— Ты ведёшь себя как пидрила. Получай соответствующее отношение. Адрес записывай, — Пчёла назвал место, где должны были проходить разборки: где-то на окраине Москвы, на заброшенной улице. — Ты приходишь один, ясно?!
— Ясно, — ответил Лёша. — Я тебя раскатаю в два счёта, чурбан.
— Лучше молчи, урюк, — Пчёла отключился от Лёши и набрал Белому. — Алло, Сань? Он клюнул. Завтра щенок получит свой урок, поймёт, что серьёзных дядь нельзя обводить вокруг пальца.
— Понял, — на этом разговор был окончен. Пчёла в конце концов зашёл в магазин за сгущёнкой, и чтобы обосновать своё долгое отсутствие, зашёл в кондитерскую и взял пару шоколадных пирожных.
Юля за этот час едва не поседела. Безграничная фантазия позволила ей представлять самые ужасные картинки того, что произошло с Пчёлой. Она сейчас начала отчётливо понимать, что такое — встречаться с бандитом. Юля понимала, что у Пчёлы есть враги, которые могли его убить одним выстрелом. Юля понимала, что сейчас непростое время не только для них двоих, но и для всей страны. Фролова села на диван и зарылась руками в свои волосы, как зубцами расчёски. Тело включило режим тревоги: сердце билось так, что удары отдавали в барабанные перепонки. И только услышав щелчок замка (Юля отдала Пчёле ключи от квартиры), Юля успокоилась. Она бросилась к нему на шею, вдыхая запах его парфюма.
— Юль, меня не было полчаса. В чём причина такого порыва чувств? — Пчёла снял шапку, пальто и зашёл на кухню с пакетом.
— Я боялась, что тебя убили. Ты пошёл за грёбаной сгущёнкой, а тебя не было час! — возмущалась Фролова, всплеснув руками.
— Я уже думал, что услышу обвинения в том, что я спал с другой женщиной! — Пчёла был спокоен, безмятежен. — Почему ты так боишься, что меня убьют?
— Ты бандит. Я знаю, чем заканчиваются ваши игры, — Юля поправила волосы. — Я уже три года про такие бригады пишу в газете. Либо смерть, либо тюрьма.
— Значит, эти ребята где-то прокололись, поплатились за свои ошибки. У нас всё под строжайшим контролем, всё круто. Ты не веришь Белому? Он серьёзный человек, не тупой. Пожалуйста, не нужно создавать себе страхов на пустом месте. Всё хорошо, ты слышишь меня? Скоро у нас будет ещё одна белая схема, мы на ней сделаем много денег, — Пчёла уже стоял сзади, кончиком носа проходясь по шее Юли. — На эти деньги поедем куда хочешь. Купим чё хочешь. Чё ты хочешь, кстати? У каждой бабы есть свои тайные желания. Шубу может?
— Вить, я хочу мопса… — прошептала Юля.
Пчёла остановил свои руки, которые уже блуждали по её телу.
— Кого хочешь? — Пчёла не знал эту породу собак, поэтому подумал, что у Юли едет крыша. Юля прикинула возможности заведения собаки у себя в квартире и поняла, что это слишком сложно: у неё уже был кот. Хозяйка квартиры не будет счастлива, услышав о пополнении в жизни Юли. Да и Юлин скромный доход «печатника» не позволял завести ещё одно животное, тем более мопса. Ни для кого не секрет, что мопсы — дорогие питомцы: для них нужны специальные намордники, ножницы для ногтей, особые шампуни, корм…
— Да так, я пошутила. Забудь, — Юля улыбнулась уголком губ.
Оладьи Юли пошли у Пчёлы на «ура»: он уплетал их за обе щеки, не уставая повторять:
— Пища богов. Охрененно! Кстати, я тебе купил пирожные, ты видела?
Юля заглянула в пакет и засияла, достав коробку сладостей.
— Я очень люблю сладкое. Как ты узнал?..
— Я тебя чувствую. Серьёзно, у меня ощущение, будто я тебя знаю десять лет. Хотя, мы знакомы едва месяц… Но ты мне уже родная стала. Очень близкая, — Пчёла ел оладьи так быстро, будто их грозились отнять в следующую секунду.
— Вить, молча едят. Ты просто подавиться можешь… — неуверенно сделала замечание Юля.
— Ну пиздец вкусно, я не могу! — восхищался Пчёла. — Я такие только у мамы последний раз ел. В детстве. Кстати, нужно будет тебя с моими родителями познакомить.
Юля накрыла ладонью свою руку и сжала.
