- Какого черта? Тебе жить надоело?
Арчер самодовольно улыбается. Мне так хочется убрать эту ухмылку с его лица.
- И что ты сделаешь? Пристрелишь меня? Так давай! Тебе ничего не стоит нажать на курок. Я никуда не сбегу! – он провоцирует меня, бросает вызов. Я так хочу принять его! Но это было бы слишком легко. Арчер нужен мне. Я рассчитываю обменять его на своих условиях. В противном случае, если Совет не захочет возвращать своего доблестного офицера, я выброшу его в открытый космос.
Я сильнее сжимаю рукоятку. Черт! С досадой опускаю деструктор и стремительно подхожу к столу. Если убить его нельзя, то дать по морде - вполне можно! Собираю пальцы в кулак и отвешиваю мощный хук в челюсть. Арчер морщится, но не издает ни звука.
- Бесишься из-за своего бессилия? – зло цедит он, - ну так поделись своими планами. Что ты будешь делать со мной? Продержишь меня связанным все оставшееся время? Хотя, у тебя все равно нет другого выхода, иначе я арестую тебя и тут же доставлю на базу, где тебя телепортируют на космическую станцию Совета. Там тебя будет ждать суд. По-другому не получится, Вэлэри. Поэтому лучше убей меня сразу!
Мне становится смешно, с какой легкостью он торгуется своей жизнью. Вояки! Ни во что не ставят чужую жизнь, и не дорожат своей. Ненавижу этих послушных роботов системы.
- Майор, не питайте напрасных надежд. Вега – мой корабль, даже если вы возьмете управление на себя, то не сможете с ним справиться. Все здесь закодировано и подстроено под мою биометрию. Но вы все же можете попробовать подчинить себе Вегу, на это было бы забавно посмотреть.
Арчер усмехается
- Биометрия? И что же это? Кровь? Сканер пальца? Сетчатки? Тебе следует особенно беречь свои конечности, теперь, когда я знаю, какую важную роль они играют.
- Ты думаешь, это напугает меня?
- Ну что ты! Ты ведь не из пугливых, так? Хотя, судя по тому как ты…хм…отреагировала на мое «мужское достоинство», тебе есть чего бояться. Ты так отпрыгнула от меня, что я не сомневаюсь, у тебя есть определенные слабые места!
Я прищуриваю глаза, прожигая Арчера взглядом. Этот заносчивый кретин неотрывно смотрит в ответ. Снова он об этом поцелуе! Как он умудрился попасть точно в цель! Проигрываю эту игру в гляделки, хоть мне и невыносимо признавать это. Круто разворачиваюсь и ударяю ладонью по сканеру. Дверь открывается, и я вылетаю из каюты.
Здесь, вдали от посторонних глаз, могу, наконец, дать волю чувствам. Меня словно ударяют под дых невидимым орудием. Складываюсь пополам и хватаю ртом воздух. Это самая мощная паническая атака, которая случалась со мной за последние несколько лет. Я обхватываю голову руками, но слишком поздно. Механизм уже запущен, и меня сдавливают железные тиски. Как же я ненавижу мужчин! Всех и каждого! Они сделали меня такой! Уязвимой от одной мысли о их мерзкой похотливой натуре! Один из них сотворил со мной такое, от чего я до сих пор не могу окончательно оправиться. Пытаюсь подавить панику, но тщетно. Голос Веги заставляет меня еще больше напрячься.
- Вэлэри, твой пульс превышает допустимое значение. Уровень кислорода падает. Следует немедленно вернуться в медицинский модуль!
- Заткнись! – огрызаюсь я, и чувствую, как перед глазами плывут темные круги. Она права, у меня начинается приступ, мне нечем дышать. В ушах стучит отбойный молоток. Тут же в голове вспыхивают одна за другой мрачные картины-воспоминания из прошлого.
«Темнота. Я, маленькая тринадцатилетняя девочка, забилась в угол. Я ощущаю тот липкий страх. Он живет у меня внутри и сейчас. Незнакомец возвышается надо мной. Мне некуда бежать. «Кто это здесь?» - развязно спрашивает он и покачиваясь, идет ко мне. Он все ближе. Я зажмуриваюсь. Тошнота подступает к горлу, а тело пронзает судорогой. Мужчина грубо хватает меня за руки и бросает перед собой. Я брыкаюсь и кричу, но что может сделать ребенок против широкоплечего верзилы. В свете тусклой лампы сверкает форменная бляшка на его ремне. Военный на службе армии Альянса. Он из тех, кто прибыл помочь, вывести беженцев в безопасное место. Однако у этой свиньи свои планы на меня. Он тащит меня за ноги, притягивает к себе и рвет на мне одежду…»
Меня начинают бить конвульсии, чувствую, что куда-то проваливаюсь. Приступ заставляет меня выгибаться всем телом. Нет, нет! Опять… «Лицо, искаженное гримасой удовольствия прямо надо мной. «Не трогайте меня»!» Это кричу я из прошлого, или сейчас, корчась в агонии на полу?