Юлиус перевел взгляд на Ури.
— Капеллан. Кто бы мог подумать, а?
— Ты знаешь его? — поинтересовался Инго.
— Слышал. — вздохнул Юлиус, садясь прямо на траву. — Он был великим капелланом. Лучшим, среди храмовников.
— Тогда почему он живет в лесу?
— Его отлучили от церкви. Я не знаю почему. — тут же прибавил Юлиус. — Вроде он совершил какой-то страшный грех.
Инго задумался. Какой же должен был быть грех, чтобы церковь отлучила лучшего храмовника в империи? Но мысли Инго прервала маленькая девочка, которая подбежала к Юлиусу и обняла его. Вместе с ней подошла и высокая женщина, с прямыми черными волосами, как и у Инго.
— Это же… — Инго указал на девочку.
— Да, это моя дочь, Дора. А с Линнет ты уже знаком. — проговорил громовержец.
— Дора хотела посмотреть на настоящего богорожденного. — сказала Линнет.
— Вы же должны быть в старых городах. — удивился Инго.
— Жены должны быть со своими мужьями. — услышал Инго еще один знакомый голос. Он принадлежал Берте, жене Харона. — Опять этот хряк нажрался! — сказала она, грозно глянув на развалившегося мужа.
— Берта! Бееее-рта! Берточка! — простонал Харон, увидев свою жену.
— Пока не проспишься, можешь не приходить домой! — рявкнула Берта. — Ури! Ты то что сидишь?! Друг называется! Этот свинтус опять напился, а он и в ус не дует!
Но Ури лишь улыбнулся и поднес свой указательный палец ко лбу Харона. На мгновение тот озарился теплым, золотым светом. А еще через секунду взгляд Харона перестал быть туманным. Встав, он поднял свою ладонь к лицу, и поводил ей из стороны в сторону, словно проверяя зрение. Затем пожав плечами, снова приложился к бутылке.
— Я тебе попью! Я сейчас тебе так попью! — загрохотала Берта, схватив первый попавшийся стул.
— Берта! Стой! Я же трезвый, смотри! — Харон стал приплясывать на месте, но тут же перестал, когда стул полетел в его голову. — Да я серьезно!
— Ну а ты? — спросила Линнет, взглянув на Инго.
— Что «я»? — непонимающе переспросил Инго.
— Юли сказал, что ты встречаешься с Габри. У вас все серьезно?
«И эта туда же!» — подумал Инго. Теперь понятно, что у этой семейки общего. Ну не может он иметь жену. Как он может на ком-нибудь жениться, если он бесплоден? Какой прок?
— Я…я считаю, пока мы не победим Анастериана, об отношениях лучше не думать. — сказал Инго.
— Да ладно тебе. — хлопнул его по спине Юлиус. — Как раз сейчас самое время. Кто знает, что будет завтра.
— Юли! — укоризненно воскликнула Линнет.
— А что? Все правильно.
— Да, но…
Инго махнул рукой на их перепалку, и встав, направился вдоль озера. Как и положено в этот день, по воде плавали сотни венков из полевых цветов и колосьев пшеницы. Со всех сторон доносились радостные крики и звуки музыки. Никсы хоть и выглядели как дикари, порой удивляли Инго своими «тонкими» натурами. Вот и сейчас он удивился тому, что над водой разносятся не тяжелые звуки барабанов и рогов, а легкие трели флейт и цитр. Кто-то купался в озере, хотя вода в это время года уже была ледяной. А кто-то придавался любовным утехам прямо под столами.
— Эй, Инго! — раздался совсем рядом голос Гантэра. Лидер повстанцев сидел на поляне в окружении своей свиты. — Давай к нам!
Подойдя к компании, Инго увидел несколько шаманов и вождей никсов. Из знакомых ему людей тут были только Гантэр и Хаган.
— Вот. Это про него я вам рассказывал. — проговорил Гантэр, обращаясь к одному из вождей.
— Да. Я видел его в яме. Хороший воин. — сказал никс.
— Еще бы. Завалил одного из «дланей». — сказал лидер. — А сейчас к нам еще и капеллан прибавился. Эх, размажем мы Анастериана.
— А еще эта девка. Из Белланимы. — вставил Хаган.
— Зезиро. — напомнил Инго.
— Да. Тоже сильная. — кивнул Гантэр.
— Может не будем сейчас о войне? — попросил совсем еще молодой никс, который уже имел татуировки вождя.
— Не о войне, так не о войне. — сказал Хаган, откидываясь назад. — Хороший праздник. Жаль Феликса тут нет. Он бы еще сильнее растормошил тут всех.
— Да. Жаль… — протянул Гантэр.
— Уже не первый раз слышу это имя. — сказал Инго. — Кто это?
— Феликс-то? — Гантэр с улыбкой переглянулся с Хаганом. — Наш старый друг. Тоже повстанец. После нашего разгрома, он направился на юг, в старые города. Говорил, что приведет лучших воинов. Сначала от него приходили вести, но потом он пропал. Ни слуху, ни духу.
— Он написал, что нашел какую-то деревню, рядом с Армой. — продолжил за Гантэра Хаган. — Написал, что там живут отличные воины. А в следующем письме написал, что отправляется в Самсонскую пустыню. Тогда и пропал.