— Только если собой. Погоди. Ты хочешь заинтересовать их игрой?
— Ты правильно понял мою мысль. Они же хотят выделиться? В игре у них будет много возможностей сделать это. Во всяком случае, там еще полно незанятых ниш.
— Я не стану их уговаривать, Стас. — Честно ответил я. — Я питаю к обеим четкую неприязнь и нахожусь сегодня здесь только потому, что ты меня попросил. Ну, ты это и так знал.
— Ага. — Рассеяно кивнул он. — Они творческие люди? Чем они любят заниматься?
— Сейчас узнаешь, — я показал глазами на двери в коридор. — Вон смотри, это к нам.
В ресторан зашли сестры близняшки. Одна из них — Ника, была в белом костюме с юбкой до середины бедра, её сестра плыла за ней в воздушном платье нежно кремового цвета. Свои шубки, как я понял, девушки оставили в гардеробной.
Обе выглядели чистыми и прекрасными лебедушками. Обе улыбались и смотрели на нас щенячьими глазками. На лице каждой я видел печать лицемерия.
— Полина, Вероника, знакомьтесь, — я встал из-за стола и представил их другу, — это мой друг — Стас.
Стас, не переставая улыбаться, поднялся и вручил Полине цветы. Отодвинув стулья, мы галантно помогли девушкам сесть. Девушки молча переглянулись и заулыбались еще сильнее.
— Какие новости с того берега — спросил я, имея ввиду последние слухи в общаге, рядом с которой стоял домик сестричек. Хороший такой, трехэтажный домик.
— О, дорогой ты не поверишь, — начала Ника. — Знаешь, мы с Николь теперь лучшие подруги. Она со мной только о тебе и говорит.
— Николь — это кто?
— Как кто? — опешила Вероника. — Николь — это рыжая француженка. Она только в этом году поступила на экономический. Она же экзотика! За ней полфакультета бегает!
Судя по недовольному виду обеих, они сильно ревновали славе новенькой, но я точно знал, что нахожусь на другой половине от бегунов.
Я закатил глаза к потолку. Мысленно. Рыжая-бесстыжая — вот о ней я и не подумал.
— Надеюсь, ты ей ничего обо мне не рассказываешь?
— Да я особо и не знаю, что ей про тебя рассказывать. Мы же с тобой раньше не общались.
— Не надо ей вообще ничего рассказывать.
— Ромочка, но почему? Это всё равно никакая не тайна. Что тут плохого, если я расскажу? Ты же постоянно что то читаешь, вот и посоветовала узнать что, дабы найти общую тему для разговора.
— Давай ты, наконец, перестанешь называть меня этими слащавыми именами? Что я читаю — это, кстати, личное.
Ничего не поделаешь, трепаться обо мне все равно будут. И о брате, кстати по той же причине. Мы же близнецы! А близнецы это всегда лишний повод для трепа.
— Что ты читаешь, Николь и не спрашивает, это я так… — Ника хмыкнула. — Она больше спрашивает, какие девчонки тебе нравятся и нравятся ли вообще. У нее же неплохая фигура, мог бы просто трахнуть её разок, сбросить напряжение, например. И девка бы мучиться перестала, а там, глядишь и вовсе потеряет к тебе интерес.
— И что ты ей про меня наговорила? — спросил я. Вот почему женщины считают мужиков тупыми кобелями? С какого перепугу интересно я должен спать с ней. Я искренне не понимал Нику.
— А я должна была что-то говорить? Пока сказала, что нравятся тебе ботанички, тебя же от электронки не оторвать.
— Вероника, ты лучшая, — Она улыбнулась, ей было приятно. — Теперь понятно, зачем она стала носить эти очки, так скоро начнет одеваться в непонятные, мешковатые свитера. Еще можешь рассказать ей, что я люблю воспитанных девчонок, а не таких, которые всё время бегают за мной и глазеют на меня, а когда увидят, что я за ними наблюдают, начинают эпилептически моргать глазами, как машины на повороте. А как она показывает ножку! О этот шедевр я никогда не забуду. Надо мной все парни из группы уже ржут. И ещё добавь, что меня тошнит от рыжих и что веснушки я ненавижу. А если она начнёт спрашивать, какие у неё шансы, постарайся довести до её сведения, что я не стану мутить с ней, даже если она останется последней девчонкой на земле. Лучше человечеству вымереть, чем жить с таким генофондом. Может она и француженка, но ведет себя как нализавшаяся валерьянки кошка по весне
Стас рядом со мной хмыкнул в кулак.
— Что ж тебя бомбит-то так?
— Ибо нех! — я воздел указательный палец к потолку. — И давайте закончим на этом.
— Роман, ну нельзя же так! У Николь к тебе чувства, их надо щадить!
— Зачем?
— Чтобы ей больно не было!
— Это ты сейчас удачно пошутила. Эта рыжая дура меня уже так достала, что я закоулками по универу пробираюсь, лишь бы не попадаться ей на глаза. Вероника, если ты жалеешь чувства своей лучшей подруги, разъясни ей это в мягкой форме, или она услышит это в жёсткой. И в подругу я тоже не верю, ты же больше всех любишь себя.