этими людьми: с чего вдруг умереть молодой женщине?.. Я лично видел, как они решают свои криминальные дела.
— Хреновый ты молодой человек, раз я с ней спал неоднократно! — насмешливо выступил Орёл.
— А это как-то относится к делу? — Спросила судья. Но их уже было не остановить. Пчёлкин взбесился, включился тумблер агрессии:
— Ты чё вякнул, урюк?! Она не спала ни с кем, кроме меня! — Он уже начал подходить с кулаками к Орлу. Белый останавливал друга, вцепившись в него двумя руками, как наручниками.
— Виктор, ведите себя достойно.
— Прошу прощения, просто я не потерплю такой грязи в адрес Юли, которая чистая и порядочная, — Витя вернулся на место. — Я подтверждаю также факт домогательств. Это происходило у меня на глазах.
— Чего?! — Орёл вскочил со стула и подлетел к Пчёле, ударяя его по лицу. Судья тяжело вздохнула.
— Филипп, ваше поведение идёт вам в минус, — заключила она. Далее началась стадия судебных прений:
Юля отстаивала свою позицию, приводила неопровержимые аргументы. Её адвокат, нанятый Беловым, рассказал ещё информацию об этой группировке. Орёл готовился к худшему, ведь он даже не привлёк никого в свою защиту…
— Суд удаляется для вынесения решения, — объявила судья, уходя в комнату для совещаний. Белый платком останавливал кровь из носа Вити. Юля села, так как ноги устали стоять три часа. Она закрыла лицо ладонями, прячась от всего мира. Оля воспользовалась моментом и тихо спросила у Белого:
— Юля с Витей вместе?
— Да, они снова встречаются. До тебя информация почтой России доходит? — хихикнул Белый.
— Ужас, как она простила такую подлость и низость… — покачала головой Оля.
— Белова, запомни: если двое людей счастливы, отстань от них.
Пятнадцать минут, которые тянулись, как резина… И вновь раздался голос:
— Всем встать, суд идёт!
Судья прокашлялась и сообщила:
— На основании всех доказательств суд принял решение полностью исполнить иск Юлии Фроловой и отправить в колонию строгого режима следующих лиц: Филипп Орлова сроком на двадцать пять лет, Антона Журавлёва сроком на двадцать лет, Василия Слепакова на двадцать лет и Андрея Жукова на тот же срок. Все обвинения справедливы. Также требую взыскать с Филиппа Орлова штрафы за нецензурную брань и причинение вреда здоровью свидетеля, Виктора Пчёлкина. Дело закрыто, — она ударила молотком.
Всех преступников увели из зала, надев наручники. Орёл кричал что-то Юле. Та не хотела отвечать на провокации, но в конце концов не выдержала и сказала:
— Читай по губам! «Не роняй мыло в тюрьме».
— Боже, неужели мы победили? — Юля выдохнула с облегчением, когда вышла из суда. Солнце воцарилось на небе прогоняя все облака. К Юле подбежала пресса, задавая один вопрос:
— Что вы будете делать, Юлия?
Юля улыбнулась и ответила:
— Начну жить. Но сначала прогуляюсь и подышу воздухом.
Все поаплодировали, в том числе и Белый. Наконец репортёры отстали от Юли. Пчёла извлёк из кармана пиджака бутылку коньяка и протянул Фроловой.
— Витя, ты носишь с собой алкоголь?! — возмутилась Юля, но всё же выпила немного, сидя на ступеньках.
— Спасибо тебе, Саша. И тебе, Оля. Без вас я бы не справилась, — поблагодарила Юлька. Поймав недовольный взгляд ущемлённого Вити, Юля добавила:
— Тебя я благодарю в первую очередь, мой герой. Кровь уже остановилась?
Витя отодвинул платок от носа. Действительно, капель больше не было.
— Всё, Оля! Оставляем наших молодых! — нескромно пошутил Белов. — До встречи, друзья мои!
Они помахали друг другу руками. Как только муж с женой ушли из поля зрения, Витя подошёл к Юле близко-близко.
— Я устал притворяться твоим другом, Юля. Я даже за руку тебя взять не могу, — прошептал он, делая ещё один шаг, критически сокращавший расстояние между ними. — Ты не представляешь, что ты творишь со мной.
