Повернув голову, он увидел, как по щеке Габри скатилась одинокая слеза.
Собрав силы, Инго отогнал страшные мысли и встал на ноги. Глубоко вздохнув, он очистил сознание, как этому его учила Геката, и «подавил» волю. Как ни странно, но это подействовало. Он больше не чувствовал угрызений совести, и дышать стало гораздо легче. Он даже перестал ощущать холод.
— Успокоился? — спросил Публий, который стоял у трещины.
— Да. — сказал Инго, и решительно перешагнул через разбитое стекло.
Как и ожидалось, у храма было всего одно помещение. Это был огромных размеров зал, освещаемый лишь одной свечой, которая горела на подставке прямо посередине помещения. Свеча источала именно то голубовато-зеленое свечение, которым был окутан весь Лимб. Но при этом Инго почувствовал, что от нее исходит не тепло, а холод. Вопреки его ожиданиям, отделка внутри храма все же была. Пол был выложен малахитовой плиткой, а несколько белых колонн поддерживали куполообразный потолок с изображенным на нем вознесением Зулу и Силестии. Стены же были сделаны из стекла, и на них висели ободранные алые шторы, которые были все в пыли и больше походили на рваные тряпки. Большую же часть пространства в зале занимал прямоугольный алтарь, который был четыре метра в высоту и около сорока в ширину. Он был сделан из белого камня, и так же, как и каменные дома в городе, украшен фресками странных существ. На нем, словно блюда на праздничном столе, лежали несколько десятков людей. Две трети из них были одеты в красные рясы с капюшоном на голове. От их шеи и рук тянулись длинные цепи, которые были соединены с шеей плакальщиц. Самих же плакальщиц на алтаре было семнадцать штук. Все женщины в белых повязках и венками роз на голове лежали в разных позах, но объединяло их то, что все они беспрестанно рыдали. Их горестный плачь разносился по стенам храма, отскакивая от холодных стен и растворяясь в воздухе печальным эхом. Осмотревшись, Инго увидел, что плакальщицы были не только на алтаре. Еще несколько десятков женщин бесцельно бродили по храму, волоча за собой несколько серебряных гирь, ветку дерева, кусок кожи и светящийся фонарь. Некоторые, помимо этого, волочили за собой уже мертвых палачей.
Показав жестом чтобы следовали за ним, Публий повел их в другой конец зала. Там, среди рваных штор, виднелась уже настоящая дверь. Быстро дойдя до нее, они открыли узорчатые створки, и вышли на улицу.
— Фу-у-у-у-ух. — выдохнул Публий. — Ну и денек. Нужно будет потребовать у Делроя больше, чем триста тысяч.
Пока он говорил, Инго успел осмотреться. Это был задний двор с большой ямой посередине. Она была похожа на какую-то воронку, или даже нору. За ямой уже начиналась стена города. Но внимание Инго привлекли тысячи свертков ткани, которые были разбросаны по краям ямы. Присмотревшись, он понял, что это были трупы палачей и узников. Их просто сваливали тут, словно мусор. Их было так много, что земли под ними уже не было видно.
— Нам нужно спуститься вниз? — спросила Габри, глядя в черную воронку.
— Наверно. Дальше этого места я не ходил. — ответил Публий, и поплелся вниз, шагая прямо по трупам.
Пройдя несколько сотен метров вниз, они дошли до каменной двери, которая была почти вся завалена трупами. Расчистив проход, они с трудом открыли каменные створки. В ту же секунду, им в лица ударил поток теплого воздуха. Зайдя внутрь, Инго увидел спуск, который спиралью уходил вниз. Лестница была сделана из камня, а вот стены были земляные. Через каждые пять ступенек в стенах были проделаны маленькие окошки, в которых стояли вечные свечи. Такие свечи не гаснут даже спустя тысячелетия. Но вот что странно, насколько Инго знал, вечные свечи были атрибутом одного из Владык, которым начали поклоняться около двух тысяч лет назад, но этим катакомбам было явно больше двух тысячелетий. Откуда тогда свечи? Но его спутников, похоже, мало интересовал этот факт. Публий спокойно спускался вниз, а Габри оттирала грязь с лица, глядя в разбитое стекло, которое держала в руках.
Скоро они достигли дна, и перед ними открылся туннель из корней и земли. Он немного напоминал туннели под Вестеркловом, но тут корней было намного больше. Кроме того, повсюду были разбросаны надгробия. Они валялись целыми кучами, небрежно наваленные друг на друга вдоль стен. На некоторых из них тоже были поставлены свечки.
— Ну и где эти саркофаги? — спросил Инго, оглядывая туннель.
— Ты у меня спрашиваешь? — спросил Публий. — Я ведь сказал, что никогда тут не бывал. Я только слышал, что они могут тут быть. Может в конце туннеля?