— И в постели у вас тоже всё хорошо?
— Папа! — Юля накрыла ладонями вспыхнувшие щёки. Витя заулыбался: наконец-то подняли его любимую тему.
— Что «папа»? Тебе не пять лет, мы с тобой взрослые люди.
— У нас всё выше всяких похвал, — Витя поправил волосы, задирая голову. Поверженной стыдом Юле ничего не оставалось, как кивнуть.
— Вы говорили, что Юля в прошлом была фигуристкой. Можете рассказать об этом чуть подробнее? — попросил Витя.
— Можем даже показать. Я как раз взяла кассеты с её лучших выступлений. Мы просто хотели, чтобы Юля была здоровой, а спорт укрепляет строение тела. Правда, в пятнадцать лет Юля получила травму спины, поэтому с фигурным катанием пришлось завязать.
Юля была поймана на маленькой лжи, поэтому втянула голову в плечи. Александр Фёдорович всё настроил к показу. Витя устремил заинтересованный взор на экран. От мира фигурного катания он был далёк, он совершенно не понимал красоты и эстетичности элементов. Иногда он смотрел соревнования, но только с целью любования красивыми фигуристками.
— На лёд приглашается Юлия Фролова… — объявили по радио. Маленькая, хрупкая Юля, с длинными волосами уверенно вышла на лёд, поднимая руки и приветствуя зрителей. Несмотря на юный возраст, у Юли был серьёзный взгляд.
— Первенство Екатеринбурга, — пояснила Ольга Петровна. Зазвучала нежная мелодия из классики, кажется, пианино. Юля приступила к выполнению элементов. Было видно, что она погружена полностью в номер.
— Нифига высоко прыгает, — поразился Витя. — А как она столько крутится в воздухе?
Юля посмеялась над дилетантством Пчёлкина. Но вот в следующее мгновение всем стало не до шуток: когда Юля хотела сделать бильман, подняв ногу максимально высоко, она слишком сильно схватилась за острое лезвие и повредила руку. Она откатала номер, как ни в чём не бывало, и только когда музыка закончилась, Юля побежала за бортик, показывая тренеру кровавую ладонь.
— Кошмар вообще, — с искренней жалостью сказал Пчёла.
— Да у Юли часто травмы были, то руку сломает, то ногу, то растянет связки. Ну это спорт, что делать, — Ольга Петровна ни на грамм не расстроилась, смотря на эти кадры.
Пчёлкина поразило это хладнокровие. Если у него так сжалось сердце (хотя он Юле просто парень), то что должно произойти с матерью в этот страшный момент?..
Они посмотрели ещё несколько номеров, и Витя твёрдо для себя решил, что его самая любимая фигуристка — Юля Фролова из Екатеринбурга…
В конце встречи Александр Фёдорович кивнул Пчёле на кухню, мол, поговорить надо. Пчёлкин отошёл, боясь, что сейчас настал его смертный час.
— Витя, я прекрасно знаю, что ты не торгуешь книгами. Ты участник бригады Белова, ты вместе с ним запугиваешь и отжимаешь бизнесы, — отчеканил Фролов. Вите надоело бояться и он уверенно, даже дерзко, ответил:
— Всё верно. А ты никакой не предприниматель. Ты торгуешь героином.
— Давай поступим с тобой так… Я вижу, что как мужик, ты нормальный. Юля с тобой под защитой. Она счастлива. Большего мне, как отцу, не надо. Просто ты делаешь так, чтобы твои дела не касались Юлечки. А ещё ты не говоришь моей жене, кто я. Ясно?
— Взамен?
— Моя дочь, моё благословение. И я также не говорю Юле, кто ты.
— Она знает. Но меня эта сделка вполне устраивает, — Витя пожал крепкую руку Александра Фёдоровича.
— Ладно, нам пора ехать, иначе пропустим последний трамвай, — Ольга Петровна заторопилась домой. Юля провела их до двери, и уже у порога с волнением осведомилась:
— Мам, как тебе Витя?
— Он идеален. Я довольна. Жду ребёнка от вас, — пошутила Ольга Петровна, обнимая дочь.
Уже когда они вновь остались наедине, Витя с возмущением спросил:
— Они у тебя всегда такие холодные?
Юля ходила по квартире, собирая посуду. Пчёлкин лежал на диване, развязывая галстук.
— Нет, Вить. Ты их не знаешь. На самом деле, они очень душевные люди, они могут и обнять, и поцеловать, просто они скрывают это, стремясь казаться сильными. Они воспитывали меня в строгости, чтобы я не была шокирована злом внешнего мира. Если бы не их метод, я бы не смогла быть журналистом. Они ещё очень волнуются после Лёши. Но ты им понравился, не волнуйся.
