Ребекка вышла из машины и бок о бок с Джейком направилась к дому.
Лоррейн Гриффин пристально смотрела на них из-за прозрачной двери, но открывать не спешила.
Как и Дорис Джордан, эта женщина потеряла мужа и единственного ребенка. Как и Дорис, она была высокого роста и примерно тех же лет. В остальном они были похожи не больше, чем их дома.
Мать Джейнел Гриффин была крупного сложения, ширококостной, и даже если б ей удалось сбросить лишние полсотни фунтов, все равно она бы не превратилась в тростинку. Седеющие волосы стянуты на затылке в строгий пучок, на длинном лице застыло неприступное уныние. Коричневое платье незамысловатого фасона удачно завершало эту картину.
— Миссис Гриффин?
Женщина коротко кивнула.
— Я — Джейк Торнтон, а это — Ребекка Паттерсон. Это я звонил вам примерно полчаса назад.
Лоррейн Гриффин молча оглядела Ребекку с ног до головы, и та мысленно поежилась, осознав вдруг, как откровенно и вызывающе выглядит ее белый летний сарафанчик, еще утром казавшийся таким скромным.
Боже, только бы эта ханжа и впрямь не оказалась ее бабушкой!
— Это вы ищете своих родителей?
— Да, я.
— Тогда не понимаю, с какой стати я вам понадобилась. Хотите обвинить мою Джейнел в том, что она путалась с мужчиной? Моя дочь была хорошей, благонравной девочкой. Каждое воскресенье ходила в церковь, не то что некоторые.
— Миссис Гриффин, мы ни в чем не обвиняем вашу дочь, — заверил Джейк. — И всякая информация, которую вы сообщите нам о ней или о других людях, будет считаться строго конфиденциальной.
— Я не сплетница.
— Понимаю. Мы и не хотим никому создавать проблем. Моя клиентка просто хочет отыскать свою мать по причинам медицинского свойства.
Лоррейн нацепила на нос очки, которые висели на цепочке у нее на груди, и пристально оглядела Ребекку.
— Вид у нее и впрямь нездоровый. Что это за болезнь?
«Не глухота!» — захотелось крикнуть Ребекке, но вместо этого она ровно сказала:
— Так, ничего серьезного.
— Можно нам войти? — спросил Джейк.
— А она не заразна?
— Нет. Не заразна.
Боже мой, подумала Ребекка, и эта женщина — вдова священника?! Остается лишь надеяться, что муж миссис Гриффин был куда милосерднее, чем она сама.
Лоррейн Гриффин открыла дверь, пропуская их в дом.
И снова Ребекка не смогла удержаться от сравнений. Обстановка в доме была той же эпохи, что и у Дорис, но на этом всякое сходство кончалось. Перед коричневым плюшевым диваном стоял кофейный столик — ровно посередине, ни на миллиметр левее или правее — и точно в центре его стояла ваза с золотистыми пластмассовыми цветами, под цвет ковра. По обе стороны от дивана помещались столики поменьше — на них красовались совершенно одинаковые лампы с абажурами. Все здесь было точно, размеренно, строго и аккуратно. И уж наверняка в посудном шкафчике Лоррейн Гриффин не найдешь разномастных тарелок, буйно расписанных садовыми цветами.
— Присаживайтесь. Хотите что-нибудь выпить?
Неистребимое техасское гостеприимство… Но как же недостает в нем техасской теплоты!
— Нет, спасибо, — тотчас отозвалась Ребекка.
— Спасибо, — повторил Джейк, — не стоит. Мы сытно позавтракали.
Они устроились на коричневом диване, а Лоррейн уселась в обитое таким же плюшем кресло, примерно скрестив отекшие лодыжки. Хотя в окне непрерывно мурлыкал кондиционер, сохраняя искусственную прохладу, в комнате было трудно дышать и слегка пованивало каким-то химикатом — пестицидом, что ли? Хотя какая букашка осмелилась бы вторгнуться в незыблемое царство безупречной Лоррейн Гриффин?
— Как долго ваша дочь встречалась с Чарльзом Мортоном?
Лоррейн помрачнела.
— У моей дочери не было и не могло быть ничего общего с этим сыном Сатаны! Кто сказал вам такую чушь?
Ребекка от всего сердца пожалела покойную Джейнел Гриффин. Нелегко, должно быть, иметь такую мать!
— Всякое болтают, — уклончиво ответил Джейк.
— Это ложь!
— Разумеется, — тотчас согласился он. — Я это понимаю, но мне ведь приходится проверять каждую версию. И сдается мне, что такой удачливый ловкач без труда сумел бы втереться в доверие невинной и простодушной девушки — такой, например, как ваша дочь.
Лоррейн вздохнула, и в ее блеклых глазах мелькнула печаль, смешанная с досадой.
— Да, она и вправду была невинна. Не от мира сего. Понимаете, отец ее был священником, и ей казалось, что весь мир похож на нашу церковь. Она попросту не знала, что такое зло.
— И как же тяжко далось ей в конце концов это знание, — вполголоса заметил Джейк, и Ребекка затаила дыхание, гадая, попадется ли миссис Гриффин в эту незатейливую ловушку.