ЮЛИЯ (утирая слёзы). Да, конечно…
Юлия и Дарья открыли клетку, достали гроб, открыли и его, перевернув в вертикальное положение. Внутри находилось тело Алекса Новичкова. Было видно, что труп уже начинал активно гнить – кожа приобрела грязно-зеленоватый оттенок и была сплошь покрыта пятнами.
ГОСОБВИНИТЕЛЬ. Понимаете ли, Ваша честь, когда Алексу была дарована божественность, его тело приобрело, как это сказать… сверхъестественные особенности… До недавнего времени, оно оставалось абсолютно нетронутым никаким разложением, хотя Алекс умер уже довольно давно. Дело в том, что тело, подобно богу, подпитывалось верой и молитвами его сторонников, оно стало этаким живым идолом, на которого не действовали законы природы, а взамен источало Великий Свет, который направлял всех нас и даровал силы идти вперёд. Но когда подсудимый выпустил свою видео-крамолу, тело посчитало, что вера человечества утрачена. Оно перестало источать Свет и начало разлагаться. Причём, никакие техники бальзамирования не смогли здесь помочь, ибо мы имеем дело с силами, неподвластными нашим мирским технологиям. Таким образом, я полагаю, что в действиях подсудимого содержится не только политический экстремизм и государственная измена, но и оскорбление Великой Святыни, которое может поставить нас всех под угрозу…
ЮЛИЯ. Ваша честь! (Юлия стояла на коленях и гладила труп мужа.) Надо же что-то делать! Вы же видите, что происходит! Мы же все можем быть обречены! Ах, Алекс!.. Алекс!.. Где же твой Свет, где же?.. (Она прижала руку плотнее к телу Новичкова.) О!.. Я… Я чувствую его! В нём ещё остались капли Света! О, Господи! Да-да! Я… О-ох! (Подзывает к себе Дарью.) Дочка, иди сюда, я больше не могу!.. Я больше не могу сдержаться!.. (Дарья подползает на коленях к матери, расстёгивает ей блузку и прилипает губами к её соску. Юлия запускает руку себе в трусики, одновременно приспуская брюки, и начинает мастурбировать.) А-ах! Ох! О-да-а-а!.. Нет, доча, не меня!.. (Юлия расстёгивает ширинку на штанах трупа Новичкова, достаёт его член.) Его соси, доча, соси его-о-о!.. (Дарья начинает сосать покрытый трупными пятнами член Новичкова. От гнилостного запаха её рвёт на пол.) Да, вот так! А-а-а-хо-хо-о-о! (Рот трупа приоткрылся, из него начали вытекать жидкообразные фекалии, типа понос.) О, Боже! Не может быть!.. Он… он… он мироточит! Это же чудо! Чудо!!! (Юлия начинает слизывать стекающую массу.) Ах! А-ах! О, господи!.. Я кончаю!.. Я КОНЧА-А-А-А-Ю-Ю-Ю-Ю!!! А-А-А-А-А-А-А-А-А-ХА-А-А-А-А-А-А!!!»
И снова, судом объявляется перерыв. Судебное заседание будет продолжено.
Судебное заседание объявляется продолженным в том же составе.
СУДЬЯ. Похоже, что преступления подсудимого оказались ещё тяжелее, чем мы предполагали. В связи с чем, нами было принято решение пригласить независимого эксперта. Пока мы уходили на перерыв, эксперт успел не только приехать к нам, но и составить подробное заключение, касательно рассматриваемых материалов. Пожалуйста, просим Вас.
ЭКСПЕРТ. Гарик Касперов, 1963 г.р. – шахматист, политик, мастер спорта, чемпион мира, дружелюбное привидение. И знаете, я совершенно не желаю тут находиться, я приехал только дать совет, как вам всем жить, не более.
СУДЬЯ. Нам же Вас представили, как эксперта по всем вопросам.
КАСПЕРОВ. Ха… эксперт… этим званием у нас обычно «награждали» всяких скудоумов… Я не эксперт, я самый обычный человек. Но, так и быть, поделюсь с вами заключением. Виновен. Всё.
СУДЬЯ. А можно поподробнее? Что можете сказать касательно видеоматериала?
КАСПЕРОВ. Да мне не надо смотреть эту чушь, чтобы понять, что он (показывая на экран с подсудимым) виновен. Ну, давайте спросим его самого. (Обращаясь к подсудимому.) Вы сами как считаете, может ли человек, родившийся в стране, которая оккупирует соседние территории, быть невиновным хоть в чём-то?
ПОДСУДИМЫЙ. Вы это серьёзно сейчас? Может, тогда поговорим о вашей исторической родине и о Голанских высотах?
КАСПЕРОВ (улыбаясь). Молодой человек, я пришёл сюда не на политические дебаты. Уж кабы знал, подготовился бы. (Усмехается.) Я прожил долгую жизнь, и кой-чего да понимаю. Имею, так сказать, житейский опыт. И побогаче Вашего. Может, я и не расскажу Вам ничего про Голанские высоты, зато оч-чень много чего могу рассказать про голландские штурвалы. (Обращаясь к двум помощникам гособвинителя.) Вы позволите?