- Договорились, - дождался, пока она в ответ кивнет, Дима с интересом смотрел на меня, вопрошающе подняв брови, я продолжил. – Соня, прости за вопрос, ты не девственница?
Дима и Соня одновременно уставились на меня, правда друг сразу же перевел вопросительный взгляд на девушку, она же продолжала смотреть на меня тем же удивленным взглядом.
- А ты не поздно спрашиваешь? – Вопросом на вопрос ответила ведьмочка.
- Всегда не поздно выяснить то, что меня интересует, - я видел, что ей не хочется обсуждать данную тему, но я продолжал переть напролом. – Вдруг есть шанс, на твой проигрыш и нам придется быть аккуратнее.
- А нет шанса, что если я девственница, то вы от меня отстанете, - с долей иронии спросила она, делая последнюю попытку отвертеться от сделки. Я подошел к ней, а учитывая, что с другой стороны стоял Дима, деваться ей было не куда.
- Не ври мне, а то я прямо сейчас проверю, - ну да резко, но мямлить больше не собирался, я не подросток, не ведавший тепла женского тела. Как раз наоборот, я знаю, там, где тепло, при умелых ласках, всегда может стать влажно.
Я сделал разделяющий нас шаг и она, отступив спиной впечаталась в Дмитрия, он сразу сообразив что я хочу сейчас сделать, обхватил ее за предплечья, не давая двинуться, а я, приподнимая ее за подбородок, заставил посмотреть себе в глаза, - показать?
И в доказательство своих слов притронулся ладонью к ее животику, показывая, что намереваюсь дать волю рукам и заглянуть чуть ниже ремня брюк.
Она вспыхнула, взмахнув руками вырываясь, никто держать, не стал, все, что нужно было, я показал.
Соня.
Я вырвалась с криком:
-Отстаньте от меня, не девственница я. – Боже мой, да откуда такая реакция на них, я должна держать себя в руках, а то ни хрена никому не докажу. Вот только мое тело начало меня предавать. – Все мы договорились, до завтра. – Я выскочила из кабинета, мне срочно требовалось на воздух, а то, по-моему, я сойду с ума, от того, что хочу не хотеть. Я не могу желать этого, это не правильно. Я стаяла на крыльце и глотала воздух, щеки горели, а подлый мозг подсовывал картинки невозможного.
Грешные сны.
Дом, родимый дом. Опять я здесь одна и со своими мыслями. Ну не совсем одна, и мысли совсем не мои, ну вот какого черта я полезла в Google, мне, что острых ощущений там, в клубе не хватило, так нет же, просветиться захотела.
Ну что же из плюсов моего просвещения, – это действие, которое мне так активно предлагали, имеет красивое французское название «менаж» и все, плюсы на этом заканчиваются. Фильмы, просмотренные по данной теме ничего кроме тошноты не вызвали, как можно себя не уважать, что бы разрешить так безжалостно пользовать во все места, еще и радоваться, что тебе два мужика накончали в рот, меня чуть не вырвало. Я же не мусорное ведро и если от меня этого хотят, да пошли бы они со своим соблазнением куда подальше, хорошо, что завтра совсем будет покончено раз и навсегда. Приду поцелую развернусь и уйду. С этими воинственными мыслями я пошла, спать, Светланка уже давно видела десятый сон и поэтому я под одеяло попыталась забраться аккуратно, чтобы ее не разбудить. Легла на бок и закрыла глаза, перед глазами появился Дима, он призывно мне улыбнулся, глаза открылись обратно. Я глубоко вздохнула, потом зажмурилась, попытавшись выгнать все наглые образы из головы. Еще раз глубоко вздохнула, попыталась отрешиться от реальности и рискнуть расслабиться.
Я оказалась в кинотеатре, на заднем ряду, в руках был поп корн, а на экране творилось безобразие, которое я только что наблюдала на ноутбуке, двое мужчин брали одну девушку, которая была очень рада такому вниманию и шире раздвигала ножки. В зале вместо вздохов, почему то звучало танго.
- Тебе нравиться, - шепнули на ушко и рукой обхватили за подбородок, повернули на право. Обзор перекрыла рыжая грива, а в душу посмотрели два темных бездонных омута. – Соскучилась, малышка.
С другой стороны раздалось:
- Давай посмотрим, чему она за вечер научилась, ведь это ее грязные мысли мы видим на экране, - Дима улыбался, а его рука начала подниматься от колена и пробиралась под юбку.
- Ай-ай-ай, такая хорошая девочка смотрела порно, - Марат начал цыкать языком, показывая неудовольствие моей персоной, он развернулся и оперся одним коленом на соседнее со мной кресло, второй ногой упирался в пол, согнув ее в колене. Он был весь в черном, даже темный как ночь плащ развевался за спиной, образ дьявола завершали подведенные черным цветом глаза. Одной рукой обхватив мою шею аккуратно надавливая, наклонял меня на руки Дмитрия. Стакан с поп корном вылетел у меня из рук, и воздушная кукуруза разлетелась по залу, на что эхом по залу пролетело утробное: