«Юморист».
На самом деле, Пчёла не зря упомянул эту киногероиню: они часто вместе смотрели «Служебный роман» по телевизору.
«Ты говорила, чтобы я оставил тебя в покое, забыл тебя. Но разве ты понимаешь, что это невозможно? Этому не бывать: ты всегда со мной, в моём сердце. Ты пустила в моей душе корни, ломая того Пчёлкина, который был до знакомства с тобой: несерьёзного, гордого, инфантильного человека. Ты поселилась у меня в голове, не желая оттуда выселяться. Хоть бы деньги за аренду заплатила…
Я не знаю, как это произошло тогда. Это какой-то злой рок, не иначе. Я просто нажрался, как скотина, опять же, потому что безумно скучал по тебе. Алкоголь был моим единственным утешением, но к сожалению, я не смог вовремя остановиться. Я не оправдываю себя, ни в коем случае. Наоборот, корю себя каждую ночь и злюсь на себя. Когда на следующее утро я осознал, что произошло, мне захотелось дать себе в морду и пойти утопиться. Я стал противен сам себе: я сделал больно тебе, моя малышка, хотя ты и так достаточно настрадалась в этой жизни.
Как-то раз ты сказала, что я жил как-то двадцать четыре года без Юлии Фроловой, но если бы ты только знала, что ты вызвала у меня быстрое привыкание, и жизнь без тебя напоминает мне ломку наркомана… Я знаю, что это сравнение отвратительно. Я пишу первое, что приходит мне в голову, но и не забывай, что я не Пушкин и не Лермонтов.
Если ты только простишь меня, вернёшься ко мне, клянусь, я исправлюсь. Я брошу алкоголь. Я не брал ни капли в рот с того дня… Исключая тот спор с Космосом. Ты будешь знать о каждом моём шаге, о каждом моём действии. Ты говоришь, что не доверяешь мне, боишься повторного предательства, но его не будет. Я люблю тебя, очень сильно, а разве можно предать, когда любишь так? Нет, я думаю.
Текст очень странный, знаю. Но я просто высказал всё, что у меня на душе. Моя судьба теперь в твоих руках, Юль. И надеюсь на то, что ты услышишь меня. »
Вместо подписи Пчёла нарисовал пчёлку в углу листочка.
«Ты решил весь день доводить меня до слёз, я поняла», — Юля едва смогла дочитать из-за того, что буквы были размыты от слёз. Она выронила листок и начала кругами ходить по гримёрке, не понимая, как реагировать, что делать, как делать.
Когда она вернулась с работы домой поздно ночью, она даже разрешила Пчёле обнять её и поговорила без сарказма и иронии. Она была близка к тому, чтобы отпустить прошлое. Но оставался один маленький штрих.
Пчёла вместе с бригадирами шли домой после поездки в ресторан. Вдруг взгляд Пчёлы упал на афишу, которая была посвящена выступлению певицы C C Catch в Москве. Пчёла резко остановился и подошёл к объявлению, изучая информацию о концерте.
— Ого, не знал, что ты подобным увлекаешься, — Космос неправильно интерпретировал интерес друга и поднял его на смех.
— Да не я, а Юля. Она вообще от неё тащится. Я думаю, может, взять нам два билета и сходить на этот концерт? Заодно время вместе проведём, — Пчёла ждал реакции друзей. Все одобрительно кивнули.
— Неплохо. Так ты покажешь, что знаешь интересы Юли и исполнишь её желание. Который час? — Фил посмотрел на наручные часы. — Семь вечера. Кассы ещё открыты.
— Погодите, вы чё, сразу хотите купить?.. Давайте завтра! — на Пчёлу напала дремота, и он хотел поскорее оказаться дома. Но Белый дал ему лёгкий подзатыльник.
— Билеты на такие мероприятия разлетаются, как пирожки! Нам недалеко переться. Не упускай свой шанс, бестолочь.
— Спасибо вам, ребята, — внезапно рассыпался в благодарности Пчёлкин. — Вы меня не бросаете…
— Мы с первого класса вместе, Пчёл. За всё, что мы делаем, отвечаем тоже вместе, — напомнил Кос.
— И во всём дерьме прикрываю вас я! — присоединился Фил.
— Наш папочка Валера.
— Нет, папочка ты, Сань, — возразил Валера. За этим разговором они не заметили, как дошли до билетной кассы. Тётка, сидевшая за ней, испугалась группы мужчин криминального вида, решив, что это рэкетиры. Но позже успокоилась, услышав:
— Два билета на «Си си Кетч», пожалуйста.
