— Вить, прости, но туда я поеду без тебя. Мне так комфортнее будет, — извиняющимся тоном сказала Юля.
— Делай как тебе удобнее, солнышко.
В шесть утра Юля, одевшись во всё чёрное, отправилась на могилу Вероники, чтобы сказать ей последние слова. Её разрывало от одной мысли, что теперь она сможет только так говорить с лучшей подругой. Она не будет знать, слышат ли её голос там, или нет. Юля не получит ответа.
Тяжёлой походкой она вышла из машины, идя в нужном направлении. Юля на секунду подумала, что она потеряет сознание от леденящего душу ужаса. Эти минуты, которые она шла к месту захоронения Ники, казались ей тысячелетиями.
Юля положила две гвоздики (любимые цветы Вероники. Роковое совпадение).
— Привет, Ник. Вот так мы встретились… — Юля всхлипнула, мигом собралась и продолжила. — Я отвратительная подруга. Я улетела в Грозный, зная, что скоро у тебя свадьба. Я бросила тебя одну. Я не была с тобой в твои последние дни. Но кто же знал, что всё так выйдет? Ты ведь такая жизнерадостная была, столько планов, мечт. Прости меня, что не попрощалась с тобой.
Знаешь, у меня никогда не было друзей. Были знакомые… Раньше я считала их своими надёжными соратниками, но почему-то, когда мне было плохо, трубку брала только ты. И плевать, было ли это четыре часа дня или утра — ты могла проснуться посреди ночи и приехать ко мне. Если бы ты знала, как я благодарна тебе за то, что своим примером ты показала мне, какой должна быть настоящая дружба. Ты меня многому научила. Если бы не ты, я бы и дальше была серой мышью из Свердловска. А самое главное… — Юля улыбнулась, а слёзы блестели на её щеках. — Спасибо тебе за мою любовь. Ты смогла меня подтолкнуть на перемены в моей личной жизни. Я бы и дальше сидела в своём футляре, и состарилась бы в одиночестве. Я счастлива. Хотя, без тебя уже не так, как могла бы в полной мере. Надеюсь, ты не сердишься на меня за то, что меня не было рядом. Я скучаю по тебе.
Юля осмотрелась по сторонам. Никого рядом не было. На улице была жара, не свойственная Москве, но по окончании монолога Юля почувствовала холод и как будто её обнимают со спины. Обычно так делала Вероника при встрече, ещё в студенческие годы. Юля сочла это за самовнушение и не стала заморачиваться этим…
Юлия села в такси с странным чувством лёгкости и спокойствия внутри. Не хотелось плакать, хотелось улыбаться и радоваться. После того, как Юля высказалась, ей стало легче.
Телефон зазвонил.
— Алло?
— Юля? Это Саша Белый.
На заднем фоне смеялся Ваня, Оля что-то говорила вслух. Юлю умилила эта семейная обстановка.
— Юль, соболезную. Я по себе знаю, как это тяжело — терять родителей… Ты помнишь, короче. Будь сильной. Жизнь на этом не заканчивается, поверь. Сейчас будет тяжело, это нормально. Если что, мы с тобой.
— Спасибо, — Юля сдержала новый порыв слёз. — Саш, маленькая просьба к тебе. Ты можешь отдать мне Ваньку на час? Я хочу пойти с ним в магазин и купить ему кое-что.
— Я не против. Я как раз с ним хотел пойти гулять. Могу компанию составить.
— Саша, ну как ты себе это представляешь? Ты женат… — Юля стала пунцовой от стыда.
— Я теперь вообще не могу с женщинами общаться? Я сейчас лично поговорю с Беловой, и я тебе отвечаю: она отреагирует нормально. Все просто знают, как ты от Вити с ума сходишь, тут ревности места нет.
— А ты от Оли не сходишь с ума?
— Не переживай, схожу, — Белый отодвинул трубку и задал Оле вопрос относительно прогулки с Ваней и Юлей.
— Конечно, я не против. Я бы тоже пошла, но нужно заняться готовкой, — действительно, Оля целый день была у плиты. Ваня ей немного помогал. Белый вернулся к разговору и передал слова Оли. Юля назначила встречу возле магазина детских игрушек.
— Папа, а где тётя Юля? — вопрошал Ваня каждые пять минут. Ребёнок очень привязался к Юлии и был огорчён до слёз, когда узнал, что Юля «болеет» (на самом деле, она восстанавливалась после Чечни). Сейчас Ванька ждал момента встречи, как Нового года.
