Bonne chance. {?}[Удачи (французский)]
Больше не твоя,
Ю»
Пчёла сжал лист в руках, мигом смяв его. Он рассердился моментально. Юля была опытным стрелком, каждая строчка была написана так, чтобы Пчёле было мучительно больно, больнее, чем от пули. Гнев разжигался всё сильнее с каждой минутой, испепеляя разум и сознание. Пчёла кинул письмо на пол, широко расставив руки на столе и судорожно вдыхая воздух. Очень хотелось выплеснуть на ком-то свои чувства. Под раздачу попала кружка — она оказалась разбита одним ударом. Не помогло. Чтобы потушить хоть немного пламя злости, требовалось побить всю посуду в квартире и убить минимум пару человек. Однако это была не единственная неприятность, случившаяся с Пчёлой в тот день.
Белый собрал всех, чтобы разобраться с некоторыми накопившимися делами группировки. Не успел Пчёла подойти к Белову и Холмогорову, как получил удар по лицу от босса.
— Белый, ты чё?! — Пчёлкин смахнул кровь с губы.
— А что? С женщинами ты горазд разбираться, я смотрю! Но так дело не пойдёт. Давай теперь со мной сделай то же самое, что с Юлей вчера ночью! — Белый занял боевую стойку, сжав кулаки. Пчёла перепугался не на шутку: Белов не был таким злым очень долго. Сейчас от него искры летели. Нужно ли говорить, что Холмогоров, ничего не знавший о последних событиях, разинул рот, как рыба без воды?
— Сань, чё за кипиш?
— Чё за кипиш, Холмогоров? — передразнил Космоса Белов. — Пчёлкин решил, что Юля ему изменила с тобой, попытался взять её силой, ударил и унизил словесно! Пчёл, если ты думаешь, что раз у Юли нет ни отца, ни братьев, и за неё некому заступиться, ты ошибаешься! Я за неё порву!
— Какого хера ты за неё так впрягаешься? — Пчёла даже в такой ситуации умудрился задать подобный вопрос.
— Фролова мне как сестра, ясно?! Вас это обоих касается! Я никому не позволю эту девочку обижать!
Только когда Белый увидел наличие эффекта от своей речи, он перевёл дух и успокоился. Парни пытались что-то ответить, но не находили нужных слов.
— Пчёл, это правда?
Витя понуро опустил голову. Сначала он не испытывал стыда за свои действия: он уверял себя, что такое поведение нормально. Статус рогоносца был противен, вызывал гнев, который заглушал голос совести. Пчёлкин даже жалел себя, считал обманутым. А сейчас он начал потихоньку понимать, что совершил.
— Ну чё могу сказать. Да, Саня прав. Я это сделал. Просто я в шоке, мой лучший друг спал с моей женщиной!..
— Витя, алло, я не трогал Юлю! Нам не до шпили-вили было. Она ко мне ездила с другими целями.
— Ммм, астрофизику изучали! Какие вы молодцы! А потом к биологии перешли, да? К теме полового размножения!
Космос взял Витю за плечи и потряс, приводя в чувство.
— Юля просила тебе не говорить, но она лечит меня от любви к коксу. Каждый день то психиатры приезжают, то наркологи, капельницы, таблетки, разговоры. И как мы в таком бешеном темпе найдём время, чтобы поебаться? Согласись, что это нереально. Юля на меня не смотрит, как на мужчину, пойми это. Она тебе верна, как лебедь. Ты должен гордиться ею.
— Стой, вы…
— Пардон, что вмешиваюсь в ваш диалог, — Макс подошёл к ребятам. — Но Космос говорит правду. Юля только лечением занимается. Я свидетель, я подтверждаю.
— Я не употребляю кокс две недели, — похвастался Космос. — У меня есть надежда, только благодаря Юле. Она в меня верит.
Пчёла отошёл от Космоса на два шага. В ушах зазвенело, внутри всё переворачивалось. От такой информации кружилась голова, и Пчёлкин сел на скамейку, истерически смеясь.
— Я всё потерял, а оказывается, Юля не предательница!..
Белый молча смотрел на друга, который бился в истерике, а потом дал пощёчину, отрезвляя Пчёлу.
— А зачем она врала мне?
— Да ты Отелло недоделанный! — высказался Белов, достав сигарету. — Ты Юле вообще не даёшь с мужчинами общаться, сразу скандалы закатываешь. Она не умеет изменять, пойми это.
