- Ты только поэтому сейчас дергаешься? – Оля в ответ внимательно на меня смотрела. – А не, потому что с ним сейчас Света. – Я оперлась одной рукой о стену, второй устало потерла глаза. Как я устала за эти две недели, словно несколько лет здесь провела, я, наверное, все нервные клетки в этой школе оставлю.
«Ты еще здесь по ходу дела меня оставишь, - вклинился мозг, - ты ведь уже все решила, какая тебе разница, кто и что думает по этому поводу. А теперь быстро иди, спасай директора от чужих загребущих ручонок».
- Просто если он сейчас с ней, - и не смогла договорить, и вправду все мозги подрастеряла.
- Если это не мимолетный интерес то нет, - успокаивающе прикоснулась к моему плечу подруга.
- Я ведь еще Свету во все это втянула, - мне теперь было страшно, что подумает обо мне Марат, ведь и он и я будем знать, что все с моей подачи началось.
Мне не хотелось, что бы он думал обо мне негативно, связывая только с этой выходкой. Мне хотелось, что бы у него обо мне были другие, более приятные воспоминания, и я хочу сама их подарить.
- Она сама себя втянула, вот и пусть не обижается теперь, а если там, - и она указала пальцем в начинающийся коридор после лестницы. – Все зайдет очень далеко, ты сама себе этого не простишь, представляешь, что после, будет думать Марат Сергеевич.
- Да он уже так думает, - я готова была ногти себе грызть, лишь бы не идти туда и не смотреть на последствия нашего бабьего бунта.
- Пока не поднимешься, не узнаешь, а если так все плохо окажется тебе же проще, - Олька пожала плечами и мы пошли наверх, а мозг по дороге нашептывал, «а если не так, то будет о чем помолчать с внуками» и после этих слов многозначительно заткнулся.
В приемной Олька поздоровалась:
- Здравствуйте Ольга Алексеевна, как дела, - она мило ей улыбнулась, документовед в ответ просияла.
- Хорошо девочки, жаль, конечно, что вы завтра уезжаете, никто не передумал из вас? – как бы невзначай поинтересовалась она.
- Нет спасибо, все-таки третий курс еще нужен, очень, - они еще о чем-то говорили, а мне было все равно, я смотрела на дверь, гадая о том, что там происходит. Меня раздирало дикое желание ворваться вовнутрь и прекратить этот фарс, одновременно с этим не хотелось показываться директору на глаза, страшный он, когда злой, особенно если вспомнить ту злополучную подсобку. Как сейчас все объяснять буду, не знаю.
Мозг услужливо подсказал, «морду кирпичом и пошла, пошла родимая, а главное прикрывай тылы, а то кто этого директора знает, с его специфическими вкусами».
- Ольга Алексеевна, а к Марату Сергеевичу можно, нам документы забрать, - она еще, что-то говорила, когда мозг начал праведно возмущаться.
«Ты пока тут расшаркиваться будешь, у тебя собственного директора изнасилуют в особо извращенной форме, открывай дверь кому сказано», и перед тем как рвануть дверь на себя, подумала, и что порой несу, когда волнуюсь, подумать страшно.
- Соня подожди, - окрикнула меня подруга и успела подбежать, что бы мы вместе смогли узреть интересную картину. Посреди кабинета, стояли двое противников, сверля друг друга злобным взглядом, товарищ директор крепко держал Светлану под локоть одной рукой, видимо, что бы она к нему не прижималась, а по ее позе было видно, хотела, а еще взгляд был сильно недовольный. А второй рукой указывал на дверь, вернее теперь на нас. И вот Марат Сергеевич переводит свой буравящий взгляд вслед за своей рукой, отыскивает им меня, и очень мстительно и предвкушающе улыбается.
«Так, все, я пошел» заявил мозг, сворачивая свою деятельность в чемоданы, а я обратила внимание на Светино злобное выражение лица, ведь улыбка нашего нового знакомого тоже не осталась без всеобщего внимания.
Уже понимая, что разогнавшийся паровоз не остановить, а Светке явно сейчас сильно насолили, и она, обхватив руки директора в ответ, со всей силы врезала ему по хозяйству.
- Вот ё… - только и смогла проговорить я.
- Надеюсь, ты теперь стал еще счастливее, - проговорила Света и вылетела за дверь.
Олька, бросив на меня извиняющийся взгляд, ушла за ней, «зуб даю, слиняла», вставил словечко мозг.
Что мне оставалось делать, как не зайти в кабинет к своему очень разъяренному зверю в образе директора школы и захлопнуть дверь, что бы никто не увидел, как красный, словно рак с вздувшейся веной на лбу, Рыжий Дьявол утенком сполз посреди кабинета на корточки.