Юля заехала домой, чтобы переодеться. Она случайно увидела себя в стеклянной витрине магазина: выглядела она точь-в-точь, как летучая мышь. Юля могла запросто спугнуть ребёнка.
— Юль, ты куда? — Пчёлкин лежал на диване с «Героем нашего времени». Чтение для Вити пошло быстрее, когда началась любовная линия Печорина и Веры.
— С Белым и Ваней погуляю, — Юля уже ждала ревнивую реакцию Пчёлы, относясь к этому с забавой.
— Не понял. Сначала Космос, теперь Белый?! Он женат, учти! — напомнил Витя, высунув голову из книжки.
— Ты думаешь, я такая падшая женщина, что уведу мужа и отца? Разочарована, — Юля надела фиолетовую футболку, длинную юбку до колен и туфли на невысокой шпильке. Пчёла отложил книгу и критическим взглядом осмотрел возлюбленную. Только когда Юля прошла его молчаливую проверку, Пчёла кивнул:
— Иди. Но смотри мне: если я узнаю, что Белый к тебе лез…
— Вить, ты ниже Белого по социальному статусу, — Юля хотела сказать это тихо, но не получилось: Пчёлкин услышал эти слова и помрачнел. Чтобы не разжигать конфликт, Фролова быстро вышла из квартиры и поехала в направлении магазина.
— Тётя Юля! — Ваня, обладавший хорошим зрением, увидел Юлю издалека и побежал её обнимать. Юля нагнулась к ребёнку и потрепала по голове. Белый посмотрел на них с умилением.
— Здоро́во, четвёртая власть. Ты где пропадала? — Белый пожал руку Юле и приобнял её.
— Я ездила домой переодеться. Я же на могилу к Веронике ездила…
— Господи, у тебя ещё подруга погибла… И ты так стойко и мужественно держишься. Я бы сдох, если бы потерял хоть одного из друзей. Ты очень сильная.
— Забыли, — коротко ответила Фролова, крепко державшая за руку Ваньку. — Спасибо, что предупредил о выходке Вити. Если бы не ты, то из-за меня ни в чём не повинный человек лишился жизни.
— Ну Космос не прям святой, между прочим. Факт домогательств не исчез никуда. Ты не виновата в этой ситуации, успокойся.
Ваня выпустил руку Юли и побежал по магазину, в тот самый заветный отдел роботов. Его глаза разбегались из стороны в сторону. Хотелось обладать всеми игрушками сразу!..
— Выбирай.
Ваня бежал от одного робота к другому. Да, самыми тяжёлыми выборами в жизни ребёнка является покупка мороженого и игрушки. Юля пока сама погуляла по магазину, рассматривая товары для грудничков. Юлия сама не знала, почему её тянуло туда: дети в её жизни были чем-то далёким и недосягаемым. Она работает на опасной работе, а Витя не нагулялся. Но Юля всё равно оценивала стоимость колясок, ползунков…
Наконец через пятнадцать минут Ваня подбежал к ним с игрушкой и заявил:
— Я выбрал!
— Молодец, пойдём на кассу.
— Сколько хоть стоит? — Белый взял коробку в руки, ища ценник. Юля мягким движением забрала у него робота и тихо сказала:
— Неважно.
Очередь была небольшой: не каждый тогда мог позволить себе покупку новых игрушек. Юля положила товар на кассу.
— С вас семьдесят пять тысяч.
— Юль, может, другое выбрать?..
— Саша, будь любезен: заткнись, — Юля хихикнула и спокойно положила купюры. — Я обещала, значит, выполню.
— Меня так элегантно не затыкали ещё! — расхохотался Белый.
Ваня взял в руки коробку, визжа и прыгая от радости.
— Ваня, что нужно сказать тёте Юле?
— Спасибо, — вспомнил о правилах вежливости Ваня, кружась с игрушкой. Юля погладила его по голове.
— Ты очень любишь детей, как я вижу, — заметил Белов, анализируя поведение Юли.
— Как их можно не любить? Это же маленькие ангелы. Они прелестны, — честно ответила Юля, сияя.
— Вите очень повезло. Из тебя получится хорошая мать.
— Ему это не нужно пока. Стоит только затронуть эту тему, сразу бесится. Появляются малейшие признаки беременности — всё, конец. Не готов пока, видимо, — уже без энтузиазма рассказала Юля.
— Не переживай, созреет. Я его хорошо знаю.
Оставалось лишь съездить в «Останкино» и предупредить генерального директора о временном отпуске. Хотя, как оказалось, все уже знали, поэтому особых споров не было. Юлю отпустили на неделю со спокойной душой.