В этой колбасе длиной в пятьдесят метров, ну внутри чуть поменьше, все равно ничего ценного не было, кроме одного пустого ложемента, и прозрачного шара, в котором парил, раскинув руки и ноги, парнишка лет шести, в белом комбинезоне и таких же тапочках.
— Дети — всегда к неприятностям, — ещё раз доказала свой ум Майя.
Мы остановились за несколько метров до шара, дальше нас не пустила защита, да не абы какая, а пси, и на то, что я — Уриш, ей было плевать. Пространство вокруг ребёнка было заполнено плотной вязью схем, как внутри шара, так и снаружи, не думаю, что без вреда для конструкций мог бы их дезактивировать. Кроме оранжевых, тут были и зелёные, и красные, и даже черные искорки, тот, кто ставил защиту, умел куда больше, чем я — некоторые линии я с трудом мог рассмотреть, и это при моем таланте увидеть то, что другие не способны.
— У тебя талант, — подтвердила напарница, — влипать во всякое дерьмо. Ты понимаешь, что это значит?
— Ищут пожарные, ищет милиция, ищут прохожие нашей столицы, — вспомнил я стишок из детства, который мне мама читала. Сам я больше по комиксам в том возрасте специализировался, они только-только появились, но родители считали, что мне нужно классическое воспитание.
— Какая милиция? Ты слегка рехнулся, эмпо? Что делать будем? — Майя дёрнулась, но я вовремя её удержал. А то бы остался вдвоём с этим парнишкой.
— Варианта три, и оба так себе, — признался я. — Или мы быстренько валим отсюда, делаем вид, что ничего не произошло, притаскиваем несколько ценных обломков, благодарим База, и тут же смываемся с комплекса. Или ждём, когда здесь появятся те, кто хочет найти мальчишку, и захватываем их в плен, а потом выясняем, для чего все это. Ну а дальше, как в первом варианте.
— А третий?
— Что третий?
— Ты сказал — три варианта.
— Ах, да, — я приобнял Майю за талию. — Третий — очень даже неплох. Можем прямо тут заняться сексом, потому что потом будет некогда.
— Дебил, — коротко отреагировала девушка, но руку мою не стряхнула.
— Шучу. Можем свалить отсюда на этом кораблике. Только пути назад не будет. Что-то мне подсказывает, что мальчишку не просто так тут спрятали, да ещё и в стазисе, он тут уже не первый год, судя по налипшей снаружи пыли, висит. Наверняка очень ценный груз.
— Если ты попробуешь и его продать, я тебя убью, — пообещала бывшая воспитательница.
Ну на самом деле, ничего бы она мне не сделала, даже если принять в расчёт уткнувшийся мне в бок пистолет, такой штукой меня даже не поранить серьёзно. Но разочаровывать я её не стал, изобразил испуг, строго-настрого наказал ей не придвигаться дальше к шару, даже барьер в воздухе нарисовал, и уселся в ложемент.
Корабль был явно шурский, и скорее всего из метрополии — все управляющие надписи были на эме-саль, жреческом языке, и одновременно официальном — местной верхушки. Обычное население говорило на эме-гирском суржике, а вот те, кто жил на столичной планете, видимо, чтобы свою исключительность подчеркнуть, придерживались канонического варианта шумерского языка.
Допуск мне система управления вполне ожидаемо не выдала, потребовав какой-то личный код. Но, поскольку тест на пси-способности и родовую принадлежность я прошёл, активировав пси-датчик, то приоткрыла доступ к ещё некоторым системам и частям корабля. Шара с ребёнком внутри среди них не было, равно как и защиты. Но маневрировать я мог, всего-то и нужно было, что отвести отсюда объект на пару тысяч километров, запрятать где-нибудь в пылевом облаке, наложить маскировочную схему и вернуться на базу. Там наверняка уже выясняют, почему Баз отправил в этот сектор меня, а не новичков, оправдание у него есть, эта зона действительно только для тех, кто проработал хотя бы месяц в комплексе переработки, тут булыжники сочные и нажористые. И лишнего ничего не скажет, если, конечно, там не попадётся какой-нибудь мастер-мозгоправ, тот пилот-псион, которого он мне показывал, на что-то серьёзное не тянет. Сопрягаться с ядром носителя, с системой наведения, или ломать человеческое сознание — слишком разные умения должны быть.
Уже собирался вызвать бот, а потом вместе с ним поискать какое-нибудь укромное место, как вдруг воздух вокруг меня словно заискрился от появившихся пылинок.
— Стой где стоишь и не двигайся, — предупредил я Майю. — Шевельнёшься — умрёшь. Моргни три раза быстро и один раз медленно, если поняла
Девушка послушно моргнула.
— Слушай внимательно, — продолжал я. — Сейчас тебе будет страшно, ты эту штуку уже видела. Просто стой на месте, он опасности для тебя не представляет. Линк не работает, я знаю. Говорить можешь, только не кричи.