— Вить, ну рано… Месяц знакомы, ты уже с родителями знакомить собрался. Завтра что? В ЗАГС? А послезавтра ты обрюхатишь меня? — тараторила Юля.
— Так, насчёт детей тема закрыта. Я не хочу лишать себя свободы из-за спиногрыза. И плюс сейчас не то время. Сама понимаешь, — Пчёла закончил трапезу и поставил тарелку в раковину. — Спасибо, Юль, — он поцеловал Юлю в щёку. В гостиной зазвонил телефон. Юля не ждала звонка от кого-либо, поэтому поняла, что это из редакции. Нисколько не ошиблась.
— Юль, здравствуй. Звонит Леонид Александрович. Есть серьёзный разговор. Езжай в офис прямо сейчас, как можно быстрее, — требовательно сказал редактор. Юля встревожилась.
— Что-то произошло?
— Юль, не бойся. Нормально всё. Но может стать лучше.
Юля ничего не поняла из этой фразы, но пообещала приехать. Она быстро оделась, попросила Пчёлу помыть посуду и вылетела в редакцию, подгоняя бедного водителя такси.
Юля зашла в помещение, оставила сумку у порога. Осознав, что в офисе никого нет, Юля начала заранее продумывать план самообороны. Дело в том, что на работе она несколько раз подвергалась домогательствам: со стороны участников материалов, например. Даже босс пару раз предлагал повышение, но за него платить нужно было натурой. Юля отказалась, естественно.
— Юленька, привет. Садись, — Леонид Александрович кивнул на стул напротив него. Юля села и замерла в ожидании, когда Леонид Александрович продолжил говорить.
— Я недавно встречался с двоюродным братом по маминой линии. Короче, родственник далёкий. Но соль не здесь. Ситуация вот в чём: он работает на канале ОРТ. {?}[ОРТ — старое название «Первого канала». Привычное нам название он приобрёл в 1995 году.] Ну на мелком уровне, подай-принеси, кофе наливает. Но на телевидении.
— Так?.. — Юля опять пребывала в непонимании.
— Программу «Время» знаешь?
— Кто ж не знает, — усмехнулась Юля.
— Там нужны хорошие журналисты, личности с сформированными взглядами, профессионалы своего дела. А главное — люди, которые любят своё дело, — на “любят” редактор сделал акцент.
— Леонид Александрович, но я печатник… Я никогда не работала на телевидении… — Юля догадалась, что от неё хотят.
— Ты же в МГУ училась? Училась. Тебя же не конкретно печататься в газетенке учили? Тебя учили основам всей журналистики. Говорить ты умеешь. Громко, чётко, уверенно. Если нужно — подтянут где-то. Я, короче, уже посоветовал ему твою кандидатуру. А он посоветует тебя там людям, которые имеют должные полномочия в этом вопросе, — Леонид Александрович закончил говорить, сложив руки шпилем и смотря на Юлю. Та сидела, не зная, что делать. В голове мысли путались, разбегались в сторону. Эта новость вскружила Юлину голову. Девушка растерялась. Она оценивала перспективы будущей должности, плюсы и минусы.
Юля мечтала о высокооплачиваемой работе, которая смогла бы раскрыть талант Юли на более широкую аудиторию. И всё же так просто оставить свой привычный уклад жизни Юля не могла. Она понимала, что работа на телевидении требует огромного труда. Работники «ящика» постоянно в движении: ищут, печатают, пишут, редактируют, рассказывают, отвечают. Этот список глаголов можно продолжить до бесконечности. Юля также подумала о том, что меньше внимания сможет уделять Вите, следовательно, рисковала остаться без любви, которую она искала так долго.
— Леонид Александрович, сколько у меня времени на размышления? — наконец ответила Юля.
— Я знал, что ты не будешь готова сразу дать ответ. Максимум два дня, Юль. Ты можешь посовещаться с роднёй, взвесить все за и против, но такие лакомые кусочки выпадают один раз в жизни. Да, кстати, вакансий ведущей нет, конечно. Корреспондент, монтажёр… Можешь подводки писать к репортажам, искать новости.
— Леонид Александрович, почему именно я?
— Ты так спрашиваешь, будто я сообщил, что тебе осталось жить пару минут, — съехидничал редактор. — Я вижу в тебе искру. Я понимаю, что ты была рождена не для этих душных стен офиса, а для чего-то большего. Я знаю, что ты не забыла о том, что я когда-то… Как бы это сказать приличнее… Тебе нанёс обиду, переступив через личные границы. Но не переживай: это в прошлом. Я помогаю тебе, потому что хочу помочь. Ты многое делаешь для нашего издания, поэтому я предоставляю тебе шанс.