Космосу также было паршиво. Не меньше, чем Пчёлкину. Он смотрел в окно, не обращая внимания на людей, на окружающих. Полная опустошённость. Перед приездом сюда он употребил наркотик, в маленьких дозах, но даже он не смог помочь отвлечься от тяготившего чувства.
— Юль, мы будем молиться за тебя, — сказал Космос. Юля кивнула.
В аэропорту уже было много народу, журналистов с разных телеканалов. Юля во всеми поздоровалась и обменялась короткими фразами. Вся её компания общалась на свои темы. Юля воспользовалась моментом и отдала Пчёле конверт с фотографиями, предупредив:
— Открой, когда соскучишься по мне. Но не делай это при бригадирах. Я всё равно узнаю.
— Я заинтригован.
— Прибыл самолёт на рейс «Москва — Грозный»... — сообщили по громкоговорителю. Космос схватил чемодан и понёс его к самолёту. Юля шла и вдруг обернулась назад. Её горло сжала холодная рука отчаяния, слёзы навернулись на глаза. Пришло осознание того, что происходит. Она ускорила шаг, вытирая слёзы платком.
Наконец путь до самолёта был пройден. Пчёла чувствовал нарастающую панику, неизбежность чего-то страшного мучительно убивала.
— Давай, — всё, что он смог сказать. Юля подошла к нему и, приподнявшись на носочках, затянула в горячий поцелуй, в который, казалось, вместила всю свою боль. Она пыталась насытиться им напоследок.
И плевать, что вокруг люди, множество людей.
И плевать, что рядом его друзья.
Ей на всех плевать.
— Ну всё, всё, хватит! — вдруг вскричал он, оттолкнув Юлю от себя. Юля обняла по очереди всех остальных.
— Осторожнее там, Юль, — попросила Оля. Юля наклонилась к маленькому Ванечке, который озирался вокруг своими маленькими, любопытными глазами и пытался понять, что происходит.
— Тётя Юля, ты уезжаешь? — спросил он.
— Да, Ванюш. Надолго.
— Тётя Юля, не нужно уезжать. Мы будем скучать, — с удивительной для ребёнка серьёзностью сказал Ваня. Юлю накрыло, и она обняла Ваню, сжав его куртку в руках.
— Тётя Юля, не плачь! Ты же вернёшься, обязательно!
— Я не плачу, Ванечка. Тебе показалось, — она гладила его по голове. — Мне по работе надо улететь…
— Как мой папа? Он тоже часто из-за работы уезжает… Тётя Юля, а ты привезёшь мне робота? Когда прилетишь…
Юля отпустила ребёнка и пообещала:
— Куплю, Ванечка.
И шёпотом добавила: «Если я выживу.»
Далее они сфотографировались на память. Фотографировал Макс. По центру стояла Юля, которая выдавила улыбку из себя. Слева от неё стоял Пчёла, рука которого была на её спине. Справа разместился Космос, который положил руку на плечо Юли. Сзади стояли Оля, державшая на руках Ваню и Тома. Белый с Филом расположились по правому и левому краю фотографии.
Объявили посадку. Юля медленными шагами вошла в самолёт, немного постояв у входа. Все махали ей рукой, а Пчёла рисовал сердечки и отправлял воздушные поцелуи.
Через десять минут самолёт поднялся с земли и, быстро набирая скорость, взмыл в небо. Пчёла проводил его взглядом.
«Только вернись, моя Юля. Я отдам всё, что угодно, лишь бы ты вернулась».
Комментарий к 13. «Если я выживу…» Благодарю за прочтение, жду ваших откликов♥️
Если кто-то захочет вдруг поразмышлять:
Как вы относитесь к поступку Юли? Осуждаете ли вы её или нет за решение о работе в Чечне в качестве военного корреспондента?
====== 14. Раскол ======
Комментарий к 14. Раскол С возвращением меня✨ В принципе, ничего говорить не буду. Я очень постаралась над этой главой, надеюсь, вам понравится. Спасибо за отклики♥️♥️
По-прежнему напоминаю, что вы можете следить за процессом написания глав в моём профиле, в графе о себе.
🎵 Bad Boys Blue — I Totally Miss You🎵
🎵 Антон Токарев — 7 лепесток🎵
🎵 Луна — Грустный Дэнс🎵
«...Я выключаю телевизор, Я пишу тебе письмо,
Про то, что больше не могу смотреть на дерьмо,
Про то, что больше нет сил,
Про то, что я почти запил,
Но не забыл тебя…»
Никто из компании не понимал, как вести себя с Пчёлкиным. Он просто стоял возле зоны посадки самолётов и смотрел в бескрайнее голубое небо, не говоря ни слова. Пустота, только пустота была внутри него, она мешала пошевелиться, свободно дышать полной грудью.
— Пойдём? Или ты ещё тут хочешь побыть? — наконец спросила Оля. Пчёла дёрнулся от вопроса, будто от удара. Он повернул голову, осознал суть вопроса и ответил одним словом:
— Поехали.
Пчёла не хотел казаться тюфяком и выдавать свои эмоции при друзьях. Он ни в коем случае не пытался улыбаться, просто вёл себя, как обычно, общался с привычными для всех интонациями. Но на самом деле, его спокойствие, его причина жить сейчас улетела от него на рейсе «Москва — Грозный».
Юля смотрела в окно, приложив руку в стеклу и плакала. Она смотрела на родную землю, которая становилась всё ниже. Рядом с ней сидел военный корреспондент с другого канала, симпатичный молодой человек, одетый по деловому стилю: рубашка, чёрный пиджак, брюки. На руке у него были серебряные часы.
Юля оторвалась от разглядывания пейзажей за окном и достала из сумки наушники, сразу включая свою любимую песню группы Bad Boys Blue «House of Silence». Мелодия была спокойная, меланхоличная и как раз вторила настроению Юли.
Музыка помогала Юле расслабиться, она служила лекарством для её мечущейся души. Вслушиваясь в текст, Юля забывала о своих проблемах, уходила из реального мира в некий другой, где всё было намного лучше, чем у нас. Юля не заметила, как начала проваливаться в сон. Правильно, сколько она спала за эту неделю? Она либо изучала чеченский, либо с Витей была. Юля спала по два часа в сутки.
— Что слушаете?
Вопрос соседа по месту был неожиданным, будто гром среди ясного неба. Юля проснулась, вынула наушник из уха и попросила повторить вопрос.
— А…
«Подкатывать собрался? Ну правильно, мы летим туда, где можем сдохнуть. Почему бы перед смертью не провести время с симпатичной девушкой? Только мне это не нужно!»
— Bad Boys Blue, — ответила Юля, интонацией показывая, что не намерена поддерживать эту беседу.
— У меня знакомая с них тащится. Мечтает попасть на их концерт. Меня зовут Дмитрий, — он протянул руку, и Юля её пожала.
— Вы извините, — Юля решила говорить напрямую. — Я хотела немного поспать. Сборы были утомительными, у меня было несколько бессонных ночей… — максимально вежливо сказала она.
— Понимаю, не вмешиваюсь, — Дмитрий наконец-то отстал от Юли. Юля вновь вставила наушники и позволила сну захватить её в свои объятия.
Пчёла ещё какое-то время провёл с друзьями. Физически он присутствовал с ними, обсуждал все нужные вопросы, предлагал какие-то идеи, но мысленно он был с Юлей, из-за чего иногда говорил невпопад. Белов это понимал, но не делал никаких замечаний. Белый ставил себя на место Пчёлкина и понимал, что если бы его Оля отправилась в опасное место, он бы просто не выдержал этого.
Настала пора расходиться. Пчёла пожал руки друзьям, проводил их до двери и лёг на кровать, вздыхая. Что делать? Куда идти? Хотелось заснуть медведем в берлоге и пролежать так до самого возвращения Юли. Ну или до дня известия о её…
Нет! Это страшное, отдающее арктическим холодом слово, означающее конец линии человеческой жизни неприменимо к Юле, которая горела желанием жить, у которой в глазах был неизменный огонёк. Пчёла запретил себе думать, что Юля умрёт, запретил волноваться за неё. Она выживет и вернётся домой ещё большим профессионалом.
Пчёла попробовал позвонить Фроловой, но та была вне зоны действия сети. Пчёла бросил эту затею и начал думать, чем бы занять себя. Он взял в руки Юлину книгу.
«Герой нашего времени… Ты чё, котёнка спас, что ты герой…»
Книга была даже подписана Юлей. Когда он увидел её красивый, аккуратный почерк, Пчёла невольно улыбнулся. Перевернув титульный лист и содержание, он начал читать первую часть.
«...Во всякой книге предисловие есть первая и вместе с тем последняя вещь; оно или служит объяснением цели сочинения, или оправданием и ответом на критики. Но обыкновенно читателям дела нет до нравственной цели и до журнальных нападок, и потому они не читают предисловий…»