— Нет, Юль, ты не поняла. Мы вполне серьёзно. Мне нужно выиграть эти выборы, чтобы это место не получил Каверин. Ты понимаешь, что будет, если он придёт к власти? Ты можешь нам помочь, Юль. Ты владеешь всей информацией. Ты знаешь, как манипулировать людьми…
— Саш, ты охренел? — Пчёла решил, что его любимую оскорбляют.
— Белов по факту говорит.. Журналисты — своего рода манипуляторы. Я не скрываю этого, не стыжусь. Такова профессия. Саш, проблема в другом. Я вне игры априори. Я не могу быть частью политических партий, движений. Если я буду пропагандировать твою кандидатуру, то… Это нарушение всех правил журналистики, того же Этического кодекса…{?}[Журналист полагает свой профессиональный статус несовместимым с занятием должностей в органах государственного управления, законодательной или судебной власти, а также в руководящих органах политических партий и других организаций политической направленности.
] — Юля помотала головой, находясь в полнейшем замешательстве.
— Юль, никто не просит тебя становиться политиком. Я хочу, чтобы ты помогла мне правильно составить предвыборную программу, план агитации. Чтоб ты объяснила, как работать с народом. И, может, доставала какую-то информацию…
— Не знаю, Саш. У меня есть возможность подумать?
— Юль, тут думать нечего! — Пчёла потерял всякое терпение. — Если выиграет этот хрен, нам всем крышка, понимаешь?! — Он положил руку к горлу.
— Почему вы считаете меня вашим единственным спасением? Саша прекрасно справится сам. Он очень сильная фигура. Он ярко выраженный лидер. Очень харизматичный. За ним вполне пойдут люди. Знаете, есть несколько типов политиков: гиены и львы. Саша — лев. Я в нём не сомневаюсь. Если что, отказа я ещё не дала. Нужно взвесить все за и против, ладно?..
— Юль, может, ты за Белого замуж выйдешь, раз он такой прекрасный? — Пчёла щёлкнул зажигалкой, с бешенством смотря на Белова. Тот улыбнулся, с такой особенной добротой, с какой относились к дурачку.
— Пчёлкин, угомонись. Я характеризовала Белого как кандидата в депутаты Госдумы, а не как мужчину. Вот если бы я сказала, что он сексуальный, красивый, симпатичный, то это другой разговор. Разница понятна?
Юля начала закидываться назад, прикрыв рот ладонью.
— Юль, что с тобой? — Саша помог Юле подняться. — Ты какая-то уставшая.
— Мне плохо. Меня мутит, голова болит, живот.
— Переутомилась, вот и всё, — фыркнул Пчёлкин, которого начало бесить, что Саша лезет к Юле. И плевать, что это банальная человеческая забота.
— Вытошнить нужно? — спросил Саша. Он что-то уже начал понимать.
Юля кивнула немного. Тогда Саша, взяв Юлю под руки, повёл её в туалет. Через три минуты они вернулись, Юля плюхнулась на диван, выдыхая.
— Я поеду, наверное.
— Домой езжай лучше, — посоветовал Кос. — Траванулась, зуб даю.
Юля снова кивнула, и Пчёла проводил её до машины Макса, стоявшей под окнами.
Одним февральским утром Юля собиралась с духом, чтобы сообщить важную новость Пчёле. Вернее, подготовить его к этому.
Эти две недели Юля замечала за собой необычные изменения. Во-первых, она стала быстрее уставать на работе. Во-вторых, стала больше спать. Её потянуло на огурцы. У Юли обострилось обоняние: парфюм Пчёлы она улавливала за километр. Грудь тянуло, и она стала быстро расти.
Юля подошла к кровати, где мирно спал Пчёлкин. Будить ли его?.. Юле не терпелось поделиться своими подозрениями. Она ходила вокруг него, подбирала в голове нужные фразы. Юля накручивала себя, рисовала себе страшные картины возможной реакции Вити.
— Фролова, ты чё тут гуляешь?.. — Пчёла проснулся от топота Юли. Юля обрадовалась его пробуждению и сразу перешла к объяснениям. Она села возле него, взяла за руку и начала говорить:
— Вить, доброе утро. У меня задержка две недели.
— В развитии? — Пчёла, спросонья, вообще не понял, о чём ему только что сообщили.
— Нет, не в развитии. А… — Юля вдруг потеряла всю свою смелость. Она замолчала, сминая пальцы. Пчёла окончательно проснулся. До его сознания отдалённо дошёл смысл услышанного.
— Погоди, ты про ту самую задержку?
Юля кивнула, сжавшись в комочек.
— То есть ты можешь быть беременна?
— У меня и другие симптомы, я… Сплю больше, и устаю конкретно… Я не знаю ещё точно, может, это просто усталость, но я почему-то думаю, что… — Юля закончила говорить, закрыв лицо руками. По Пчёле пока слабо можно было разобрать, как он относится ко всему происходящему.
— Ты тест ещё не делала?
— Я не хочу делать тесты, они ошибаются. Я уже записалась к гинекологу, завтра съездим и сделаем УЗИ. В частной клинике. Я не хочу, чтобы до прессы дошла эта информация.
— Почему не сегодня?
— Мест не было… Вить, ты как вообще к этому относишься? Ты хочешь стать отцом или нет?! — не выдержала Юля.
Комментарий к 29. Из Петербурга с любовью всем спасибо, кто меня ждал, активничал. обнимаю всех, кто доплыл с нами до этого момента и плывём дальше💓💓💓
постаралась передать всю атмосферу Петербурга. надеюсь, эффект присутствия был.
жду ваших отзывов, для меня это очень важно💞💞
====== 30. Потерять всё ======
Комментарий к 30. Потерять всё https://t.me/+TNL-3dZQFkgwZDBi
всех приглашаю в свой тг-канал с пояснениями и всякими секретными штучками по фанфику, видео, приколами 😉🐝❤️ также там есть вырезанная сцена из прошлых глав)
https://t.me/addstickers/vlibrigada_by_fStikBot стикеры по вли для телеги (будет пополняться❤️)
благодарю за помощь в матчасти этой главы людей с следующими никами в телеграм: дианка, королевский пельмень и Леру Митякину. И конечно же благодарю бету💓💓
я не юрист и беременна никогда не была, поэтому если будут ошибки — пишите мне, будем разбираться.
приятного прочтения❤️
Mama, they say I’m a terrorist, what?
I did nothing wrong, but I got on a blacklist
Mama, they say I’m a terrorist, why?{?}[IC3PEAK — TRRST]
1989 год.
Юля ждала дня рождения Лёши сильнее, чем свой. Приготовления начались за месяц: Юлия украшала квартиру, составляла текст песни, которую она спела бы в тот самый вечер. Однако главный сюрприз лежал в коробочке, завязанной красной ленточкой.
Лёша вернулся с занятий позже, чем Фролова: у неё заболел преподаватель по введению в специальность, а эта пара стояла последней. Юля уже успела всё приготовить.
— О, Юлясик, чё, поздравляй меня! — Лёша повесил пальто в прихожей, быстро заходя в комнату. Юля стояла с коробочкой, улыбаясь во все тридцать три. Если бы она знала, что будет дальше…
— А чё коробка такая маленькая? Там чё, серьги? — Скворцов за три недели до торжества составил список возможных презентов. Серёжек там не было, естественно. Поэтому Лёша начинал злиться.
— Открой и посмотри, — Юля кивнула на подарок, положив руку на живот. Скворцов недовольно закатил глаза, развязал ленту и достал тест на беременность. С двумя полосками.
Лёша взял тест в два пальца, морщась и кривя лицо.
— Это твоё? — спросил Скворцов, поднося его к Юле. Она кивнула, сложив руки вместе.
— Юль, но мне это нахер не надо… Ты чё, ебнулась? Какие дети, ты адекватная?! — Скворцов кинул тест на стол. — Юль, ты как это допустила?! — Лёша всплеснул руками.
— Но ты… Мы… Ты сам, когда делал со мной это без защиты, — Юля в том возрасте ещё стеснялась обычных слов. — Обещал, что если я забеременею, мы поженимся и создадим семью!
— Я такого не говорил! Ты с ума сошла!!! — Лёша закрыл лицо ладонями, выдыхая и отходя от этой новости. — Так, ладно. Этот вопрос можно очень легко решить, слава Богу, об этом никто не узнает.
— Что ты имеешь в виду? — Юля даже не заплакала. Она ещё не осознала до конца, что её любимый человек обманул её и толкал на достаточно стрессовый шаг.
— Мы едем на аборт, — Лёша набирал чей-то номер из записной книжки. — И не смей меня убеждать в обратном! Мне это не нужно, хочешь быть матерью-одиночкой — будь!
Всю дорогу до клиники Юля плакала, положив голову на стекло машины. Она долго не могла простить себе этого, действительно веря в свою вину. Которой не было.