— У нас также охотятся имперские сокольники. Но на севере презирают такой вид охоты. — сказал Гантэр, покосившись на вождя, который так и не поменял свое недовольное выражение лица. — Они любят все делать сами.
— Я тоже один раз была на охоте. — похвасталась Габри. — Отец взял меня, когда мне было девять.
— И как? Веселее чем сейчас? — спросила Мавис.
— Ну… — похоже, Габри не хотела высказывать свое недовольство. — Мы ведь еще не дошли до нужного места, так?
— Пап, а почему этот старикан не оставил свою горгону? — шепотом спросила Мавис, так, чтобы только Гантэр с Инго смогли ее услышать.
Под «стариканом» она имела в виду вождя. Лишь он один не оставил свое средство передвижения, и сейчас гордо восседал на своей горгоне. К слову, у той не было намордника, и она уже успела задрать нескольких мелких зверушек.
— Ему можно. — ответил Гантэр.
Инго так и не понял, что имел в виду Гантэр. Да и вообще, он не понимал, почему они оставили лошадей. Ведь на них гораздо легче догонять убегающее стадо.
— А армариек зачем взял? — спросил Инго, покосившись на женщин. Те, похоже, тоже не горели желанием участвовать в этой охоте.
— Я же тебе объяснял. Никсы в первую очередь охотники. Они уважают тех, кто готов пойти с ними за добычей. Чем лучше ты охотишься — тем больше уважения. А нам необходимо чтобы их уважали. Армарийки должны обучать их военному ремеслу. А никсы не станут слушать того, кого они не уважают.
— Ты тоже с ними охотился? — спросил Инго, уже зная ответ.
— Конечно. — тут же ответил Гантэр. — Но иногда я помогал им разбираться с племенами «побитых».
— Так они правда существуют? «Побитые». — удивилась Габри.
— А то!
— А какие они? — с интересом спросила Мавис.
— «Какие»? — Гантэр ненадолго задумался. — Ну… будто из самой преисподней. Лучше не вдаваться в подробности, а то потом не уснешь. — наконец проговорил он.
— А я хочу узнать! Мне, если что, двадцать четыре! — возмутилась Мавис.
— Уже?! — удивленно воскликнул Гантэр.
— Да, уже. Так что давай, выкладывай. — сказала Мавис.
— Ну ладно. — ехидно проговорил Гантэр. — Начну с того, что они не голые. В горах довольно холодно, поэтому они надевают кожу людей, которых убили. А еще носят ожерелья из причиндалов своих жертв. Они насаживают людей на колья, и пока те стонут в агонии, таскают их…
— Все! Хватит. Я поняла. — не выдержала Мавис.
Но не только ей рассказ Гантэра показался через чур кровавым. Габри выглядела так, будто ее вот-вот стошнит.
— «Битые» не очень опасны. — проговорил вождь, услышав их разговор. — Если сильный, то можно убить их.
— Тогда почему тебя просили разобраться с ними? — спросил Инго посмотрев на Гантэра.
— Не все племена никсов могут постоять за себя. К тому же «побитые» обычно нападают ночью. В основном на детей и стариков. Хотя, в последние годы они стали намного кровожадней.
— А как же хранитель севера? Он ведь должен защищать людей. — вставила Габри.
— Да ему нет никакого дела до них. — сказал Гантэр. — Сидит в городе, да наслаждается жизнью.
— А кто там, кстати, хранитель? — спросил Инго. Он не сильно интересовался политикой, поэтому не знал кто сейчас заправляет на юге и севере империи.
— Дарио де Лино. Мерзкий тип. Его семья владеет Каменным банком и ведет дела с Тенебрисами. Странно, что его вообще выбрали в хранители, он же толще Жака. — с презрением сказал Гантэр.
Инго так и не удалось представить себе человека, который может быть толще той туши, именовавшей себя пиратом.
— Если бы не капитан стражи, Неро ла Торе, то Поларвейн погряз бы в разрухе. — продолжил Гантэр.
Прошагав еще около километра, они остановились. Вокруг плотно росли деревья, и было непонятно, как тут может пробежать табун лошадей.
— Почему мы остановились? — спросил Инго.
— Ритуалы. — многозначительно протянул Гантэр, с тенью насмешки.
Никсы стали разводить костер и бросать в огонь какие-то травы, принесенные с собой. Делали они это молча, и лишь горгона время от времени издавала недовольное рычание. Вскоре никсы стали доставать из-за пазухи костяные ножи, и делать себе надрезы на руках и ногах.
— Король Бог смотрит на нас сегодня через своего сына! — воскликнул вождь, указав пальцем на Инго. Взгляды всех присутствующих тут же устремились на него. — Покажите себя ему, и когда придет день, он узнает вас!
Сказав это, вождь подошел к Инго и вперился взглядом прямо ему в глаза. То же стали проделывать и другие никсы.
— Ахлф! — резко крикнул вождь.