— В общем, да, исключительно редкие. Носители крови последних императоров.
Императоров? Это еще откуда? — я недоумевала. Насколько мне припоминалось из учебников, на этой планете империй вообще не было.
— Правители изначальной империи, — озадаченно пояснила мне Лера, обратив внимание на мой ошалевший вид. — Ну, империи, из которой наши предки пришли в этот мир, ты что, забыла?
Трудно забыть о том, чего не знал изначально, но я послушно кивнула головой, устыдившись своей невежественности:
— И что? Что с этими наследниками императорской крови?
— Как что? — брови Леры поползли вверх. — Просто проверенный факт, — в годы правления золотых драконов наступает период расцвета нашего народа. Даже жалко, что у нашего кронпринца обычный зеленый окрас.
— А что, золотой дракон — это всегда правитель?
Сокурсница посмотрела на меня с изумлением, затем хлопнула себя по лбу:
— Я все время забываю, что ты у нас совсем недавно и многого не знаешь. Конечно же, иначе и не бывает. Золото дается только старшему сыну короля, да и появляются они раз так лет в триста-четыреста, не чаще.
И вот теперь мне стало понятно это необычайное волнение, проявленное магистром Ворелом. Немудрено, что про меня он совершенно забыл. А что еще можно ожидать в ситуации, когда создаётся угроза престолонаследию? И тут я встревожилась. А что, если Дэйму угрожает опасность? И вообще, а куда магистр создал переход? Почему-то, до этого момента, я совершенно об этом не задумывалась, решив, что Ворел потащил Дэймиона к ректору. Но, похоже, местом открытия портала стала приемная его величества. В памяти вдруг вспыхнули кадры из фильма «Железная маска», и я, внезапно испугавшись до дрожи в коленках, торопливо распрощалась с Лерой и помчалась в резиденцию Фиарлесов, стремясь увидеться со своей тетушкой.
Нет, уверяла я себя, Дэйми — любимый сын короля, все так говорят. Но король он король и есть, я это прекрасно усвоила на своем собственном опыте. Благополучие государства для монарха важнее всего, а младший сын теперь может представлять собой серьезную проблему для порядка в королевстве. И что сделает его отец? Насколько сильно он отличается в этом плане от моего папы-короля? Или… Я даже остановилась. Настоящие угроза, скорее всего, будет исходить не от короля. Мать старших принцев — вот кого Дэймиону действительно стоит опасаться.
Тетушка вернулась из дворца поздно вечером; я с нетерпением ждала ее, нарезая круги по гостиной.
Леди Вада покачала головой, хмыкнула:
— И они еще будут мне говорить, что это, до сих пор, не определяется, — пробормотала она себе под нос, — стоит только посмотреть на ее поведение…
У меня сложилось впечатление, что она продолжает какой-то спор, но ничто постороннее меня сейчас не интересовало.
— Какие новости? — подлетела я к ней.
— Скандальные, — ответила тетушка. — Королева в истерике; завтра с утра собирается Совет Старейшин.
— А принц? Дэймион? Как он? — в тревоге прижимая к груди сжатые в кулачки руки, потребовала я ответа.
— Под усиленной охраной, у себя в покоях, — тетушка скинула плащ на руки подошедшего слуги и, отпустив того жестом, подошла ко мне, обняла, ласково погладила по спине. — Не беспокойся, он — в порядке, — добавила она. — Завтра на совете будет вынесен вопрос о престолонаследии. Да, дела…
Леди Вада прошлась по гостиной, решительно тряхнула головой и, вызвав слугу, спросила у того:
— Лорд Нейман уже вернулся?
Я же, сообразив, что, увы, больше ничего сегодня не узнаю, отправилась в библиотеку особняка, собираясь заполнить имевшейся у меня пробел по цветам драконов, почитать поподробнее, что означает золотой окрас, и, заодно, посмотреть, какие законы у драконов по поводу полукровок.
Правда дойти до библиотеки у меня не получилось, прямо в руки мне свалился вестник. От младшего принца. Дэймион просил меня прийти в парк академии, к довольно приметной беседке, где часто назначались встречи влюбленных и просто друзей. Через час. Меня просили там быть через час. Подивившись на странность приглашения и выбор места и времени, я, тем не менее, обрадовалась — по совершенно понятной причине я страшно переживала за парня.
А еще был и чисто эгоистический интерес: теперь, когда он знал, что у него есть вторая ипостась, почувствовал ли он своего дракона? — этот вопрос непрестанно крутился у меня в голове и мне непременно хотелось задать его Дэйму.
— О какие драко… ой извините — недо-квартероны! — за моей спиной раздался преувеличенно радостный голос моей кузины.