Но когда Пчёла услышал цену, он переспросил возмущённо:
— Чё?! Куда так много…
— Я заплачу, не ной, — Белый знал, что Пчёла своим гневом способен испортить ситуацию.
— Вам какой ряд?
— Желательно первый, — попросил Пчёла. Космос посоветовал ему тихонько:
— Бери последний. Целоваться удобнее будет.
— Дай Бог, чтобы мы вообще до поцелуев дошли, — Пчёла удручённо вздохнул. Получив билеты, Пчёлкин поблагодарил билетершу и бережно убрал бумажки в карман джинсов.
— Это билеты в твою счастливую жизнь, Витенька. Так что береги их.
— Сань, и без тебя знаю, — Пчёла достал билеты и приложил их к сердцу. — А вдруг Юлька меня пошлёт и не пойдёт никуда?..
— Пойдёт, пойдёт, не сомневайся! Я знаю женщин, поверь мне. Я не первый год женат, — Белый показал палец с кольцом.
— Юля!
Юлия сидела за столом и, грызя ручку, разыскивала информацию об одном депутате, у которого должна была завтра брать интервью. Материала было хоть отбавляй, и интервью обещало быть интересным.
— Юлька, не заработалась? Может, в отпуск? — Пчёла устроился рядом. — Отдыхать тоже полезно.
Коленка Юли была такой заманчивой. Пчёлкину так и хотелось погладить её и сжать. Но пока нельзя. У них всё очень шатко и неустойчиво в отношениях.
— Нет, Вить. Я буду работать, пока есть возможность.
— Но один вечер тебе придётся отдохнуть! — Пчёла положил билеты на стол грациозным движением руки. Юля взяла их в руки, не веря собственным глазам.
— Ты разыгрываешь меня? Пчёлкин, если ты шутишь, то знай: шутка отвратительная!
— Нет. Билеты настоящие. И «Си Си Кетч» тоже настоящая будет. Я просто знаю, как ты её обожаешь, и вот, взял…
Юля встала со стула и поцеловала Пчёлу в щёку.
— Нет, Вить, ты не знаешь, как я её люблю! Я когда в Екатеринбурге жила, у меня комната была увешана её плакатами и фотками. Я записывала тексты её песен на слух в «песенники». А ещё я помню, как маме всю плешь проела, мол, хочу одеваться как она. Я ещё когда волосы длинные имела, делала причёску, как у неё. Короче, это был мой кумир. Ну, если не брать в расчёт телеведущих.
— Я бы заревновал, но знаю, что женщин ты не рассматриваешь.
— Боже, Пчёлкин. Хотя, когда ты приревновал меня к Печорину, я поняла, что ты умеешь удивлять, — Юля подошла к шкафу, чтобы заранее составить себе образ на концерт.
— Я не ревновал тебя к этому придурку! Не ври! — Пчёла был застигнут врасплох.
— Нет, Витенька, ты ревновал. Я видела это по твоим глазам и интонации.
— Бред сивой кобылы, — отпирался Пчёла с неохотой. Юля наслаждалась его смущением. Потом Пчёлкин фыркнул:
— Если ты хочешь знать, я ревную тебя к воздуху, который ты вдыхаешь, к земле, по которой ступают твои ноги, я ревную тебя к платью, которое ты надеваешь на себя. Ты поняла, короче.
— Не зря говорят, что те, кто изменяют, очень сильно ревнуют, — Юля кинула на кровать понравившиеся вещи. Пчёла неожиданно поставил руки по обе стороны от Юли, прижимая её к шкафу.
— Ещё одно упоминание измены — и я тебя убью.
— Не сомневаюсь. Ты же убивал людей, — Юля забылась, и сняла свитер прямо при Вите. Тот вовсе не стал останавливать девушку, любуясь её образом. Только сейчас он понял, как сильно скучал по телу Юли, по её изгибам.
— Витя, выйди! — Юля опомнилась, когда стала расстёгивать ремень своих брюк.
— Засранка, — Пчёла облизнул сухие губы и оставил Юлю наедине с собой.
На концерт Витю и Юлю повёз Макс. Тот был ещё под впечатлением от «клубного» стиля Юли, и он пару раз косился на Юлю, которая сидела в более закрытом образе. Юля отдала предпочтение клетчатой рубашке, которую Юля подвязала выше талии, оставив расстёгнутыми три пуговицы, юбке, лосинам и ботфортам.