— Мне кажется, их единственный критерий — «Он-Не-Тот-Чьё-Имя-Нельзя-Говорить», — Пчёла расстегнул рубашку.
— Если бы ты вмазал мне с порога, они бы тебя не приняли, невзирая на то, что ты не Лёша Скворцов, — Юля бросила посуду и села к Вите на колени.
— Провоцируешь?
— Открыто заявляю о своих желаниях. Претензии?
Юля помотала головой, снимая окончательно рубашку с Пчёлы.
Окончание следующего дня Юля будет ещё долго вспоминать с ужасом.
Она шла с работы и остановилась у автобусной остановки, ожидая прибытия Максима. Юля потихоньку смирилась с мыслью, что она всегда будет при своей свите. Сейчас Карельский опаздывал, что не нравилось Юле. Время было позднее, на улице смеркалось, а вокруг было много пьяных мужиков — неизменный атрибут любой пятницы. Вдалеке она увидела знакомый силуэт. Космос шёл неподалёку от неё, из магазина. Юля увидела его, и невольно пронеслись в голове эпизоды с того вечера, когда Пчёлкин называл её наркоманкой из-за слов Космоса. Юля вспомнила приставания Холмогорова, и сильная, жгучая злость поднялась в её душе. Она не смогла сдержать свой порыв, и она помчалась к нему, едва не угодив под машину.
— Юлька, привет, — Космос шлёпнул Юлю по заднице. Юля сделала глубокий вдох и закричала:
— Ты нахера сказал Вите, что я купила у тебя наркотики?! Ты больной? Сколько можно лезть в мою жизнь?! Я не твоя, я никогда твоей не буду, я люблю Витю, прошу, отвали от меня! Ты достал меня уже! — Юля била его кулаками по груди, плача. Разъярённая Юля напоминала взбесившегося хомяка, поэтому Космос улыбнулся и прижал Юлю к кирпичной стене ближайшего дома. Не успев среагировать должным образом, Юля оцепенела, и это стало её ошибкой, изменившей дальнейший ход событий.
Космос просто поцеловал Юлю. Грубо, жадно. Он хотел насладиться сполна вкусом этих давно манивших пухлых губ. Юля мотала головой, в её глазах застыл испуг.
— Кос, не надо, прошу! — громко крикнула она, когда прошёл первый шок.
— Отвали!! — Юля пыталась вырваться, но не могла: Кос сильнее сжимал её в своих объятиях. Но в игру вступил ещё один человек, который уже второй раз спасал жизнь Юле.
Чья-то сильная, мощная рука оттащила Космоса от Юли, прервала поцелуй и дала по лицу ему. Кровь застыла в жилах Юли, она уже достала телефон из сумки, набирая номер милиции.
— Девушка ясно дала тебе понять, что ты ей не нужен! Какого черта ты лезешь? — прокричал защитник. Кос не сдал давать отпор и пошёл восвояси.
— Юль, всё хорошо?
Юля всё пыталась сквозь темноту увидеть лицо своего спасителя, но не могла. А сейчас она услышала его голос и догадалась, кто это.
— Дима, спасибо тебе…. — Юля кинулась ему в объятия и разрыдалась. — Какой ужас…
— Юль, ты знала этого человека? Ты его по имени называла, Костя что ли…
— Космос, — поправила его Юля, садясь на скамейку и тяжело дыша.
— Ну он самый. Кто это, и чё он лез к тебе?
— Друг моего молодого человека. Он давно ко мне лезет, но сейчас я тоже виновата в произошедшем. Так что всё нормально, — Юля перестала плакать. — Господи, а если это пойдёт по всем газетам? А если Витя увидит?..
— Поэтому ты должна первой рассказать ему, опережая жёлтую прессу. Он должен сам лично от тебя это узнать. Тем более, что ты здесь ни при чём. Жертва не может быть виновата, запомни это, пожалуйста. Если что, я готов подтвердить, что это было не по твоему согласию. Звони в любое время.
К ним подъехал Макс. Он был в замешательстве, увидев Фролову с другим мужчиной.
— Макс, познакомься, это Дима. Он спас меня в Чечне.
При слове «Чечня» Макс как-то странно забегал глазами, но потом быстро успокоился, поэтому Юля не придала этому значения.
— Но вообще, Дима, ты рисковал жизнью. Кос человек взбалмошный, мог тебя ножом пырнуть, — отчитала его Юлия. Дима лишь расхохотался: