Молодой лорд Фарделл смотрел Элизабет прямо в глаза, а она слушала своего брата и не узнавала в нем того повесу, которым он был ранее. Это слова мужчины, но не мальчика. Всего тринадцать лет, пусть почти четырнадцать, но он уже взрослый. Что же делать в такой ситуации?
− Придется рассказать все отцу, Дарелл. Может, он поможет решить эту проблему, − Лиззи хитро посмотрела на брата, − ну, или выбьет из твоей головы всю дурь!
− Ах, ты, птичка-невеличка! – крикнул Дарелл и бросился за сестрой, которая уже выбегала из сада, смеясь.
23.
Лорд Карлайл так и застыл с открытым ртом, когда увидел раскрасневшуюся жену, выбегающую из сада. Энтони не стал искать их с братом внутри, давая возможность поговорить им наедине. Он-то думал, что разговор более чем серьезен, и вдруг они выбегают из сада один за другим, смеющиеся.
− Что происходит? Что все это значит? – повысив голос, потребовал он ответа.
− А, ничего! Просто нам нужно все сообщить отцу, − проговорила Элизабет, отдышавшись.
− Зачем ты бегаешь, Лиззи? Ты же ждешь ребенка! – лицо Энтони приобрело озабоченное выражение.
− Не переживай, я аккуратно, − отмахнулась Элизабет.
− Больше не оставлю тебя одну! А зачем сообщать лорду Фарделлу?
− Ну, кажется, у нас все-таки намечается свадьба, дорогой. Дарелл искренне любит нашу Мару, а она любит его, и от своего не отступит…
− Это она так сказала? – перебил сестру Дарелл.
− Ну да, что-то вроде того… − пробормотала Лиззи и с запозданием сообразила, что сболтнула лишнее. Однако лорд Карлайл был серьезен:
− Хорошо, давай поговорим с лордом Фарделлом. Но Макгроув должен присутствовать при разговоре. Он тоже не последний человек в жизни моей сестры. Только все это после праздника.
Энтони повернулся к Дареллу и строго спросил:
− Ты сможешь держать себя в руках, Дарелл? Ведь Мара моя сестра и еще очень мала.
Молодой лорд Фарделл даже обиделся на такое замечание о сдержанности. Он посмотрел на Энтони долгим взглядом, потом развернулся и пошел прочь.
Праздник прошел, как обычно он проходит в землях Фарделлов. Только турнир был не на лошадях, а пеший. И дрались воины не на пиках, а на мечах, тупых и с закругленными концами. Победитель тот, кто дольше всех удержится на ногах и не упадет. Дарелл снова выбрал своей дамой сердца Мару. На этот раз девушка припасла ленту для своего воина. А Адриану в сердце запала служанка Анна, которая, признаться, с нетерпением ждала начала турнира, чтобы взглянуть на воина из замка Кардонис.
Вечером, когда праздник утих, Элизабет подошла к отцу и попросила поговорить с ним в зале. Когда они вошли в зал, там их уже ждали лорд Карлайл, его верный Макгроув, Дарелл и маленькая сестренка Энтони Мара.
Лорду Фарделлу рассказали о сложившейся ситуации. Он не перебивал, только бросал укоризненные взгляды на сына. Выслушав всю историю до конца, Фредерик Фарделл задумался. Думал он долго, но все терпеливо ждали ответа и, возможно, выхода из сложившейся ситуации.
Мара обеспокоенно посматривала на Дарелла, а тот ей ободряюще улыбался. Наконец, лорд Фарделл кашлянул, привлекая всеобщее внимание, и произнес:
− Лорд Карлайл, Энтони, твоя сестра настолько смела и безрассудна, что решилась пробраться в спальню к мужчине, которого она себе выбрала. Не думаю, что расстояние между нашими замками также однажды удержит ее, и она будет время от времени наведываться сюда, как бы ты ни следил за ней.
Мара покраснела и опустила голову. Ей теперь известна дорога в замок Дримстоун, и ее посещала мысль о том, что можно будет тайком навещать любимого. Тем временем, лорд Фарделл продолжал:
− Во избежание позора на твою семью, Энтони, я предлагаю обручить моего сына и твою сестру Мару.
− Обручить?
− Как это?
− Что это значит?
Все заговорили в один голос, а потому в зале поднялся шум, который привлек и леди Говеру. Она вместе со своей служанкой спустилась в зал, но остановилась возле дверей.
Хозяин замка поднял вверх руку, призывая к тишине. Когда в зале стихло, он пояснил:
− В некоторых странах, прежде чем пожениться, люди исполняют обряд обручения. Это как наш сговор, но обручившиеся считаются практически мужем и женой. Они могут встречаться друг с другом, не опасаясь пересудов людей. Но должны блюсти целомудрие до официального брака.
Дарелл застонал:
− Как же мне это удастся, если Мара прекрасна, как только что распустившаяся роза?!