Сразу стало понятно на кого он намекает, у меня с новой силой загорели щеки. Представив себе эту личную обстановку, тем более такая уже была, и у меня есть что вспомнить, я быстренько отогнала от себя ненужные видения. Можем же мы к примеру в толпе затеряться.
- Нет, нет лучше здесь, - Чуть ли не криком протараторила я. меня перехватили сзади за шею и развернули лицом к себе, пристально вглядываясь в глаза.
- А твой друг, смотрящий на нас, не смущает. Он так пристально на нас смотрит, даже взгляд не отводил, ни разу пока мы танцуем. - Меня опрокинули, назад заставив прогнуться, со стороны наверно выглядело эротично, словно мы танцуем танго, а этот танец во все века считался эталоном эротики напоказ. Я увидела картинку вверх ногами, Дмитрий позы не менял, все так же пристально наблюдая за нами. Я тихонько вскрикнула, когда меня рывком вернули назад. – А может, попросим его присоединится к нам?
- Да ты дьявол, хватит надо мной издеваться, - осипшим голосом проговорила я. Он, что задался целью проверить мою выдержку.
«Да возбуждает он тебя, а ты и уши развесила как дурочка». Да мозг, наконец, включился в работу и снова оказался прав. От таких разговоров у меня уже давно сладко ныло между ног, а внизу живота разгорался пожар. В общем как обычно, чего этот Рыжий Бес хотел, того и добился.
-Мне об этом говорили. – Меня аккуратно обхватили за подбородок, мягко заставляя поднять взгляд и смотреть прямо в красивые медовые глаза. – Сейчас или потом?
-Сейчас – сказала я пристально глядя в медовые омуты, я успела лишь сделать вздох, прежде чем меня поглотил пожар по имени Марат.
Наедине с собой.
- Я лицемерка, - сказала я своему отражению в ванной. Домой мы вернулись поздно, после произошедшего на танцполе я сбежала от директора и тараном прошествовала в толпе мимо Дмитрия. Ни один, ни другой не стали меня останавливать, за что им отдельное спасибо.
Больше ничего знаменательного в этот вечер не произошло, и мы благополучно вернулись домой, слегка выпившие, да навеселе. Меня конечно отчитали за задержку, но быстро простили. На то мы и друзья. Но весь этот злосчастный вечер у меня из головы не выходил, искушающий меня Марат и пристально наблюдающий за нами владелец клуба, они до сих пор стояли у меня перед глазами.
Бр-р-р, выдал мозг, и слегка побушевав, и почитав нотации об аморальном поведении своей владелице, в пьяном угаре отключился. Я же беспомощно продолжала пялиться на свое отражение в зеркале, в ванной комнате, освещенной тусклой лампочкой, от чего все казалось еще более развратно.
Девчонки уже давно дрыхли на моем диване, ну в принципе, куда смогли дойти там и легли, слава богу, сил и совести хватило доползти до нужного пристанища, а не залечь пьяным лежбищем в коридоре.
Я бы тоже с удовольствием вместе с ними бы прилегла, да вот что то, на душе было очень гаденько, от своего сегодняшнего поведения чувствовала тяжесть в области груди, а самое обидное на алкоголь даже не спишешь, я все это вытворяла, будучи в трезвом состоянии, а уже позже от расстройства чувств напилась.
Поцелуй Марата до сих пор горел на губах, и наш танец оставил самые приятные воспоминания, но, несмотря на все что я с ним почувствовала, я не могла выгнать образ Димы, моего сегодняшнего знакомого, из моей и так уже многострадальной головы.
Его белозубую, задорную и уверенную улыбку. Спокойствие, которое я испытывала, находясь рядом с его громадной фигурой не передать словами, это просто надо ощутить и пережить. Как я ранее заметила, может он и выглядел угрожающе для кого то, я же чувствовала только спокойствие, видно на меня действовало очарование его личности. Я думаю, его обаяние даже на гангстера подействует, если он вежливо попросит его отойти.
- Дура! Ты просто дура, - снова сказала я своему отражению. Так не бывает, что бы нравились оба за раз, это просто невозможно. Что бы сказала моя бабуля, увидь она, чем я занималась сегодня вечером.
А подлая память все равно подсовывала воспоминания о сегодняшнем вечере и моих двух знакомых.
Как ни странно я смотрела на себя в зеркало, а в ответ оно словно разделилось левая половина показывала тот неловкий момент, когда Дмитрий решил проводить меня до лестницы, а я обернулась и впечатавшись в его грудь, а правая же сторона стала пожаром и показывала танец с моим директором и поцелуй который бежал огнем по венам до сих пор.
Зеркало сравнивало и давало мне понять, что две личности отражающиеся в нем ни в чем не уступают друг другу. Один яркий и обжигающий как пожар, даже с каким то потустороннем свечением глаз, который бередит душу и заставляет мучиться в предвкушении. Второй как айсберг, как скала спокойствия и уверенности в себе, подавляющий авторитетом своей личности.