Нас усадили за небольшой круглый столик около окна, выходящего на ворота в университетской ограде, и мы даже успели заказать напитки к тому времени, как к нам, наконец, присоединился Ард.
- Так вы, значит, оба из Денгрии? – не удержалась я.
- Конечно, а ты что, до сих пор не посмотрела списки студентов? – удивился Ард, и, в ответ на мой искренне недоумевающий взгляд, пояснил:
- Их же можно вызвать через ученический браслет.
Подошел официант, принес нам вино и воду с лимоном, и парни погрузились в обсуждение меню, а я – в мрачные размышления. Пожалуй, самое умное - ничего не спрашивать про Денгрию и ее правящий род. Так будет безопаснее всего. Но я ничего не смогла с собой поделать - любопытство неудержимо несло меня, как мотылька к обжигающему свету, вперед. Потребность в информации пересилила осторожность:
- А я слышала, что у вас недавно было какое-то странное происшествие в королевской семье…- закинула я удочку, в надежде на жирный улов новостей из жизни принцессы Ники, точнее – из моей собственной.
Увы! Выражение лиц обоих парней тут же ощутимо похолодело, но, после секундной заминки, видимо вспомнив про мою амнезию, Ольгер расслабился, улыбнулся и со спокойной непререкаемостью в голосе сказал:
- Рика, дела королевской семьи Денгрии мы обсуждать не будем.
Ну вот – даже никакого толку нет от того, что парни наверняка в курсе всех событий, происходящих в доме моих местных родителей!
- Ну хоть расскажите мне о принцессе– какова она? Вы ее когда-нибудь видели? – не сдаюсь, надеясь узнать о принцессе побольше, надо ведь как-то начинать создавать полную картину жизни Ники. Что в народе-то говорят? Хотя, эти, как раз, от народа далеки - элита.
Ард переглядывается с приятелем, потом пожимает плечами:
- Да о ней ничего особенного не известно. Несколько лет назад она заболела и перестала показываться даже на детских праздниках в королевском дворце. А потом у нее нареченный жених погиб, и ее вообще перевезли в одно из личных поместий королевы. Так что за последние года три нашу принцессу почти никто и не видел.
Ого – значит, на бедную девчушку надели браслет и все – отлучили от светской жизни. Ну, …папаша!
- А почему тебя так интересует наша принцесса, Рика? – вкрадчиво продолжает Ард и при этом начинает модулировать речь так же, как только что делал у фонтана. Не, серьезно, он что - собрался проводить сеанс магического гипноза? Выпытывать мои секреты? Да я проста – как фанера! Под которую поют. И столь же многоголоса.
- Говорят, она моя ровесница – поэтому мне и интересно, - наивно хлопаю ресницами как сама невинность во плоти. – А еще мне ее жаль: такая молодая и – больная.
- Принцессе пока сейчас пятнадцать лет, так что да, она даже младше тебя, - Ард прекращает свои вокальные эксперименты и откидывается на спинку стула.
– И она поправится, - добавляет напряженным голосом Ольгер, - ее обязательно исцелят!
- И чем, ты говоришь, она больна? – интересуюсь как бы невзначай, но Ольгер одаривает меня непроницаемым взглядом, и становится понятно, что сплетников за этим столом, кроме меня, нет. Да, придется плотно пообщаться с женской частью студенческого коллектива…
А вот и некоторые его представительницы! Не успела о них подумать, а они уже вплывают павами, цепляясь за локоток своих кавалеров.
Входивший в ресторан блондин со свитой на секунду застыл в обрамлении арки проема входного холла, осматривая зал. Ну просто Микеланджело – столько же пластики, драматизма и внутренней напряженности в позе. Красив, ничего не скажешь – этакий юный Адонис, а не просто какой-то лорд Алексис. Рядом с ним – наша блондинистая леди Тая чтобы соответствовать кавалеру, девушка вытянулась чуть ли ни в струнку, демонстрируя безупречность осанки, и задрала подбородок выше носа.
