Оставалось только два предмета, если так их можно было назвать.
Позвал первый — кот лениво отозвался из каких-то далей, давая понять, что у него дела есть поважнее, чем играть с человеком в человеческую игру. Ладно, хорошо хоть голос подал, а то навёл в империи шороху и исчез, оставив меня все это разгребать.
И последний, но тот, о котором я с самого начала думал — кристаллы, найденный Майей якобы самостоятельно, хотя кто знает, может, и вправду повезло. Можно было выковырять из ожерелья, который Катя вернула, чтобы я его Ануру передал, но раз отдельные камни были, то зачем вещь портить. Достал четыре красных кусочка, почти без граней, прикинул, что с ними можно сделать. Стоило поднести первый к доске, свободная клетка в ближнем углу тускло засветилась. Положил туда один кристалл, а на другую свободную клетку — второй. С опаской, эти красные стекляшки всегда к чему-нибудь нехорошему приводили, да и способ изготовления как бы намекал, что страдания никогда не заканчиваются.
Вибрация исчезла, зато появился звук — выше чувствительности обычного человеческого уха, с изменяющейся тональностью, словно какая-то информация передавалась. Пять секунд. Потом кристаллы в лучших местных традициях исчезли, а вот красный кристаллик в руке жреца разгорелся.
В руке второго жреца вспыхнул другой кристаллик, фигуры задвигались по полю, занимая нужные места. И снова замерли. Наверное, мне стоило сделать первый ход.
— Лошадью ходи, — подсказал голос сзади, я чуть не подпрыгнул от неожиданности.
— До инфаркта доведёшь, — попенял Ниму, который опустился на стул напротив. — Как ты вообще сюда попал?
— Не забывай, мой юный друг, что я теперь тоже немножко Уриш, — рыжий эр-этелу одобрительно хмыкнул, забрал себе бутылку и тоже отхлебнул, прямо из горлышка. — Отличный эн-карни, по два ману за бутылку, правильный урожай. Настоящим ас-ариду становишься, Марк, привыкаешь к дорогим вещам.
— Каким боком ты Уриш? — не сдавался я.
— Сам же меня назвал там, в центральных мирах, — напомнил мне Ним. — Слова — вещь такая, не вырубишь. Или что там про это говорят. Ты ведь хотел клан Уришей в изначальном мире сохранить? Мог бы даже не трудиться, с того момента, как ты там развернулся и набрал нас, считай, та вселенная твоя, остальные Уриши отсюда только с твоего разрешения сунутся. Я сам удивился, да что там, подумал, может ты специально, и знаешь о империи Аш-Урб, но тебе, сукиному сыну, как всегда просто повезло. Другие трудятся день и ночь в поте лица и подмышек, а ты хрень какую-то придумал, и всё в кассу.
— Не нарочно.
— Интуиция, Марк, великое дело. Настоящий дар. Часто люди, подобные тебе, делают дурацкие поступки, окружающие только пальцем у виска крутят, а оказывается, что выходит-то по-вашему.
— По-нашему, — предположил я.
— У меня опыт, он в этом деле только мешает. Ладно, что делать будешь? Одному в эту игру можно играть, но неинтересно. Я, чур, серебряными. Не забыл, как фигуры ходят? Этот парень с разведёнными руками — псион, как и мы с тобой, он через две клетки прыгает. Но пусть подождёт, псионы слишком ценный товар, чтобы понапрасну расходовать их, сначала пушечное мясо отправим вперёд.
И сделал ход штурмовиком.
— Не раздумывай, — в ответ на мой взгляд сказал он. — Попробуй отключить логику, почувствуй, какая фигура притягивает, не думай, что надо выиграть. Тем более у меня, я-то с детства, считай, шашками баловался.
Последовал его совету, просто посмотрел, какая из фигурок ждёт, чтобы её потрогали, и двинул вбок псиона.
— Неплохой ход, — одобрил Ним.
У шахматистов блиц длится три минуты, а мы не торопились, достали ещё одну бутылочку, от которой должны были по идее потерять сознание и воспарить, но кроме лёгкости и приятного тумана в голове я ничего не почувствовал. Ну ещё вкус приятный, с чамби не сравнить. Так и цена совсем другая, там конвейерный продукт, а тут — штучное исполнение.
Игру мы закончили вместе с третьей бутылкой. На поле остались мой стрелок, и два жреца. Мой ход, и тут уж интуиция, или открытие разума, ничем помочь не могли, из-за того, в основном, что, оказывается, я не все правила знал. Как только у противника осталась одна фигура, мой жрец словно прикипел к своему месту и не желал двигаться ни в какую. А жрец Нима вместо одной клетки начал прыгать во все стороны.
— Такое бывает, когда невнимательно читаешь инструкцию, — рыжий весело рассмеялся, передвинул фигурку на серебряную клетку. — Давай, твой ход. Последний.