— А что мне делать? Она уже съехала и письмо оставила, — Пчёла протянул Белову конверт. Белый внимательно, без перескоков читал, про себя, каждое слово проговаривая в голове. Через пять минут он вернул листочек и констатировал:
— Ты доигрался, Пчёлкин. Это конец. Тут ещё изюм в том, что Юля не только из-за изнасилования тебя бросает. Там ряд причин.
— Сань, ты в женщинах же разбираешься, не первый год женат, подскажи, что делать?
— Я Олю не насиловал, я без понятия, — Белый пожал плечами. — Я даже впрягаться за тебя не буду, ты сам виноват.
— Юля забрала вещи и съехала, — продолжал Пчёла. — Я не знаю…
— И Барсика забрала? — уточнил Кос.
— И Барсика.
— Ну тогда точно кабздец.
— Единственный выход, который я вижу из сложившейся ситуации — это поговорить с Фроловой. Нужно понять, что она сейчас чувствует, есть ли надежда. Вы же когда после Чечни говорили, она сказала, что тебя любит. Может, и сейчас что-то поймёшь. Уже от этого плясать. Юля тебя боится, ты должен доказать ей, что с тобой она будет в безопасности. Это всё, что я сказать могу.
— Ты прав, Сань. Надо поговорить и всё.
Увидев, что Пчёлкин на время отпустил тревожные мысли, Белый перешёл к рабочим вопросам.
У Космоса вовсю начался процесс ломки. Поначалу, в первые дни после последнего применения, она была не сильной, Кос мог справляться с ней, выпивая снотворные, обезболивающие, антидепрессанты и другие лекарства. Постепенно жажда наркотика становилась всё более невыносимой.
Юля надолго запомнила свой первый приезд к Космосу после разрыва отношений с Пчёлой. Кос выглядел измученным, как от тяжёлой болезни. Глаза были тусклые, глубоко запавшие. Кожа сухая, бледная, как у вампиров.
— Кос, ты что ел сегодня?
— Я не хочу ничего есть, — Кос дрожал от озноба, который резко сменился жаром. При малейшей мысли о еде сводило челюсти. А потом начался самый тяжёлый период, сопровождающийся сильными болями спины, ног, шеи. Из-за интенсивных болевых ощущений Кос не мог найти себе места. Как ужаленный, он то вставал, то садился, то ходил по квартире.
— Кос, ты чего?
— Если я буду двигаться, то болей не будет.
Не срабатывало. Мышцы тянуло, сводило, крутило. Космос не мог больше терпеть. Хотелось бросить всё к чёрту. Но рядом маячила Фролова.
— Юль, принеси из комнаты… Таблетки от головы, очень нужно, они на комоде лежат.
Юля быстро пошла в указанное место и вернулась с пачкой препаратов. Оказалось, очень вовремя. Космос уже открыл пакетик с порошком и собирался употребить вещество. Юля подлетела к Холмогорову, выхватила наркотик и смыла его в уборной. Кос побагровел. Злость проникала в каждую клеточку организма, наполняя разум желанием убивать. По его взгляду стало понятно, что он вот-вот сорвётся. Космос вдруг повернулся к ней и потребовал:
— Дай мне дозу.
— Нет, — Юля спокойно смотрела ему в глаза. Она знала, что в самый сильный этап ломки пациенты могут даже преступление совершить, лишь бы достать то, что нужно, как воздух. Юля была готова ко всему.
— Дай, я сказал! — повторил Кос. Юля не продолжала диалог. Тогда Космос подбежал к кухонному столу, на котором лежал только что помытый нож и приставил к горлу Юли, повторяя своё требование. Юля ловким движением выбила остриё из его рук и, посмотрев в глаза, монотонно говорила:
— Ты меня не тронешь…
Пока Космос был отвлечён, Юля медленно вколола ему обезболивающие. В них входил парацетамол, от которого Коса начало клонить в сон. Приступ закончился.
— Всё нормально? — Кос посмотрел на Юлю, которая абсолютно спокойно сидела на кресле. Хладнокровию Юли можно было только позавидовать: её чуть не зарезали, а она даже не дрогнула.
— Да. Объясни мне, зачем ты хотел сорваться?
— Потому что я как всегда всё испортил, Фролова, — Космос взмахнул нелепо руками, смеясь. — Если бы не моя наркомания, ты бы была счастлива с Витей.
— Во-первых, никто меня не заставлял спасать. Если я взялась за тебя, значит, я этого хотела сама. Во-вторых, я могу быть счастлива с тем, кто не может принимать мой отказ от близости? Это наши тёрки, я разберусь с этим сама. Ты должен сейчас думать о том, как выбираться из этой задницы. Не забивай себе голову моими проблемами в личной жизни, — Юля гладила Космоса по спине, потом обняла.