— Витя… Ты что делаешь, если увидят? — Юля осматривалась по сторонам, но Пчёла положил руки на щёки Юли, контролируя её излишне подвижную голову. Затем он приподнял её подбородок пальцами.
— Да и плевать, — уже в губы шептал Пчёла, с нежностью затягивая Юлю в поцелуй. Он обнимал её за талию так бережно, как самое дорогое сокровище. Хотя, Юля им и являлась для него. Она слегка придвинулась вперед, не в силах удержаться от того, чтобы насладиться этими минутами сполна. Она оторвалась от Пчёлкина лишь на мгновение: чтобы вдохнуть воздуха.
— Ты сумасшедший.
— Из-за тебя всё.
И вновь целуются, только уже смелее и увереннее.
— Юль, а теперь серьёзно. Давай-ка отдохнём от всех кошмаров. Не влезай больше никуда. Ты свой журналистский долг заплатила сполна. Я тебя очень прошу, — таким Юля его ещё не видела. Он буквально умолял бросить опасные темы.
— Я знаю, что ты щас приведёшь аргумент, что я сам веду бандитскую деятельность… — Юля наступила Пчёле на ногу:
— Не ори об этом!
Пчёлкин уже вполголоса продолжил говорить:
— Но у меня нет возможности вернуться к нормальной жизни, понимаешь? Мы сели в машину, а тормозов нет. Просто едешь, едешь…
— Пока не разобьёшься… — выпалила Юля.
— Типун тебе на язык! Короче, ты поняла?!
Юля, которой самой осточертело волноваться за свою дальнейшую судьбу, была обеими руками и ногами «за» спокойную работу. Так что здесь они пришли к согласию.
Однажды вечером Юля разгребала почтовый ящик и увидела красивый конверт с гербом России. Получателем была она, Юля. Фролова взяла письмо с собой и поднялась к себе домой, чтобы прочитать вместе с Пчёлкиным.
Она тут же разорвала конверт и достала лист, написанный каллиграфическим почерком.
«Уважаемая Юлия Александровна Фролова!
За Ваши заслуги перед Отечеством, за вашу храбрую, самоотверженную деятельность Вы приставлены к ряду государственных наград. 17 августа 1995 года состоится награждение журналистов, которые внесли большой вклад в освещение Чеченской войны, Вы входите в их число. Церемония будет в Кремле. Вы сможете взять с собой не больше пяти людей.»
Внизу стояли печати, подписи президента и депутатов государственной думы РФ. Юля вначале не поверила своим глазам и перечитала письмо три раза.
— Чё, из налоговой пишут? — пошутил Пчёлкин, подходя к ней и поглаживая пальцем её плечи. Юля дала ему лист и запрыгала по комнате от счастья.
— Нихрена себе… Награда… Ну я не удивлён! Заслуженно, я считаю, что государство тебе по гроб жизни обязано. Сколько всего ты сделала и продолжаешь делать.
— Я знаю, кого приглашу! — Воскликнула Юля.
— Неужели Витю Пчёлкина… — С сарказмом сказал Пчёла.
— Тебя, да, Олю Белову, Сашу и Космоса. Это те люди, которые помогли мне восстановиться после Чечни. Про Белова вообще говорить не стоит, если бы не он, я бы умерла на операционном столе.
Юля не знала, что делать с Валерой. С Филатовыми у неё никак не получалось найти общий язык из-за их излишней правильности.
— У меня есть пять дней на подготовку! — Юля подлетела к шкафу, решая эстетическую сторону вопроса. Вещи, как тряпки, летели одна за другой. Нужно сказать, что Юля настолько заработалась, что забыла, когда в последний раз была в магазине одежды. В итоге через два часа вынесся трагичный вердикт:
— Мне нечего надеть!
— Началось в колхозе утро, — Витя перебирал гардероб. — Ну чем тебе это не нравится? — Он показал на платье-футляр персикового цвета.
— Я в нём тысячу раз была в эфире, — вскричала Юля.
— А может, белое? В котором ты была в наше первое свидание у меня дома.