Нет, с этими дамами у меня задушевно посплетничать точно не получится. Надо присмотреть кого-то попроще. Кошу глазом на вошедшую компанию - их уже ведут к накрытому на шестерых столу, и он, к моему сожалению, - рядом с нашим. Проходящие мимо ребята приветственно кивают, - то ли уже знают Арда с Ольгером, то ли просто опознают в нас студентов-первокурсников родного университета. На всех четверых парнях - синие цвета третьего года обучения, и только обе барышни с нашего курса выбиваются из общего фона зеленью своих мантий.
- А они откуда, в смысле – из какого королевства? - киваю на только что пришедших третьекурсников.
- Из Энидора, - Ольгер понижает голос, - и пара из них принадлежит к правящему роду Дараш.
- Принцы? - удивленно раскрываю глаза.
- Ну почему сразу – принцы! – хмыкает приятель. – Кронпринц Энидора уже давно своё обучение закончил, а младшие учатся в их собственном Военно-Магическом университете.
- Как ты все и про всех знаешь? – не выдерживаю я. – У тебя что – досье в голове на каждого?
- На тебя нет, девочка-загадка, - хитро прищуривается парень, - так что – нет, не на всех.
Я пожимаю плечами:
- Нет во мне никаких тайн и загадок, ты же знаешь! - отворачиваюсь от Ольгера – клятва клятвой, но лишний раз затрагивать щекотливые темы не хочется – и натыкаюсь на скучающий взгляд темноволосого соседа лорда Алексиса, - кажется, это тот самый Дэймион, которого так добивалась в столовой белобрысая Таяниса. Лорд безразлично пробегает глазами по моему лицу и, прислушиваясь к тому, что ему говорит леди Таяниса, возвращает взгляд на мой лоб. Затем брезгливо кривит губы и что-то ей отвечает. Та заливается смехом, а я злюсь – вот ведь мерзавка – как пить дать, это она ему про мой вестник только что насплетничала. Потом приказываю себе успокоиться – какое мне дело до этого типа? А вот с блондинистой стервой надо быть поосторожнее – чем меньше мое имя на слуху, тем лучше для моей безопасности.
Ужин продвигался своим чередом и, расправившись с горячим мясом, мы перешли к приятному времяпровождению за бокалом белого вина и беседой. Мне почему-то казалось, что нежный возраст Рики может создать препятствия при заказе алкоголя, но никто даже ухом не повел. Совершенно бесподобное белое эльфийское чем-то напоминало мускат, но без его приторности, и таяло во рту, оставляя послевкусие свежей лесной земляники. Мы приканчивали уже вторую амфору вина на троих и дивное чувство внезапной взаимной дружбы расцветало с необыкновенной скоростью. Пожалуй, впервые с момента моего появления в этом мире мне стало спокойно и весело, отпустила постоянная насторожённость, а взамен наступило расслабление и умиротворение. Меня обуяла любовь к новому миру и новым товарищам, и я, расчувствовавшись, даже предложила спеть, но парни не поддержали моего выбора места и проголосовали за перенос предполагаемого действа в парк. Мы расплатились и нацелились на выход, не забыв прихватить недопитую амфору с эльфийским. Потом мы долго провожали друг друга до наших комнат и даже прицепили к браслетам взаимные разрешения на посещения, чтобы магический полог, разделяющий женское и мужское общежитие, пропускал нас друг к другу.
Проснувшись на следующее утро и не ощутив никакого похмелья, столь хорошо знакомого мне по земным студенческим попойкам, я поняла, что жить в этом новом мире действительно – хорошо! Намурлыкивая под нос бравурный мотивчик, быстро оделась и примчалась завтракать одной из первых. И уже сидя за столом с чашкой горячего напитка, похожего на какао, вдруг сообразила, что так и не получила вестника от деда. На него это совсем не похоже – значит, что-то случилось. Не получил моего послания? Я задумчиво водила пальцем по столешнице, следуя контурам рисунка древесины, и пыталась сообразить, как поступить. Отправить еще один? У меня оставалось всего два вестника, и я собиралась приберечь их на черный день – стоимость этих магических штучек была настолько велика, что на мои скромные ныне средства мне их просто уже не восполнить.
- Леди Вейс? – вырвал меня из раздумий мужской голос. Молодой человек в красных цветах пятого курса протягивал мне свернутый листок. Я в недоумении протянула руку, чтобы его забрать, но пятикурсник ловко отвел письмо в сторону: