— Господин Харон, вы все-таки решили вернуться в лагерь? — спросила Шани, глядя на громовержца, который направился в сторону другой кареты.
— Да. Еще нужно рассказать Жаку, что мы не смогли выкупить рабов. Да и Гантэру нужно сказать, что мы поедем в Белланиму. — ответил Харон.
— Тогда мы будем ждать вас в доме госпожи Мед. Вы знаете, где это?
— Еще бы я не знал эту старую кошелку. — пробубнил себе в бороду Харон.
Попрощавшись с Хароном, они уселись в экипаж, который только что подъехал к дверям таверны. На таких каретах Инго еще не ездил. Она была чуть длиннее, чем обычная карета, и внутри сиденья располагались со всех сторон. А на месте кучера была служанка.
Амар первым запрыгнул внутрь, а затем начал учтиво подавать всем дамам руку. Последним зашел Изоба и закрыл за собой дверь.
— Вы можете быть свободны. — проговорила Шани, обращаясь через открытое окно к белланийцам.
Как только карета тронулась, Инго решил задать вопрос, который мучал его последние несколько минут:
— А кто эта Мед такая?
— Она заправляет северным рынком. — ответила Габри.
— И еще детскими приютами в церкви Шести. — вставила Шани.
— А она знает кем на самом деле являются Калма и Чжао?
— Скорее всего. Мы ей, конечно, не говорили. Она должна думать, что это просто гости императора. Но… — Амар сделал многозначительную паузу. — …госпожа Мед всегда была излишне любопытна. Может уже и узнала. Но она все равно об этом не скажет.
— Нужно подумать, как вас замаскировать. — проговорила Шани, направившись к небольшому сундуку, который Инго сначала принял за сиденье.
Открыв его, она достала несколько тряпок.
— Вот, оденьте пока что это. — сказала она, вручая тряпки ему, Габри и Широ.
Взяв кусок ткани, который ему протянула Шани, Инго увидел, что это была тряпичная маска, такая же, как и у самой Шани.
— А зачем нам вообще ждать, когда прибудут вещи этих…хм…людей? — спросил Инго.
— В основном, конечно, для вида. — ответила Шани. — Будет очень странно, если королевские особы, которые прибыли на прием к императору, поедут к нему без каких-либо вещей.
После нескольких часов езды, Инго уже стал замечать знакомые места, где он бывал в детстве. Значит они почти подъехали к городу.
— Вы говорили, что к вам должна присоединиться госпожа Мавис. — проговорила Шани. — Вы знаете, где она может быть? Тогда я бы могла послать за ней Изобу.
— Эмм…нет, мы сами ее разыщем. — сказал Инго. Из слов Шани выходило, что она не знает про подземелья. Эта мысль обрадовала Инго, так как он думал, что эта женщина осведомлена обо всем.
— Если вы не возражаете, госпожа Шани, позвольте мне утрясти все дела с банком? — спросил Амар, выпуская струйку дыма в открытое окно.
— Не возражаю. — ответила Шани, передавая Амару сверток с печатью.
Через полчаса они подъехали к стенам города. За два месяца Инго и забыл насколько тот большой. Даже тридцатиметроваястена не могла скрыть выступающие ярусы и огромную белую башню громовержцев, которая, словно копье, пробивала небосвод и терялась в облаках.
У ворот их встретили несколько стражников.
— Амар? — проговорил один из стражников, засовывая свое щетинистое лицо в карету. — Нечасто тебя здесь увидишь.
— У меня дела. — сухо ответил коротышка.
— Может ты еще не знаешь, но в городе введен комендантский час. — сказал стражник, осматривая остальных пассажиров. — После девяти часов по улицам запрещено передвигаться группами по три и более человек.
— Знаю. — тут же ответил Амар.
— А ты знаешь какой сейчас час? — не унимался стражник.
— Я думаю, мы сможем отодвинуть стрелки на несколько часов назад. — проговорила Шани, протягивая охраннику горсть золотых монет.
— Нет — нет-нет. — запротестовал Амар, вставая между золотом и железной перчаткой стражника, которая уже успела протиснуться в окошко. — Я сам заплачу. Вы же как-никак моя гостья.
Сказав это, Амар стал шарить в карманах, а затем достал несколько золотых монет. По количеству их было меньше, но то были золотые «тортамы», и ценность одной монетки была как у двадцати обычных золотых «инфантов». Забрав золото, стражник поспешил обратно к воротам.