Послышался легкий смешок:
— Почему ты так считаешь?
— Потому что слышу голос ангела.
Рионна с трудом приоткрыла глаза, не представляя, что столь незначительное движение причинит такую боль.
— Кили… — выдохнула она. — Ты здесь.
Но Рионна тут же нахмурилась не в силах понять, где находится.
Оглянувшись, она увидела обстановку своей прежней спальни в доме Макдоналдов.
— Да, я здесь. Где еще быть, когда те, кого я люблю, нуждаются во мне?
Кили осторожно села на кровать рядом с Рионной, держа в руке чашу с водой.
— Хочешь пить?
— Куда больше, чем дышать.
Кили снова рассмеялась:
— Не преувеличивай.
Рионна жадно осушила чашу, игнорируя боль, которую вызывало каждое движение. Отдав чашу Кили, она осторожно опустилась на подушки и закрыла глаза в ожидании, пока станет легче.
— Почему я здесь? — прошептала она. Она не хотела задумываться над тем, почему оказалась не в комнате мужа, в комнате, которую они делили с тех пор, как Кэлен унес ее из этой спальни.
Кили положила прохладную руку на лоб Рионны и стала осторожно растирать.
— Я хотела, чтобы ты лежала в комнате без окон. Ты так много дней горела в лихорадке. Из окон сильно дует, а кроме того, здесь нет очага. Нельзя, чтобы огонь слишком сильно тебя согревал. Ты и без того металась в жару.
— Ничего не понимаю, — устало пробормотала Рионна, снова открывая глаза. Кили улыбнулась. — Где Кэлен? — высказала Рионна вопрос, не дававший покоя с тех пор, как она очнулась.
— Еще не проснулся.
Рионна с трудом села, едва не лишившись чувств от огненной боли, полоснувшей спину.
— Сколько я здесь пролежала? — прохрипела она, игнорируя попытки Кили заставить ее лечь.
— Возвращение заняло два дня, а последнюю неделю ты была без сознания.
Паника стиснула горло Рионны. Собравшись с силами, она оттолкнула Кили и вынудила себя встать.
— Где он? — потребовала она ответа, ковыляя к двери.
— Кто — он?
— Рионна, немедленно остановись. — Ты слишком слаба, и лихорадка еще не прошла.
Рионна распахнула дверь:
— Кэлен. Где он?
— В своей комнате, конечно. А теперь вернись. Ради Бога, на тебе одна ночная сорочка!
Но Рионна вырвалась и, шатаясь, поплелась по коридору. Перед дверью Кэлена стоял Гэннон, и он вовсе не обрадовался при виде хозяйки. Видя, что она вот-вот упадет, он ринулся навстречу и успел поймать ее.
— Иисусе сладчайший, миледи. О чем вы только думаете?!
Кили оказалась рядом, как раз когда Рионна пыталась стряхнуть руку Гэннона.
— Прочь с дороги, — прошипела она. — Я желаю видеть мужа.
Глаза Гэннона смягчились, и он обвил ее талию сильной рукой.
— Если я впущу вас, поклянитесь, что позже вернетесь к себе. По правде говоря, выглядите вы как смерть.
— Спасибо, — проворчала Рионна. — Ты мне льстишь.
Кили поджала губы, чтобы скрыть улыбку.
— Я подожду здесь, Рионна. Но через минуту зайду за тобой. И не думай, что не сдержу слова.
— Может потребоваться больше минуты, чтобы убедить моего упрямого мужа не умирать, — отрезала Рионна, входя в дверь.
Кили и Гэннон обменялись недоуменными взглядами, но Рионна уже скрылась. Она едва успела добраться до кровати Кэлена, прежде чем колени подогнулись. Но все-таки успела сесть на край кровати и взглянула на мужа. Лицо было спокойным. Ни морщинки на лбу. Но лежал он так неподвижно, что она испугалась.
Потом ее охватил гнев. Она наклонилась ближе, чтобы он лучше слышал. Во имя Бога, она заставит его услышать.
— Слушай меня, муж, и слушай внимательно! — почти кричала она. — Ты не посмеешь умереть после всего, что я сделала для спасения твоей жалкой шкуры. Такова твоя благодарность? Умереть после всего? Позор, вот что это такое! — Наклонившись еще ниже, она обхватила ладонями его лицо. — Борись, черт бы тебя побрал! Не смей так легко сдаваться! Господь еще не готов принять тебя, потому что я с тобой не покончила. Ты очнешься и произнесешь слова, которых я так долго ждала. Признание в любви, произнесенное на поле битвы, когда мы оба умирали, не считается. Ты скажешь их мне, и скажешь от всего сердца, иначе клянусь похоронить тебя в неосвященной земле, чтобы твоя душа никогда не упокоилась и чтобы твой призрак вечно пребывал со мной в этом доме!
К полному изумлению Рионны, Кэлен открыл глаза и улыбнулся. В ясных зеленых глазах горел огонь любви.
— Я люблю тебя.
Слезы наполнили ее глаза так, что его лицо расплылось. Облегчение было таким полным и сладостным, что она разом обмякла. Он схватил ее и уложил себе на грудь. Она так устала, что не могла поднять головы.