Между тем мужчин пригласили усесться на долгую лавку, стоящую вдоль окон и стали рассказывать и показывать какая она мастерица будет. Целый день женщины украшали избу, развешивая вышитые ее рукой полотенца и сарафаны. Пошитые отцу и братьям рубахи. Плетенные салфетки и дорожки, которые сейчас застилали деревянный пол избы. Слава, смущенно переминалась с ноги на ногу, под пристальным взглядом степняка. Его, казалось не интересовало то, что свахи им показывали. Это с интересом рассматривали его спутники. Он же не сводил глаз с неё. Слава старательно отводила взгляд в сторону, не желая смотреть на его лицо.
— А еще наша Славушка умело пуговки делает. И из ткани, и из кости. Вот смотрите, на ее наряде пуговки ее ручкой сделаны.
Слава чуть не застонала, когда все мужские взгляды обратились на неё. От ее лица скользнули вниз, к ее шее. Рассматривая и изучая. Растерянно она отступила на шаг, вскинув руки вверх и встречая взгляд Искро. В нем словно что-то вспыхнуло, и мужчина поднялся, медленно подойдя к девушке и встав между ней и остальными. Слегка склонил голову, словно рассматривая вишнёвые пуговки на горловине ее рубахи. Слава растерянно смотрела на него, невольно вспомнив, что и той ночью, он точно так же встал между ней и Гостомыслом, закрывая ее от его взгляда.
— А еще Славушка отлично готовит, — продолжили свахи нахваливать ее, — и блины у нее тонкие ажурные получаются и лепешки ароматные. А из репы столько блюд наготовит разнообразных! И травки лесные знает. Любую хворь прогнать сможет.
— Я же говорил, — тихо произнес мужчина одними губами, так, чтобы услышала только она, — древесница-чаровница.
Слава дернулась и уже хотела что-то ответить, на его наглое замечание, но заметила, как он легко качнул головой и приложил палец к губам, покосившись в сторону долгой лавки, на которой удобно расположились и его товарищи и ее соседи. Она посмотрела на радостных гостей и сникла. Да, он прав. Не стоит при них ругаться.
Вскоре наступило время звать гостей за стол. Ее усадили рядом с Искро, во главе стола. С одной стороны — его товарищи, с другой — ее отец, братья и сестрицы. Далее расселись все остальные, пришедшие на смотрины. Слава понуро сидела, изредка бросая взгляды вокруг. Есть ей совсем не хотелось. Она желала, чтобы все поскорее закончилось. Тогда можно было бы сбежать к Усладу. Ведь, уже скоро как седмицу, в поле стадо пасёт, ведать не ведает, что ее другому отдать хотят. Девушка с тоской посмотрела в тёмное окно. Стемнело. Сегодня уже не свидеться с милым. Придется другого времени ждать. Она отвернулась от окна и наткнулась на немигающий взгляд Искро. Тот несколько долгих секунд смотрел на нее, а потом медленно перевёл взгляд на окно. Слава стиснула кулаки. Почему у нее такое ощущение, что он обо всем догадался?
— Ну коли все сватов устроило, — заговорила баба Марфа, — то завтра на сговор ждем.
— Нет! — неожиданно даже для самой себя Слава вскочила, сердито переводя взгляд с удивленно — изумленных лиц гостей на гневное, покрасневшее лицо отца, не менее сердитые лица братьев и растерянные лица сестриц.
— Всеслава! — отец так громыхнул ладонью по столу, что посуда зазвенела. Грозно поднявшись, он уперся кулаками в столешницу и склонился к ней. Девушка невольно отпрянула назад, но в то же мгновение взяв себя в руки смело посмотрела в лицо родителя.
— Я… Я к тому, что мои смотрины прошли. А смотрины жениха? Или вы меня тятенька в неизвестность отдаёте? Жить я как буду? В землянке? Или в лесу, среди зверья дикого? И хозяйство какое у него? Может и скотины никакой нет. А если набеги? Сможет ли защитить, в обиду ворогу не дать?
— ВСЕСЛАВА! — От рева отца у нее уши заложило, а женская часть гостей побледнела, испуганно вжимая головы в плечи и отводя от них взгляды. — Я был у него. Изба светлая. Просторная. Хозяйки в ней не хватает. Скотины нет, да это дело наживное. Некогда княжескому дружиннику за скотиной ходить. А насчет защитить, глупый вопрос. Тебе думать надо, прежде чем языком чушь молоть!
— Но мне то это неведомо, тятенька, — не моргнув глазом, продолжила девушка, хотя сердце бешено билось в груди, а ладони вспотели. Еще никогда ей не приходилось видеть его в таком гневе, — вдруг он, кроме княжеских хоромов ничего не ведает? И меч в руках не держал… — Слава смотрела, как лицо ее отца еще больше побагровело, а потом пошло пятнами. Слава прикусила щеку, стараясь побороть страх. Но если она сейчас отступит, склонит голову, потом тяжело ей придется. А ей надо было выгадать немного времени. Сбежать ей надо. А там, не поминайте лихом! Она вызывающе вскинула голову, не отводя от лица тятеньки дерзкого взгляда.