В этот момент Шамси открыл глаза и как ни в чем не бывало поднялся на ноги.
— Где я? — спросил он, осматривая комнату.
— Мы в Каркастле, мастер.
— Уже?! — удивился гроссмейстер. — Отлично…а…это кто? — он посмотрел на целителей.
— Лучшие целители. — ответила Шани.
— А я вроде не болен. — сказал Шамси и посмотрел на целителей. — Можете идти.
Раскланявшись, священники вышли из комнаты.
— Мастер, вы что же, ничего не помните? — обеспокоенно спросила Шани.
— Не помню? А что я должен помнить? Хотя… — взгляд гроссмейстера на секунду стал стеклянным, а затем, дернувшись, он воскликнул: — Где они?!
— К-кто? — перепугано спросила Шани.
— М-муравьи! Муравьи! — заорал Шамси.
— Муравьи? — переспросила Шани.
Инго с Широ переглянулись.
— ГДЕ ЭТИ ЧЕРТОВЫ НАСЕКОМЫЕ?! ОНИ ВЫЛУПИЛИСЬ, А ЗАТЕМ НАПАЛИ НА МЕНЯ!
— О чем вы, мастер Шамси? Тут нет никаких муравь…
— ЗАТКНИСЬ, ДУРА! — проорал толстяк. — У ТЕБЯ ЧТО, СОВСЕМ КРЫША ПОЕХАЛА? И ОТДАЙ ИМ НАКОНЕЦ ЭТИХ ЧЕРТОВЫХ ГОРГОН!
Произнеся свою речь, гроссмейстер откинулся на подушки, и захрапел.
В комнате повисла гробовая тишина, если не считать, конечно, храпение Шамси.
— М-муравьи? — снова повторила Шани. — Какие еще муравьи?
— Скорее всего господин говорит про «трупных миног». — сказал Чжао. — Это насекомые, которые очень похожи на муравьев. Они откладывают яйца в трупах, и когда вылупляются, то могут сразу же напасть на жертву. Когда мы ехали, я видел один труп у дороги. Наверно тогда одна из миног и забралась в карету, а когда ужалила господина, то тот потерял сознание и упал.
— Да, я тоже про них слышала. — кивнула Калма.
— Миноги? — удивленно проговорила Шани. — А они разве водятся в Тирне?
— Наверно перебрались на телах перелетных птиц. — сказал Чжао.
— А они не опасны? — спросила Габри. Похоже, она, как и остальные, приняла бред Шамси за чистую монету.
— Их яд вызывает небольшой оттек. — Шани перевела взгляд на синяк под глазом гроссмейстера, на котором отчетливо прорисовывался след от кулака. — Но он не смертелен. Ох, как же я рада что все обошлось. — вздохнула она с облегчением.
— Эм…тогда может быть вы нам отдадите горгон? — спросил Харон.
— Да. Да, конечно. — сказала Шани, вставая со стула.
Когда они вышли на улицу, то встретили у ворот Изобу. Тот все еще пошатывался, и совсем не замечал, что один из его мечей волочился за ним по земле.
— Ты где был? — спросила Шани.
Изоба начал мычать и что-то показывать жестами.
— Серые удильщики? — спросила Шани. — Тогда это все объясняет.
Изоба снова что-то показал на пальцах.
— Нет. Широяма-сама спасла мастера. — ответила Шани. — Он сейчас в комнате дьякона. Иди и глаз с него не спускай.
Кивнув, Изоба направился к храму.
— А кто будет сопровождать вас дальше? — спросила Габри, когда они поднялись на внешнюю улицу
— Я наняла отряд драгунов. Они сопроводят нас до Лимминг Мун.
Усевшись в карету, они направились в другой конец моста. Из-за того, что на внешней улице было мало народу, их путь не занял много времени, и через двадцать минут они уже проехали весь мост.
Покинув повозку, Инго увидел большое поле, на котором раскинулись десятки ипподромов и конюшен. Сотни всадников разъезжали туда-сюда на своих породистых скакунах, отражая заходящее солнце своими блестящими доспехами. Воздух же был наполнен запахом сена и гнилой травы.
— Нам нужны четвертые стойла. — проговорила Шани, вертя головой. — Вон они.
Она указала на стойла, которые отличались от других тем, что были сделаны из белого камня, и больше походили на маленькие соборы, со своими завивающимися колоннами. Вход в них был закрыт железными воротами.
Дойдя до конюшен, Шани остановилась и стала шарить в складках своей паранджи. Через пару секунд у нее в руках оказался маленький ключ. Вставив его в замок, Шани открыла ворота. Внутри оказалось одно большое помещение, похожее на храмовый зал. Но Инго не смог все хорошенько осмотреть, так как в этот же миг стены конюшен озарила яркая вспышка, за которой последовал пронзительный вой горгоны. Звук был необычный, с оттенками грома и металла. Протерев глаза, Инго наконец увидел этих необычных животных.
Десять горгон белого цвета, стояли, прикованные стальными цепями к внутренним колоннам зала. От обычных горгон их отличало то, что у них были роскошные, синие гривы, которые колыхались в воздухе, словно находились под водой. Еще на теле каждого животного были широкие «трещины», через которые струились молнии. Вели они себя тоже не как обычные горгоны. Поднявшись, они прыгали из стороны в сторону, будто горные козлы.