– Стой! Не ломай её, – потребовал человек. – Для начала нужно опросить.
– Так давай прямо сейчас! Я мигом приведу её в себя…
– Допрос будет в специальной камере, в Центральной башне. Мы не преступники, Глодимус. Даже не гражданские, чтобы вершить самосуд.
– Ярмодис бы тебя побрал, Норман! Я готов убить тебя за такое непростительное спокойствие! – он скинул с плеча тело – оно шмякнулось наземь – и порывисто приблизил своё клыкастое лицо к капитану. – Наш друг мёртв! А ты хочешь в чём-то разбираться?!
– Я хочу мести не меньше твоего, – глаза Этана недобро заблестели. – Но не таким способом! К тому же, – он перевёл этот леденящий душу взгляд на бессознательное тело, – я смогу добиться её страданий. Она будет жалеть, что убила Стефано. Или ты хочешь подарить ей такое блаженство, как смерть?
Голос мужчины – приглушённый, ледяной – так и излучал лютую ненависть, боль и глубокое отчаяние. Каждая нотка пульсировала страшным коктейлем эмоций, и даже такое нечувствительное существо, как гахур, ощутил это. Он удовлетворённо кивнул и поднял тело, вновь располагая его на своём широком плече.
– Ну, чего ждёшь? – спросил Глодимус. – Поехали сдавать эту…
– Да, – оборвал его мужчина и обернулся, чтобы в последний раз посмотреть на близкого друга, истёкшего кровью. Нахмурившись ещё больше, с влажными, блестящими глазами, капитан до боли сжал руки в кулаки и покинул дом.
В гравити-каре Глодимус, наконец-то, спросил друга, как он вообще узнал обо всём этом.
– На приёме ко мне подошла какая-то анаба и сообщила об этом. Я так торопился, что даже не спросил её имя. Нужно будет сейчас же найти её.
– Тогда разделимся. Ты там разведывай, как умеешь, а я разберусь с этим, – гахур кивнул на задние кресла, на которых лежала рутека.
Застолье всё ещё продолжалось. Этан не стал даже залетать на этот этаж. Он поднялся на пару этажей выше, чем оставил Глодимуса, и прошёл в разделение разведчиков. Конечно, эти ребята знают всё обо всех, даже тех, кто находится вне Нилики. Капитан зашёл в подразделение анабов – женщины одарили его строгими взглядами, ясно давая понять: «Кажется, ты ошибся местом, человек». Но, не смотря на это, он подошёл к одной из дам, что обладала розовой кожей, и, взяв себя руки, приглушённо поздоровался, после чего приступил к делу:
– Капитан Этан Норман, разведка, человеческий отдел. Мне нужна информация о некой зеленокожей анабе, которая присутствовала сегодня на торжестве в честь приезда короля Ил’Дира.
– Причина? – коротко спросила информатор, не отрывая взгляд от полупрозрачного экрана компьютера.
– Она информировала меня об убийстве, которое состоялось сегодня. Пятнадцать минут назад.
Девушка вдруг слегка вздрогнула и внимательно посмотрела на пришельца. Он мысленно выругался – понял, что лёгкая дрожь в голосе выдала все эмоции. Так она теперь вглядывается в его мимику, а раз уж анаба обратила на тебя внимание, ты никак не скроешь то, что чувствуешь в данный момент. Чрезмерно развитая эмпатия у этой расы появилась за счёт особенно чувствительной нервной системы и невероятно высокого эмоционального интеллекта. За подобное восприятие у них отвечал определённый орган – тонкие хрящевые отростки, растущие из шеи, той её части, где она переходит в голову. Внутри кольцеобразных хрящей заключено множество нервных волокон, подходящих к самому кончику отростка, из-за чего анабы легко считывали всё, что происходит вокруг них. Ветерок ли это, прикосновение или эмоция, заставляющая мозг переключаться на определённую волну и уровень функционирования. Норман не выдержал и отвёл взгляд, чувствуя, как горло сжимается противным спазмом. Девушка снова заработала пальцами по голографической клавиатуре и, спустя недолгое молчание, произнесла:
– Вижу. Это Айшия кон Фонг – помощница уполномоченной по правам всех рас Альянса. Она оставила запрос всем службам, чтобы они вызвали её, как только вы появитесь в башне. Вижу, наш ИИ уже сообщил ей о вашем прибытии. Айшия в пути.
Норман кивнул и собрался уйти, как вдруг информатор сказала:
– Соболезную вашему горю.
Она не знала, что Стефано мёртв. Просто не могла знать, потому что смерть людей фиксируется человеческими службами, и, если по каким-то причинам эти сведения нужны другим расам, они посылают запрос в соответствующий департамент. Но анаба чётко определила скорбь, этот лёгкий полутон в голосе и лице капитана, смешавшийся со злостью, растерянностью и горем. Он кивнул, но ничего не ответил и поспешно вышел на парковку. Благо, Айшия не позволила ему остаться наедине с тяжёлыми мыслями – она приехала очень скоро.